Умеет ли Папа Римский плавать?

Автор учебника Раупова Надежда прислала ответ на статьи Юлии Яковлевой «Хурижабль2» и «Смотрим в книгу», Esquire.kz  публикует его без сокращения и купюр.

Разрешите представиться, Раупова Надежда, тот самый автор того самого учебника, который «формирует искаженное мировосприятие и мировоззрение» у детей, по мнению автора статьей «Хурижабль 2» и «Смотрим в книгу» Юлии Яковлевой. Казалось бы, я должна пылать праведным гневом в адрес автора, написавшей хлесткую статью, содержащую много необоснованных обвинений в адрес учебника. Отнюдь. Я благодарна Юлии за предоставленный   повод высказаться о своем учебнике, пояснить учителям, которые, возможно, придерживаются аналогичного мнения некоторые принципиальные моменты данного учебника. Также   считаю необходимым отметить, несмотря на то, что Юлия Яковлева явно перегибает палку в своих оценках, она подняла весьма важные вопросы, многие из которых следует решать как можно быстрее. С чем я согласна? Согласна с тем, что Программу следует дорабатывать: пересмотреть роль сквозных тем, а ту часть программы, которая касается предметных знаний, прописать подробнее и структурировать. Кстати, именно эта работа сейчас и проводится Центром «Учебник» и МОН, которые услышали позитивную критику и пошли на открытый диалог с учителями и общественностью,   проявившими активную гражданскую позицию. Согласна с тем, что остро стоит вопрос нехватки специалистов. Согласна с критикой в адрес учебника по теме «Народные традиции и фольклор». Да, безусловно, в этом разделе надо говорить не только о традициях казахского народа, но и других. При переиздании я непременно расширю этот раздел. С тем, что касается остальной критики в адрес учебника, не согласна категорически. Чтобы не растекаться мыслью по древу, буду отвечать по пунктам «обвинения».

1.

Автор статьи заявляет, что «учебник формирует искаженное мировосприятие и мировоззрение» (здесь и далее жирным шрифтом выделены цитаты из статей Ю. Яковлевой), обрушиваясь на тему №1 « Все обо мне» и последующие темы. Но темы придумываются не автором, они взяты из Программы, которой учебник обязан соответствовать. Я согласна с автором, что наличие сквозных тем оправдано в языковых предметах, в остальных они создают трудности для авторов, учителей, способны снизить у учащихся интерес к предмету из-за многочисленных повторов. Темы в наших предметах могут носить рекомендательный характер, но не обязательный. В противном случае, при неумелом подходе, они способны заглушить сам предмет. Но пока темы в Программе обязательны, авторы не могут обойти их стороной. Думаю, что пока они существуют, в силах авторов УМК логически связать тему с теоретическим материалом, и, возможно, расширив кругозор ребенка,   придать знаниям более функциональный характер.

2.

«Начинается учебник с темы «Я. Все обо мне». Назревает здоровый вопрос: я – это центр вселенной?» Я не вижу ничего опасного в том, что первой темой в учебнике первого класса является тема «Все обо мне». Следует знать психологию ребенка, чтобы понять, что в этом возрасте все дети эгоцентристы и действительно считают, что мир крутится вокруг них, и на данном этапе их развития в этом нет ничего предосудительного. На страницах учебника учащимся не предлагается любоваться самими собой, они не возводятся «в центр Вселенной», напротив, им предлагается внимательно отнестись к внешности человека, соотнести себя с другими людьми, и сделать вывод, чем каждый человек похож на всех остальных и чем от всех отличается. Таким образом, в этой теме развиваются наблюдательные, аналитические способности ребенка, а не его эгоизм.

3.

Далее автор утверждает, что детям нельзя давать рисовать портрет, что «рисование портрета для них издевательство» .

Для любого опытного педагога не секрет, что в этом возрасте (6-7 лет) дети рисуют людей весьма схематично, не обращая внимания на особенности лиц. Тема учебника, как она в нем представлена, распахивает перед детьми окно в мир разнообразия и красоты человеческих лиц. Я, педагог с тридцатилетним стажем, всегда начинала тему «Портрет» именно с этого: сначала просила детей посмотреть друг на друга внимательно и перечислить, что общего они нашли во внешности друг друга, что они с энтузиазмом и делали. А затем озадачивала их вопросом: если у всех нас так много общего, значит, мы все должны быть одинаковыми, или, по крайней мере, очень похожими. Это так? И вот тут начиналось самое интересное: дети снова начинали друг друга рассматривать в поисках правильного ответа. Они рассматривали не только друг друга, но портреты художников и обнаруживали, что формы лиц, глаз, губ, носов, цвет кожи, волос, глаз и т.д. могут быть очень разными. Это всегда были уроки открытия! Стоит видеть свет в их глазах, их изумление, их радость, их потрясающие портреты, созданные после открытия того, что лица людей, несмотря на одинаковое строение, столь оригинальны и неповторимы! Стоит видеть, с каким интересом они начинают разглядывать людей. В этот момент дети начинают не смотреть, а учатся ВИДЕТЬ, анализировать окружающий их мир, и это крайне важно в нашем предмете. Портреты, нарисованные моими 5-9- летними подопечными, не раз завоевывали награды на самых крупных международных конкурсах в Индии (Shankar International Children’s Art Competition), Японии (International Children’s Art Exhibition in Japan), Германии (International Children’s Art Competition Schwedt/Oder) и других.

