Каково это – построить офис-корабль с НЛО на крыше

Валерий Косенко, предприниматель, Алматы

Мы построили наше здание особенным, и нам оно нравится. Все в нем, и снаружи и внутри сделано нами, собственные руками. И даже материалы при строительстве использованы свои: и летающая тарелка и четыре рыцаря в верхней части башни сделаны из нашего металла. Опыт был, мы производим кухонное оборудование уже 22 года.

Наша летающая тарелка за шесть лет существования стала одним и известных городских объектов. А началось все совершенно случайно. Я предложил мастеру, делавшему металлический унитаз, сделать в качестве эксперимента рыцаря. У него получилось, и пошло поехало – второй, третий, шестой, а потом и целое здание необычной конструкции.

Наше здание – это космический корабль. Надпись Roswell на крыше – в честь крушения неопознанного летающего объекта возле американского города Розуэлл в 1947 году. Сделать все в космическом стиле – не только моя инициатива, я просто предлагал идеи, а коллектив подхватывал. Общий знаменатель ведь всегда рождается среди людей, один предложил, второй подхватил, третий что-то добавил.

Люди удивляются нашей фантазии, но почему все должно быть одинаковым, типовым? Есть же в Вене дом с кривыми стенами, и туристы специально приезжают его посмотреть. Может быть, услышав про нашу «Тарелку», и в Алматы будут приезжать специально ради нее. У нас уже и киношники снимали, им для фильма нужны были кадры с летающей тарелкой. Я разрешил, рад был помочь.

Рыцари в башне символизируют четыре энергии: огонь, воду, землю, воздух. А тарелка – как высший разум, наш «пятый элемент». Еще я хочу построить пирамиду на крыше, и сделать в ней гриль-бар, вечерами в хорошую погоду оттуда открывается шикарная панорама.

Кроме восхищения смешанного с удивлением и критики в наш адрес хватает. Сын известного алматинского архитектора написал: «Лучше бы я слепым родился, чтобы такое не видеть». Другой, тоже из пишущих, сказал, что мимо нашего здания не проходит, а пробегает, так ему жутко. А одна женщина зашла в кулинарию и говорит: «У вас, наверное, кто-то травки перекурил». Ну о вкусах не спорят. Однако про соседние новостройки вообще ничего не говорят, обычные коробки.

Тарелка наша довольно большая – 13 метров в диаметре. Мы долго ее собирали, почти 2 года. Потому что работать над ней могли только в свободное время, и когда в наличии были строительные материалы. У нас плоская крыша, и тарелку мы делали прямо на ней. Потом по готовности просто вызвали башенный кран, и внезапно тарелка «приземлилась» на нашу крышу.

Теперь когда построю пирамиду на крыше, скажут «там у них масоны собираются».

Мы старались все формы здания сделать максимально закругленными, потому что окружности несут лучшую энергетику чем углы, недаром ведь говорят, что в углу нельзя сидеть. Дело не в суеверии, если все время сидеть в углу, здоровье ухудшится. Много не изученного в жизни, но у людей есть интуиция, я верю, все это влияет на нашу повседневную жизнь.

Углы здания мы старались сделать по принципу золотого сечения или коэффициента Фибоначчи. Интерес к форме предметов и зданий обычно продиктован просто необходимостью, но здорово, если он вызван еще и красотой. Формы, в основе которых лежит сочетание симметрии и золотого сечения, помогают наилучшему зрительному восприятию и ощущению красоты и гармонии. На эти пропорции хочется смотреть, они завораживают взгляд. Возможно, мои путешествия по Ватикану и Италии, где повсюду красота и правильные пропорции, натолкнули меня на то, чтобы стремиться делать так же у себя дома.

Я по профессии слесарь, 15 лет проработал на правительственных объектах, где все делал своими руками. Потом заочно закончил Алматинский технологический институт по специальности «Машинные аппараты». Я всю жизнь связан с камнем и металлом.

Мы начинали свой бизнес в 1995 году на противоположной отсюда стороне улицы Жандарбекова. Потом здесь выставили на продажу дом, а нам надо расширяться, и мы его выкупили. Всего на территории наших теперешних цехов было восемь домов, и мы потихоньку скупили их. Мне было важно, чтобы продавали с хорошей энергией, я так и спрашивал продавцов: «С душой продаете?». Только так нужно покупать. Последний дом, который стоял на Тимирязева, продавался два года, и не успел я дать за него задаток, как со следующего дня к хозяину пошли клиенты, стали перекупать, предлагать больше. Но мужчина оказался порядочный, договоренность не нарушил. Так что нашему кораблю суждено было появиться именно здесь, на этом месте.

Многие думают, мы тут миллионеры, такое здание отгрохали. А ведь мы все это делали 22 года, только на заработанные средства. Я все делаю по мере возможности и никуда не тороплюсь. Уверен, деньги должны работать правильно: заработал – часть вложи. Я никогда не брал кредиты и брать не хочу. Зато мы никогда не нуждались, никому не должны.

На втором этаже у нас будет детское кафе, на третьем и четвертом – офисные помещения. Одно время хотели запустить гостиницу, к нам даже приходили потенциальные арендаторы. Настойчиво предлагала сотрудничество одна корейская пара, хотели сделать караоке. Я толком не знал, что это такое, они же сулили огромные деньги, говорили, будут клиенты корейцы, китайцы, сделаем кабинки, будут девочки. Я послушал и так понял, что тут хотят подобие борделя, и попрощался с ними. Потом увидел эту пару в новостях, когда полиция накрыла какой-то алматинский притон.

Я знаю и люблю этот город, я коренной алматинец. Дом моего дела был там, где сейчас стоит памятник Абаю, перед Дворцом республики. Мой отец отсюда уходил на войну. Многое из того, что делают в городе, мне не очень нравится, но главное, чтобы исторический центр реставрировали, не изменяя сути. История есть история.

Самая большая загадка для людей, как я понял, – что внутри нашей тарелки. Заходила как-то одна женщина и говорит: «Я знаю, у вас там – кабинет шефа». Может, еще у кого-то есть оригинальные идеи? А мы планируем сделать внутри что-то наподобие небольшого кафе или бара. На это нужны деньги, но свободных сейчас нет. Можно, конечно, пустить арендаторов, но им понадобится отдельная кухня, отдельный вход. Так что пока просто работаем дальше.

Я никуда не тороплюсь. Я как Наф-Наф, еще с детства поставил себе программу построить каменный дом, потому что это прочно и надолго. Если чего-то хочешь – надо просто к этому идти, и не важно, сколько это займет времени.


Записала Юлиана Алексеенко