Прошла неделя со дня объявления внеочередных выборов, а оппозиционные партии все еще не могут выбрать своих кандидатов. В чем причина задержки, размышляет Гульнара Бажкенова.

выборы президента Казахстан кандидаты оппозиции Жана Казахстан партии политика

10 апреля стартовало выдвижение кандидатов на досрочные президентские выборы. Это значит, можно созвать съезд, объявить своего лидера и начать его пиарить. Ездить по городам и весям, встречаться с людьми без риска быть обвиненным в несанкционированном мероприятии, ругать власть, хвалить себя, снова ругать власть и хвалить себя. О вашем кандидате начнут писать журналисты и блогеры, его будут приглашать на интервью и, может быть, учитывая нечто похожее на оттепель, изредка показывать по телевизору где-нибудь в конце новостных выпусков. Даже в Казахстане выборы – благодатное время, которое разумно использовать на полную катушку вне зависимости от того, выиграешь или проиграешь.

Проиграешь, конечно, зато будет что вспомнить, а главное, это лучшая школа из возможных для любого политика.

Однако спустя неделю после старта ни одно оппозиционное движение (на самом деле оппозиционное, а не то что создает для «Нур Отана» компанию в парламенте) не выдвинуло своего кандидата. Задав вопросы в частном, «не для записи», порядке я вынесла из ответов понимание, что в первые дни после объявления досрочных выборов в самом большом и серьезном оппозиционном объединении еще не знали, кто от них пойдет на выборы. Не успели определиться, вопрос все еще обсуждается.

По разговорам все выглядело так, как будто люди, а это опытные политики и общественные деятели, не догадывались про такой коварный шаг власти, как досрочные выборы.

Заявление Касым-Жомарта Токаева застало их «врасплох», начались вялые обсуждения по телефону, и все ждали находившегося по личным делам в США Жармахана Туякбая. На мое удивление такой медлительности в условиях столь сжатых сроков мне готвечали, что до 28 апреля время еще есть, к тому же, партия власти пока тоже не объявила своего кандидата.

Но партия власти может объявить своего кандидата за минуту до окончания процедуры выдвижения и ничего не потерять, стоит ли равняться.

Два дня назад Серикжан Мамбеталин написал в Facebook, что в форуме «Жана Казахстан» четыре потенциальных кандидата, которые соответствуют всем требованиям Конституции: дипломат Расул Жумалы, политолог Айдос Сарым, политик Амиржан Косанов и журналист Ермурат Бапи, и политсовет выдвинет, скорее всего, Косанова и Бапи. Но никакой видимой деятельности ни оффлайн, ни онлайн пока нет.

Не сомневаюсь, что до 28 апреля объединенные силы оппозиции соберутся, договорятся и выдвинут своих кандидатов. Лишняя неделя не изменит ход истории, не внесет сенсацию в результаты голосования 9 июня.

Но эта медлительность и бросающаяся в глаза апатия говорят о многом, а именно – об абсолютном неверии в себя, обреченной уверенности в поражении и неготовности бороться всерьез.

Если было бы всерьез, то оппозиция через час после объявления досрочных выборов вместо привычных жалоб на то, что это специально подстроили, чтобы они не успели мобилизоваться, так же срочно объявила бы своего кандидата и начала активную агитацию. Вот это был бы сюрприз для Акорды, а какая фора по времени!

Нынешние выборы – не первые, и, возможно, не последние досрочные: так было в 1999 году, так было в 2005-м, ну а в 2019 году это был почти план «Барбаросса», сколь внезапный, столь ожидаемый и стократно преданный. Власть намеренно создает такие некомфортные и заведомо проигрышные для противника условия – это можно только констатировать, пожав плечами. Пора уже осознать, что ее давно не волнуют ни критика, ни жалобы, ни бойкоты.

Она боится только революции, но революции, говорят, не будет, поэтому имеет смысл сменить тактику и работать с тем, что есть.

Протест в Казахстане переживал разные времена. Были сумбурные девяностые с ежемесячными пикетами бабушек во главе с незабываемой Ириной Савостиной, были связанные с младотурками надежды начала нулевых, была реакция десятых, но сейчас – не самая худшая пора.

Люди хотят перемен, казахстанское общество растет и меняется, но ему не может соответствовать не только власть, но и оппозиция.

Словесная риторика и сама эстетика протеста казахстанских противников власти не меняются лет двадцать и должны были бы приесться людям не меньше «Нур Отана». Молодежь так вообще слабо представляет, кто все эти люди – в ее глазах Жармахан Туякбай или Амиржан Косанов такие же ағашки, как те, что сидят в парламенте.

Дело не в том, что им так же не верят – они не заводят. Нет никаких намеков хотя бы на попытки оппозиции привлечь симпатии новых, молодых людей.

В ОСДП и «Жана Казахстане» нет ни ярких молодых лидеров, ни современных методов коммуникации с обществом, ни чего-то такого, что сообщало бы, что вот эти люди, критикующие власть, полны сил, решимости и энергии. Глядя на лидеров оппозиции, создается впечатление, что они давно чувствуют себя проигравшими и продолжают деятельность лишь на инерции. На сайте «Жана Казахстан» интервью под описанием «самых ярких представителей оппозиции» дают люди, давно и безнадежно забытые.

Любое противостояние более сильному сопернику вызывает уважение и восхищение, но в век интернета и социальных сетей одного этого слишком мало.

Самая пламенная критика и обличение режима в глазах миллениалов могут выглядеть примерно так же, как для нас в восьмидесятых – песня революционных подпольщиков «Вихри враждебные». В какой-то момент старая оппозиция стала выглядеть просто-напросто уныло и старомодно. И, откровенно говоря, она не меньше власти нуждается в модернизации.

Разумеется, понятно, почему все обстоит так печально – оппозицию методично зачищали, подкупали и уничтожали.

Но даже этот аргумент опять-таки возвращает нас на круги своя, к той самой философии приученного бессилия. Да, все так, тем не менее эти люди, стойкие оловянные солдатики, противостоящие огромной государственной махине, есть. А с другой стороны, есть такой сильный запрос на перемены, что люди готовы объединяться вокруг любого деревца и дома, идущего под сруб или снос. Но лидеры системной оппозиции игнорируют новую протестную повестку. Они едва заметили страсти по Кок-Жайляу, они никогда не принимают участия в урбанистических дискуссиях, они не спасают экологию. А именно эта повестка сейчас актуальна и при очевидной политической выгоде довольно безобидна: когда можно и пользу огромную принести, и хайп поймать, и очки заработать, не попав при этом в автозак.

Разве толика разумной расчетливости и прагматизма могут повредить политику? Я могу понять, почему никого из известных общественных деятелей не было видно на митингах многодетных матерей – за это по замечательному отечественному правосудию можно схлопотать статью за разжигание, но я не могу понять, почему оппозиция не сидела в засаде ожидания досрочных выборов, ведь именно сейчас можно будет сколько угодно говорить за жизнь как с обитателями городских трущоб, так и с алматинскими хипстерами. И делать это можно будет совершенно безнаказанно! Уже за одно это можно полюбить даже казахстанские выборы с их заведомо известным исходом.