Esquire публикует рассказ итальянского кинорежиссера и сценариста Паоло Соррентино о размеренной жизни «Ливио Каза».

Паоло Соррентино автор кинорежиссер сценарист Ливио Каза чтение рассказ литератураПаоло Соррентино родился в 1970 году в Неаполе. Родители погибли в автокатастрофе, когда ему было 17 лет, в это время Паоло учился на экономиста, но подрабатывал помощником режиссера и сценаристом. В 2001 году снял фильм «Лишний человек», отмеченный на Венецианском кинофестивале, в 2008-м его картина «Изумительный» получила приз жюри в Каннах, а его «Великая красота» стала обладателем «Оскара» в 2014-м.

***

Паоло Соррентино автор кинорежиссер сценарист Ливио Каза чтение рассказ литература Неаполь

Когда Ливио Каза едет по окружной, он всем телом подается вперед, то и дело утыкаясь лбом в ветровое стекло. В руль он вцепляется мертвой хваткой – ладони потеют, руки немеют.

Он не мечтал о том, что получит водительские права.

Он мечтал жить в захолустном городке, где можно ходить пешком, шутливо здороваясь с владельцами магазинов.

Он мечтал быть человеком, который сидит себе в глубине бара, почитывает газеты и ворчит, что нынешняя жизнь с ее бешеным ритмом не для него.

Он мечтал быть человеком, который в мертвые послеобеденные часы уединяется с хозяйкой бара в кладовке, чтобы по-быстрому и без особой радости заняться сексом.

Он даже мечтал стать простым участковым врачом и – почему бы и нет? – написать о своем деде и о его героических подвигах на войне пафосный роман, который никто не захочет печатать.

Он мечтал стать кем-то другим. Тихим обитателем захолустья.

Человеком, который живет вдали от всего.

Он даже был не против прослыть чудаком, над которым посмеиваются земляки (но только земляки!).

Как над всяким, кто день-деньской сидит в баре.

Вместо этого он живет в окружении цветов в прелестном коттедже сразу за окружной, которым так гордится его жена Дженни.

В общем, живет, как в заповеднике. В одном из мистических, потаенных мест, где время остановилось, где все уснуло волшебным сном. Где царят сдержанность и приличие – проявления скромности, которую так и тянет назвать метафизической.

Поскольку детей у Ливио с Дженни нет, они относятся к своему дому как к ребенку.

Пес, немецкая овчарка по кличке Ритц, заменил им сына.

«Это горе не беда», – любит повторять Ливио Каза.

На самом деле, беда. Все дело в масштабах.

Дженни, одержимая страстью к беговой дорожке, всю жизнь призывала Ливио заняться быстрой ходьбой.

Впрочем, она не очень настаивает с тех пор, как муж резонно заметил: «У быстрой ходьбы такие же минусы, как у бега, а плюсов у прогулки нет».

Ливио Каза унаследовал от отца антикварную лавку в центре Рима, на виа дей Коронари. Каждое утро ему приходится совершать долгий заплыв по реке несчастья – окружной дороге.

В детстве он любил дождь и даже град.

Теперь дождь его раздражает, а град вызывает в памяти ад, где томятся автомобили и их оставившие надежду владельцы.

От жителя захолустья, которым он мечтал стать, но так и не стал, у него одна неэстетичная привычка: носить ключи от машины на шлевке для пояса.

Нарастающее бренчание извещает хозяина табачной лавки, в которой Ливио каждое утро покупает две пачки «Кэмел лайтс», о его приходе.

Ливио много кем мечтал стать, но так и не стал. В сухом остатке получился мрачный и неразговорчивый тип. У Ливио часто обостряется себорейный дерматит: болезнь, распространяющаяся на волосяной покров и грудину, вызванная стрессом – невидимым и агрессивным, словно бактерия.

Тогда, чтобы меньше стыдиться покрытой пятнами физиономии, Ливио погружается в чтение не слишком заумных книжек.

Ливио довольно давно пришел к выводу, что скука бывает разной, и ее последствия тоже.

У себя в антикварной лавке он мается от безделья и недостатка общения. Поэтому нередко Ливио Каза, сидя в полумраке на той же табуретке, на которой восседал его отец, часами разглядывает ручки мебели в стиле ампир, курит одну сигарету за другой и размышляет, до чего было бы здорово так же сидеть и скучать в неприметном баре где-нибудь в захолустье.

Там скука обернулась бы радостью. Или покоем.

