18+
Случайная статья

Отказать нельзя экстрадировать

Признают ли в цивилизованном мире Казахстан правовым государством?От ответа на этот вопрос зависит судьба знаменитых казахстанских беглецов от правосудия. Выдадут-не выдадут – получается почти гадание на кофейной гуще, считает Айнур Мазибаева.

«Да не повредят их глаз, уст и ног»

Из первого договора об экстрадиции, заключённого в 1278 г. до н.э.

между фараоном Рамсесом II и царём хеттов Хаттусили III.

Так получилось, что внешнеполитическая повестка дня для Казахстана прочно переместилась в уголовную плоскость. Суды, следствия, экстрадиция – и конца края этому процессу не видно. Казахстан хочет получить то одного своего гражданина, то второго, а они все бегут, и все просят защиту на стороне, и, что самое неприятное, зачастую находят ее.

Как мне видится, это очень уязвимый момент для любого государства – от тебя, как от родителя спасаются у чужих, а чужие получается, верят, что как родитель ты, мягко говоря, не очень…

Отдадут ли Казахстану тех, кого он жаждет получить – это вопрос не только позиционных войн с опальными олигархами и проворовавшимися чиновниками, но престижа, образа страны. Это ответ на вопрос, считают нас в цивилизованном мире правовым государством или принимают за людоедов. Если не отдают тех, кого мы обвиняем, ни много ни мало, в терроризме, значит, считают людоедами.

Сегодня Мадридский суд должен был решить судьбу бывшего телохранителя Мухтара Аблязова Александра Павлова, но рассмотрение отложили до 25 октября. И правильно, я тоже так делаю, когда не хочу отвечать ни да, ни нет. Понятно, что пауза связана со скандалами, в которые втянуты еще две страны. Польша отказалась выдать Казахстану Муратбека Кетебаева (единомышленника Аблязова, который вместе с Павловым  фигурирует в деле о терроризме), а в Италии прокуратура начала расследование о причастности  казахстанских дипломатов к депортации жены и дочери Аблязова. Интрига сохраняется и вокруг самого экс-банкира. В очередь со своими претензиями и просьбой о выдаче к французским властям готовы встать Великобритания, Россия, Казахстан и Украина.

Так что вопрос «Выдадут – не выдадут?» не про ожидание – он такой проверочный тест. Всех, кто связан с Аблязовым, на родине ждут давление и пытки, пугают правозащитники, и у самих европейцев в общем-то нет сомнений в том, что республика как дает гарантии в политически мотивированных делах, так их потом спокойно и забирает. С другой стороны те же эксперты допускают, что мировая политика может быть прагматичной и национальные интересы превыше всего, да и рыльце у героев не без пушка.

Если Павлова или Кетебаева выдадут, это будет фактическим признанием Казахстана правовым государством. В противном случае нечего и рассчитывать на такой статус, значит, нам не верят, мы страна, которой людей не сдают. И под политический шумок еще не один проворовавшийся чиновник будет апеллировать к своей якобы оппозиционности, но чтобы такого не было, нужно многое, если не все, менять в себе.

Я однажды наблюдала «бегающих» и «догоняющих», «жертв» и «преследователей» в одном зале. Это был зал Вестминстерского дворца. Официально мероприятие называлось слушаниями о ситуации в Казахстане, а по сути, было первым публичным выступлением Мухтара Аблязова, против которого в Лондоне уже шел судебный процесс и он выиграл первый раунд. Свободный вход, большой зал, столы для модератора, выступающих и слушателей. В аудитории иностранные аналитики, депутаты, экономические обозреватели, представители НПО и казахстанская делегация с каменными лицами. Переводчиком у Аблязова был его бывший подчиненный, эмигрировавший в Лондон Роман Солодченко.

Перед началом слушаний глава казахстанской делегации встал и заявил, что сейчас будет говорить Мухтар Аблязов (без всяких эпитетов вроде беглый преступник или финансовый махинатор), но казахстанская сторона сегодня не будет выказываться. Свой ответ она даст завтра на выставке-презентации достижений республики и все присутствующие приглашаются. Поэтому говорил один Аблязов – говорил о ДВК, о банке, который у него отобрали, о демократии и тирании, добре и зле и многом другом.

Затем объявили кофе-брейк, на котором главный спикер не появился, а вот Солодченко был. Он подошел к одному из членов казахстанской делегации с видом человека, не уверенного, что с ним поздороваются. Но собеседник, к моему удивлению, от разговора не уклонился. Солодченко что-то такое спросил у него про общих знакомых, а он что-то такое ответил. Это походило на обычную болтовню в фуршетной суете, только в чиновнике чувствовался дух превосходства. Он был с коллегами, выступал за родину и как-то насмешливо посматривал на одинокого, «заблудшего сына» Солодченко. Который когда-то слыл любимцем иностранных инвесторов – за хорошие европейские манеры и умение поддержать светский разговор.

Больше в английском парламенте и на других публичных площадках Лондона Мухтар Аблязов не появлялся. Где-то через год он получил политическое убежище. Еще через год проиграл тяжбу в лондонском Высоком суде и стал скрываться от британского правосудия. А Солодченко теперь по суду должен родине 400 миллионов долларов, которых у него вроде как нет, и где он, что с ним никому неизвестно. Такая вот занимательная у нас получается судебная хроника.

ШПАРГАЛКА ДЛЯ ОТЪЕЗЖАЮЩИХ

Бежать в страны СНГ не рекомендуется, Казахстан по советской памяти дружит с соседями и на основании Минской и Кишеневской конвенций вас легко вернут на родину. Туркмения и Узбекистан конвенции не подписали, но в Туркмении и своим инакомыслящим не рады, а с Узбекистаном Казахстан практикует взаимную выдачу, заключив двусторонний договор. Из-за этого партнерства периодически рождаются скандалы, самый громкий — массовая экстрадиция  узбекских беженцев, за что Комитет ООН по пыткам яростно критиковал РК. Двусторонние договоры у нас также с Грузией, Китаем, КНДР, Кыргызстаном, Литвой, Монголией, Турцией, Узбекистаном и Южной Кореей, а недавно ратифицирован договор и с Испанией.

О соглашении с ОАЭ от 2009 года  вспомнили, когда просочилась новость о том, что там живет экс-глава статагенства Мешимбаева, но арабская помощь не пригодилась, экс-чиновницу после вторичного бегства радушно выдали россияне. Пример с Кажегельдиным, Алиевым, Храпуновым, Аблязовым, братьями Рыскалиевыми показывает, что можно попробовать укрыться в Великобритании и Швейцарии, потому что эти страны не собираются подписывать двусторонние соглашения с Казахстаном о выдаче государственных преступников. Не желает делать этого и Германия. Хотя заместитель генерального прокурора РК Меркель и говорит, что «в настоящее время в Казахстане идет активная работа по присоединению к Европейской конвенции об экстрадиции, так как участие в ней создаст для нашего государства основу для осуществления экстрадиции с 45-ю государствами (включая Израиль и ЮАР), с которыми не заключены соответствующие договоры».


Айнур Мазибаева

Читать дальше
Подпишись на Esquire.kz
и получи сборник
ПРАВИЛА ЖИЗНИ культовых личностей в подарок
нет, спасибо