Актриса, модель, продюсер, 44 года

Шарлиз Терон правила жизни

Приходит время, и ты думаешь: «Боже мой, пора делать подтяжку лица».

Фильм, в котором я не понравлюсь себе на экране, будет моим последним.

Думаю, что я очень сексуальное существо. И я этим пользуюсь. Честно говоря, у меня просто нет выбора, да и моя мама воспитывала меня так, что я всегда спокойно относилась к тому, что у меня под платьем.

Женщины круче мужиков, это ж очевидно. Даже злодействовать у нас получается лучше.

Меня всегда интересовала природа зла и хотелось понять, что движет плохими девочками.

Чему жизнь меня действительно научила, так это тому, что нельзя прожить «чистеньким». Я сама совершала предательства. Это горько, но неизбежно.

Было время, когда я ходила с подбитым глазом, все лицо было в кровавых ссадинах, а два зуба выбиты. Определенно, «Джон Уик» – мой самый нестандартный проект, где даже драться приходилось самой.

Когда прихожу на площадку, в желудке все трепещет и сжимается, как при панических атаках.

На съемках, я сплошной сгусток нервов.

Кино – странная вещь. Стоит только подумать, что все понял про эту индустрию, как тебе тут же надирают зад.

В Голливуде меня пытались превратить в очередную «милашку», «куколку» с модельной фигурой и внешностью. Да, я зарабатывала на жизнь в модельном бизнесе, но разве можно отказывать из-за того, что ты слишком хорошенькая?

Ненавижу пробы. Предпочитаю брать быка за рога. Поэтому отлавливаю на мероприятии режиссера, у которого хотела бы сыграть, загоняю в угол и предлагаю свои услуги, точнее, требую роль!

Я довольно спокойно отношусь к гламурным штукам. Но, честно говоря, я бы лучше надела джинсы, села на Harley и вела себя, как парень.

Я потрясающе вожу машину. Когда снималась с Марком Уолбергом в «Ограблении по-итальянски», разогнала машину до адской скорости — 360 километров в час. Он перепугался до икоты.

Очень люблю жареную еду. Пожарьте мои туфли, и я съем их.

Ради мужчины я ни разу не предавала свои мечты.

Никогда не мечтала о замужестве, даже в детстве.

С тех пор как я стала матерью двоих детей, я соглашаюсь работать только, когда мне адски интересно с первой страницы сценария.

Когда встаешь в 5:45 утра, чтобы собрать и отвезти своих чад  в школу, ты счастлива, если хотя бы успеваешь почистить зубы.

Пока чищу зубы, стою в балетной позе — не ласточка, конечно, — всего лишь третья позиция.

Не вижу никакой разницы между малышами, которых я взяла из приюта и теми, которых бы я родила. У меня нет чувства, что я в этой жизни что-то упустила.

Я стала увереннее, когда у меня появился сын. Будто уже не может случиться ничего фатального — зависимость от детей хранит меня.

Не понимаю некоторые сказки. Вот, например, «Принцесса на горошине». Меня сбивает с толку, как можно было эту женщину называть принцессой только потому, что ей было мало и семи матрасов? Чушь, совсем не то, что полезно знать детям.

Мне нравится то, что делают обычные домохозяйки, — готовить, мыть посуду, копаться в земле на грядках. Еще я собираюсь завести кур во дворе, чтобы создать атмосферу своего детства.

Моя суперспособность – это стирка. Люблю прилететь откуда-нибудь, достать вещи из чемодана и стирать их до самого утра.

Секрет моего успеха? Трудное детство, железная дисциплина и строгое воспитание.

Мама — мой самый лучший друг. Как только появилась возможность, я перевезла ее из ЮАР, мы жили в соседних домах, а теперь она живет у меня. Мы ходим вместе на йогу, готовим и смотрим за детьми. Она круглосуточная бабушка.

Жизнь — это не хождение по лепесткам роз.

За двадцать пять лет своей актерской карьеры я не сошла с ума, никого не убила, не ограбила банк. Думаю, можно считать, что я на верном пути.

Я крутая. И все тут.


Из публичных выступлений

Записала Галия Байжанова

Фото shutterstock.com/Tania Volobueva