США вот уже третью неделю сотрясают беспорядки, спровоцированные гибелью Джорджа Флойда. Мы поговорили с нашими соотечественниками, которые несколько лет проживают в штатах, о том, как они видят эту ситуацию.

Ольга Райнхолдт, консультант

Проживает с семьей в Северной Каролине. Родом из Актобе

У меня никогда не было конфликтов с темнокожими, и какого-то проявления расизма в своем окружении я никогда не замечала. Я родилась в интернациональной семье, как и многие в Казахстане. Расовые различия в окружении мною вообще никогда не подчеркивались и значения не имели. В США у меня не раз были ситуации, когда после знакомства с человеком я не могла вспомнить “черным” он был или “белым”. У меня эта информация почему-то совершенно стирается из сознания.

Помню однажды между уроками, мы с моим темнокожим другом прогуливались по Вашингтону и к нам подошел темнокожий мальчик-бойскаут. Он хотел продать нам печеньки. Моего товарища, вид этого мальчика, как говорится, “тригернул”. Всколыхнул какие-то детские воспоминания, которые из него вышли вариациями на тему “и все потому, что мы черные”. Ну мы как-то поговорили, он облегчил душу, я поделилась своими болячками из детства. Они у нас оказались похожими. Вот так, выводом, что страдаем и радуемся мы одинаково, закончился единственный на моей памяти разговор про расовые различия с афроамериканцем.

В самом начале протестов, мы поехали в короткий отпуск на берег океана, и в портовом городке чуть не вляпались в гущу протестов. Решили мы, как полагается отдыхающим, поужинать в ресторанчике, в исторической части Вилмингтона. Сделали заказ. Стали ждать. Тут подходит официантка и говорит: не хочу, мол, вас пугать, но тут протесты становятся агрессивнее… Муж пошел за машиной, пока мы ждали нашу еду на вынос. Приходит, и рассказывает: тут рядом владелец маленького ювелирного магазина попросил помочь подготовиться к погромам. Муж в итоге помог, тот ему бутылку вина вручил в качестве благодарности. Когда мы шли к машине, увидели его уже в полной боевой готовности, с решимостью в глазах, и с двустволкой наперевес. У меня ещё мысль промелькнула: «ну, если что, мужик с двустволкой за нас».

На мой взгляд, как такового системного расизма в США нет. Системный расизм — это когда на уровне страны установлено, согласовано и практикуется конкретное отношение в группе людей исключительно на основании их расовой принадлежности, и конкретные ограничения для людей этой расы, которые не распространяются на людей “доминирующей” в этой системе расы. Этого в США нет, и по-моему, это вполне очевидно. Посмотрите, сколько афроамериканцев богаты, знамениты, имеют завидную карьеру! Музыка, спорт, политика, шоу-бизнес, наука, бизнес — в любой сфере деятельности есть успешные темнокожие. Если заехать в обычный американский «нейборхуд”, можно увидеть людей разных рас, которые живут с одинаковым достатком, ходят в одни и те же рестораны и магазины, отмечают одни и те же праздники, обращаются к одним и тем же врачам, и в одни и те же школы водят детей. Можно запросто найти нищенствующих белых, и преуспевающих черных. Это все было бы невозможно в условиях системного расизма по определению. Но, при этом, факт остается фактом: большое количество афроамериканцев живет на пособия, в нищете, в неполноценных семьях, в криминогенной среде. Белые тоже в таких условиях живут, но афроамериканцев в социально плачевных условиях непропорционально больше. Отсюда и все проблемы…

Я не искала в Америке ничего особенного. Просто, это родина моего мужа, и в какой-то момент он нашел здесь возможность развиваться в профессиональном плане. Поэтому я и переехала. Я просто хотела быть с любимым человеком и поддержать его.  Я всегда скучала и буду скучать по Казахстану. Наверное, именно поэтому мне совсем несложно комментировать происходящее тут: я никогда особенно не привязывалась к тому, что Америка обычно обещает своим иммигрантам. У меня не было тех надежд, которые возможно у многих сейчас рушатся. Но если здесь станет действительно опасно жить, в чем я очень сильно сомневаюсь, то я не исключаю наше возвращение в Казахстан. 

Владислав Морозов

Проживает с семьей в городе Торранс, штат Калифорния. Родом из Алматы

Хочется сразу прояснить ситуацию. Все на самом деле не так, как может показаться из сообщений СМИ. Вопрос даже не в беспорядках и протестах, а в политической̆ подоплеке происходящего. Все отлично понимают, что в ноябре все затихнет ещё на четыре года (до следующих выборов). Плюс беспорядков неконтролируемых много только в демократических штатах (таких как штат Нью-Йорк или Вашингтон). Все изначально делалось для того, чтобы людей «бомбило», публикуется много старых видео под шумок, а некритически мыслящая толпа все это с удовольствием «хавает».

Если сравнивать с другими городами, то у нас тишина и порядок. В локальной версии Facebook  – социальной сети Nextdoor, пытаются время от времени делать разные вбросы, но все политические призывы модераторы удаляют через несколько часов. Когда в «даунтауне» шли погромы, наши полицейские забаррикадировали автобусами подъезды к третьему по величине во всех штатах моллу, плюс произвели около 50 арестов, но настолько тихо, что жители узнали об этом только в пресс-релизе (да -да, полиция тут распространяет пресс-релизы через социальные сети).

Во время первых масштабных погромов в стране, у нас тоже чувствовалась некая нервозность, особенно при ежедневном просмотре новостей. Но у меня была твёрдая уверенность, что полиция такого не допустит. Кстати, небольшая ремарка: я тут полицию не просто не боюсь, но ещё и люблю ее, и даже уважаю. Как по мне, так полицейская жестокость, направленная против каких-либо слоев населения – во многом преувеличена. И, как мне кажется, нужда в реформировании полиции — проблема больше надуманная.

Конфликтов с темнокожими, каких-то проблем на основе расовых различий, у меня не было от слова «совсем». Да и о переезде сюда я ни разу не пожалел. США — великая страна, кто бы что ни говорил. А беспорядки никогда ни к чему хорошему не приводили. Как я уже говорил, мировые СМИ освещают только часть проблем и часто прибегают к манипуляциям с помощью цифр.