Артем Крылов – об одной из главных тем последнего времени и крайнего номера Esquire.

Майкл Джордан на обложке Esquire главных тем

Дома до звезд, а небо ниже,
Земля в чаду ему близка.
В большом и радостном Париже
Все та же тайная тоска.

М. Цветаева

Взглянув на карту распространения вируса, новости о котором всех уже изрядно подзае…, остается порадоваться за девственно чистую территорию в центре Евразии, особенно когда COVID-19 с незавидной регулярностью находят на противоположных от Китая концах мира. Казак елi словно заговорили, слава Тенгри.

Вместе с нами можно порадоваться за Кыргызстан, Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан (через дорогу от которого Иран успел обзавестись полутора тысячами заболевших) и Монголию. Не берет нас вирус. Лишь бы не сглазить.

Пока я пишу это, в Ухане закрыли одну из больниц — мол, всех вылечили. Одна эта новость внушает оптимизм. С другой стороны, в мире все только начинается.

Сдержать распространение заразы в Ухане удалось, просто наглухо запечатав один из крупнейших городов страны. 12 миллионов людей заперли по домам — власти и собственный страх. Улицы опустели, жители выходят за продуктами раз в несколько дней, от скуки развлекая себя кто во что горазд. Например, пробегают по квартире 50-километровый марафон.

Одной из героинь этого номера стала девушка Алуа, которая в числе сотен казахстанцев училась в Ухане. И благодаря знакомству с ней мне удалось чуть лучше прочувствовать, каково это — оказаться запертым не просто от всего мира, но и от ближайших соседей.

Почитайте статьи или посмотрите видео, где «окопавшиеся» в своих небоскребах уханьцы поют хором песни, чтобы не пасть духом и элементарно не сойти с ума от изоляции и страха…

Тут же я вспоминаю опустевший Алматы в июле 2016 года, когда к городу то приближалась сотня радикалов, то город уже захватили, то захватили всего-то торговый центр, заминировав при этом вокзал. И насколько же было странно и страшно, передвигаясь по вымершим улицам, узнать, что целый мегаполис (окей, по центральноазиатским меркам) по домам загнал один псих-одиночка, которого к тому моменту уже успели повязать. Но слухи о нем ушли в народ, в главное народное СМИ WhatsApp, а его «подвиги» при отсутствии внятной официальной информации разрослись до того, что люди сами для себя ввели комендантский час, разбежавшись по углам и щелям.

А что будет, если, не приведи господь, у нас обнаружится кто-то заболевший?

P.S.

После того как стало окончательно ясно, что из-за карантина упомянутая выше Алуа не сможет вернуться в Ухань, чтобы продолжить учебу, она стала искать работу в Алматы. В это время открыл вакансию офис-менеджера наш издательский дом. Чуете, к чему клоню? Да, у нас теперь новая сотрудница.

А теперь еще более забавное. Ну как забавное… Есть люди, которые начали нервничать, когда узнали, что на работу приняли девочку, приехавшую из Уханя. Доводы, что прошло уже почти два месяца и уехала она оттуда до того, как стало известно об эпидемии, для них не звучат убедительно. Цитата: «Пусть сидит дома! Что, некого больше брать на работу?»

У страха глаза велики. И доводы, что вирус вне носителя живет от нескольких часов до пяти дней, не работают.

А как бы вы себя вели, если бы узнали, что ваш коллега приехал из города, который закрыли на карантин?