Паоло Соррентино автор кинорежиссер сценарист Ливио Каза чтение рассказ литература Париж

Дело даже не в том, что ему скучно, а в том, что, сидя в лавке, в тишине, он чувствует себя неловко. Неловко из-за того, что он явно не на своем месте.

Фантазию Ливио возбуждают не ручки мебели в стиле ампир, а образ пухленькой хозяйки бара – бесконечно нежной и бесконечно чувственной, пусть даже сама она об этом не подозревает.

Антиквары с виа дей Коронари в равной степени утомляют и пугают Ливио. Гордый собой, он без лишних сомнений решил, что все они пустомели и чудаки. «Кто такой антиквар?» – нередко задумывался Ливио Каза. Это не настоящий торговец. Не настоящий художник и не знаток искусства, за которых часто выдают себя антиквары.

Он сформулировал такой ответ. Антиквар – человек, у которого есть хобби. В остальном он ничейная земля, как и сам Ливио с супругой, для которой путеводной звездой стала комфортная жизнь.

Однако три дня назад в десять вечера произошло малозаметное, на первый взгляд, событие, нарушившее рутину и предвещающее большие перемены.

Ритц, обычно подавленный собственным благодушием, безо всякой причины с угрюмым видом подошел к Ливио и отчаянно вцепился зубами ему в голень.

Ливио был дома один. Дженни уехала на кинофестиваль.

Ливио осмотрел ногу и удивился. Нога болела, а следа от укуса не осталось. Это событие вывело Ливио из спячки. Он перестал жалеть себя по поводу и без повода. И он сделал то, что в нормальном состоянии не сделал бы никогда.

Ливио сел в машину, вцепился в руль и сказал самому себе: «Сейчас я поеду в какой-нибудь захолустный городишко и отыщу бар со смазливой хозяйкой». «С пикантной дамочкой», – прошептал он чуть слышно. Возникшее из ниоткуда определение «пикантная» настолько его возбудило, что одуматься он уже не мог. Чтобы довести дело до логического конца, он оставил сотовый дома.

Ливио выехал на пустынную окружную. Без беснующихся машин она показалась ему красивой и чистой. Похожей на пластиковую модель дороги.

Враждебный мир затих где-то вдали. Ливио легонько нажал на газ, чувствуя себя восемнадцатилетним парнишкой, но ехать без потока машин было непривычно. Поэтому, когда Ливио охватил восторг от того, что совсем скоро его жизнь изменится раз и навсегда, когда он начал строить планы и решил, что больше домой не вернется, он врезался в дорожное ограждение и погиб на месте.

Шесть дней спустя Ливио появился у себя в антикварной лавке. Теперь он был призраком. Он сел и оперся локтями о трюмо, привыкая к неведомому живым ощущению бесконечности. И стал наблюдать за Дженни, которая сменила его на посту.

Ливио не очень понравилось, что Дженни ведет себя как самостоятельная женщина (так выражаются в телевизоре «эксперты», которых Ливио терпеть не мог). Ни намека на горе и траур. Дженни была спокойна. И даже радостнее обычного. Ливио удивило, что для антиквара она необычайно деятельна. Призрак Ливио с неудовольствием отметил, что по сравнению с тем, когда в лавке хозяйничал он, покупателей прибавилось.

В обеденный перерыв Дженни закрыла магазин, но прежде впустила мужчину, которого, судя по доверительным отношениям, знала довольно давно. «Наверное, познакомились на кинофестивале», – решил Ливио.

Признак напрягся. Удивительные проявления одушевленности материи объясняются нервозностью обитателей загробного мира.

Дженни увлекла мужчину с аккуратно подстриженной бородой в кладовку, и они впервые поцеловались, настолько свободно, что оба растрогались. Опьяненные свободой, они даже прослезились. Бородатый мужчина положил руку на голую ногу Дженни. Весенние чудеса. Светлые мгновения жизни.

И тогда, чтобы прервать непристойный поцелуй, Ливио уронил старинные часы. Любовники не обратили на это никакого внимания и продолжали целоваться пылко, как целуются на автобусных остановках подростки: бросив на землю рюкзаки и чувствуя себя на седьмом небе от счастья.

Другой призрак постучал пальцем по плечу Ливио. Тот обернулся. За спиной никого. Ощущение бесконечности прошло. Ливио больше не было. Все кончается, даже смерть. 


Перевод Анны Ямпольской

Livio Casa from Gli Aspetti Irrilevanti by Paolo Sorrentino. © 2016 Mondadori Libri S.p.A., Milano

Впервые рассказ Паоло Соррентино «Ливио Каза» был опубликован в Esquire в 2017 году.