Гульнара Бажкенова считает неоправданным ликование общественного мнения после выступления президента Токаева на заседании Высшего Евразийского экономического совета. Впрочем, единственно ради того оно и прозвучало.

флаг Казахстана ЕАЭС
Источник фото: Gevorg Ghazaryan / Shutterstock.com

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев охладил пыл слишком ретивых интеграторов Евразийского союза. 

Уроженец Казахстана Нурлан Сабуров признан одним из самых перспективных россиян.

Эти два события в информационной ленте недели прошли синхронно, соперничая за внимание и кликбейт широких народных масс.

Касым-Жомарт Токаев сорвал аплодисменты своим выступлением на заседании высшего Евразийского экономического совета. Противники интеграции ликуют так, будто Казахстан громко хлопнул дверью и вышел из объединения, вернув часть суверенитета, которая, по мнению политолога Досыма Сатпаева, была утеряна, и границы, которые, по мнению блогера Кривошеева, были отобраны. Некоторые общественные деятели даже ставят это себе в заслугу.

Вообще это действительно произошло в первый раз, когда Казахстан не тянул свою любимую волынку про мир, дружбу, братство и не играл привычную роль самого удобного партнера Москвы, а демонстративно показал характер. Нур-Султан, оказывается, может быть с чем-то не согласен. 

Восстанавливая хронологию прошедших десяти лет, когда начались интенсивные переговоры по Таможенному союзу, мы видим прежде всего историю непростых взаимоотношений России и Белоруссии. Это самая близкая и кровно родственная славянская страна постоянно спорила с Москвой, ставила условия, торговалась, ссорилась и замирялась, а Казахстан неизменно был милым и со всем заранее согласным. Цитата по «Коммерсанту»:

«Между тем, сразу после этого мне удалось поговорить с источником в казахской делегации, который рассказал, как на самом деле проходили эти переговоры.

Переговоры, по его словам, начались без всякого напряжения, казахская делегация соглашалась со всеми предложениями россиян. Правда, Сергей Сидорский сразу сказал, что Белоруссия пока резервирует свою позицию. При этом не было высказано никаких возражений по поводу того, о чем накануне договорились вице-премьеры.

Но потом господин Сидорский заметил, что белорусские переговорщики и правда согласны с каждой буквой проектов соглашений по Таможенному союзу, только с одним условием: если Россия снизит таможенные ставки на нефть и нефтепродукты, которые поставляет в Белоруссию. Господин Путин на это заметил, что эта проблема не имеет отношения к договоренностям по Таможенному союзу. Господин Сидорский заявил, что белорусская сторона считает, что это не так».

Почитайте другие репортажи российских журналистов, там всегда примерно одинаковая картина: голосующий «за» по всем пунктам Казахстан и левобережный чиновник Нур-Султана, который с простодушием и наивностью аборигена радуется общению со звездным «столичным» журналистом, любимчиком самого Путина.  

И вот новый президент выступает в непривычном для Казахстана амплуа – он критикует, требует, откладывает. За этим стоит что-то на самом деле серьезное, адекватное радости и гордости минувшего дня? Ну да, стратегия развития Евразийского экономического союза не принята и не принята потому, что этого не захотел президент Казахстана Токаев. Но стратегия одобрена – одобрена, но не принята. А зачем принимать документ в режиме карантина по видеосвязи? Вполне уместно его отложить до очной встречи, как и сказал Токаев. Более того, зная дипломатический политес, можно предположить, что российскую сторону заранее ввели в суть выступления, вряд ли это было сюрпризом. 

И все, по чему критически прошелся в своем выступлении президент, касается не рутинных, скучных вещей, важных для экономики Казахстана, как то ставки-налоги-движение грузов – всего того, о чем несколько лет безуспешно просит малый и средний бизнес, а сенситивных, чувствительных, бьющих по эмоциям тем. 

Гармонизация и унификация национальных законодательств, ограничение суверенитета; суверенные здравоохранение, образование, наука.

Все слова президента были обращены не вовне, а внутрь, не к президентам, а к собственным гражданам. Он апеллирует не к национальным интересам, а к пресловутому общественному мнению, которому может что-то там не понравиться. Слышащее государство, которому важно слыть, а не быть. Тот случай, когда коммуникации и пиар стали уже не средством, а самоцелью.

Здравоохранение, образование и наука должны остаться вне компетенции Евразийской экономической комиссии, заявил президент, и сразу даже не поймешь, что же это значит на практике. Как если бы именно эти сферы были самыми сильными сторонами казахстанской государственности, за которые стоит до последнего держаться.

Или президент не знает, что в казахстанских школах учителя на уроках часто держат два учебника: один казахстанский – для проверяющих, другой российский – собственно, для учебы?

На следующий день после президентской видеоконференции с новостями про это событие и дерзкий спич Токаева соперничала новость про 28-летнего стендап-комика Нурлана Сабурова, попавшего в список Форбс самых перспективных россиян моложе тридцати лет.

Нурлан Сабуров – один из сотен тысяч юных казахстанцев, уехавших за прошедшие годы в Россию. Он выбрал после окончания школы российский университет, как это делают каждый год шестьдесят тысяч казахстанских выпускников. Которые, вероятно, будут сильно смеяться, если им рассказать про чиновничьи страхи перед унификацией образования. 

Зависимость, независимость, снова зависимость… Сегодня эти понятия проходят совсем  по другим не маркированным и невидимым границам. Двадцатый век давно кончился. Что бы ни говорил на публику наш новый президент, который очень старается завоевать доверие и любовь своих граждан, отыграть назад принятое за десять лет уже не получится. 

И стратегию ЕАЭС, конечно, примут – хорошо бы предварительно как следует поторговаться. Когда-нибудь же надо начинать. Только не ради общественного мнения, а за интересы страны. 

Бывшие метрополии – все эти некогда грозные львы и медведи – стали уже старыми, дряхлыми и больными. Чего их бояться и заискивать, когда можно даже покусаться?