Следует помнить, что любое обучение – это долгий и кропотливый путь наверх, нельзя, поднимаясь по лестнице, сразу запрыгнуть на верхнюю ступеньку. Автор сама себе противоречит, когда ратует за соблюдение принципа «от простого к сложному», и тут же говорит, что сначала надо научить детей анатомии, пропорциям, а потом уж давать портрет. Но анатомия, да и пропорции для детей 6 лет – это абсурд! Что делать?   Если ждать от детей анатомически правильных портретов, боюсь, что ожидание выйдет за рамки средней школы. А ведь самое первое, что дети начинают рисовать, как берут в руки карандаш, это портрет (и это утверждаю не только я, но и исследователи детского творчества, и детские психологи!) Они рисуют самое близкое, родное и понятное – маму, папу, себя. И пусть рисунок их не совершенен, но он исходит из их мироощущения, восприятия, возрастных особенностей и, следовательно, способностей. Сначала в 2-4 года они рисуют «головоногов», людей без туловища – просто голова на ножках, и в этом их железная логика – именно так они воспринимают в этом возрасте людей: на голове – все самое главное, на голове – глаза. Этими глазами мамы, папы и другие люди смотрят на них с такой любовью, а иногда и строгостью; на голове рот, который улыбается, говорит, поет песенки, на голове уши; ноги тоже важны — они трудяги, на них мы стоим, ходим, бегаем, без рук тоже никак… А что же туловище? Оно пока почти себя не проявляет, следовательно, его можно опустить. Так что же делать? Вырвать из рук ребенка карандаш и краски – отказать детям в их трогательных первых попытках, визуализации человека на том основании, что в их рисунках нет пропорций и знания анатомии? Но ведь это безграмотное, убогое отношение к детскому творчеству!   В педагогической практике первого в мире   Музея детского творчества в Ереване, где в 1987 году проходила большая выставка работ и наших студийцев, устоялось следующее выражение: «Право на собственный листик» – означает оно, что у каждого ребенка есть право изображать мир по своему усмотрению, всеми имеющимися у него выразительными средствами. Я – за такое право у каждого ребенка независимо от его возраста!

4.

Автор эмоционально восклицает, что ребенок не «мешочек с костями и мышцами, а человек». Совершенно верно, но где в учебнике вообще говорится о костях и мышцах?! Более того, автор, восклицая это, сам противоречит себе, так как абзацами выше настаивает, что при изучении портрета необходимо сначала познакомить детей с пропорциями и анатомией, а следовательно, с тем самыми костями и мышцами.

Рисунок ребенка совершенствуется постепенно. Шесть лет – прекрасный возраст, чтобы обратить внимание ребенка на то, что каждый человек индивидуален. Это, если хотите, первая ступенька в освоении лестницы под названием «Портрет». И говорить о том, что рисование портрета для детей 6 лет издевательство, крайне опрометчиво, более того, это демонстрация непонимания возрастных психологических особенностей детского творчества.   Ведь никто не требует от ребенка первого класса анатомически верного портрета. Более того, если ребенку первого класса начать рассказывать о пропорциях, анатомии, он, в лучшем случае, ничего не поймет, а, в худшем, начнет пытаться учитывать полученные знания и рисовать не   прекрасные в своей детской непосредственности рисунки, а псевдоанатомические уродливые портреты, лишенные какой-либо выразительности, фигурки людей более похожие на роботов.

Поэтому я глубоко убеждена в том, что не ТЕМЫ на начальном этапе изучения предмета должны быть простыми, а ЗАДАЧИ. Задача по теме «Портрет» в первом классе – на основе полученных знаний и сквозь призму индивидуального восприятия создать портреты, передав многообразие человеческих лиц. И это детям вполне по силам. Во втором классе задача усложняется – учащимся следует передать настроение в портрете с помощью определенных выразительных средств.   Далее последуют более сложные задачи, дети начнут изучать виды портрета. Можно ли утверждать, что подобные задания «формируют искаженное мировосприятие и мировоззрение»?

5.

Примерно те же обвинения автор повторяет, анализируя другую тему: «В сквозной теме « В здоровом теле – здоровый дух» бедные дети должны изобразить фигуру человека в движении, не изучив предварительно даже пропорции тела, скелет и мышцы».

Хочу лишь еще раз обратить внимание, что это не я на страницах учебника говорю о скелете и мышцах, а именно Юлия настойчива в своих требованиях изучать анатомию. Но давайте все же о другом: в США раз в четыре года проводится Всемирная олимпиада детского рисунка, которая посвящена спорту. Мои дети побеждали на этой Олимпиаде. Мы как победители ездили на итоговый Всемирный фестиваль в Вашингтон, куда съезжаются юные художники и их педагоги   со всего мира. Я видела, какие изумительные рисунки на тему спорта рисуют дети, начиная с шестилетнего возраста. Думаю, что весьма подробно объяснила свою позицию в ответе на претензии автора   к теме «Портрет», поэтому повторяться нет смысла — просто констатирую факт: дети в 4- 10-летнем возрасте без какого-либо знакомства с анатомией и пропорциями прекрасно рисуют портрет и человека в движении.

В преподавании необходимо учитывать один простой факт – возрастные особенности учащихся. А это значит, что информация ребенку должна поступать такая, чтобы он мог ее не только усвоить, но и применить. Ни знания по анатомии, ни даже о пропорциях семилетний ребенок усвоить и, тем более, применить не может. Следуя логике Юлии, тематика работ детей этого возраста должна ограничиваться рисованием овалов, помидоров и огурцов – никаких людей, никаких сказочных героев, животных, никаких растений рисовать им нельзя! Но детское творчество прекрасно тем, что оно полностью свободно от каких -либо запретов и догм, что оно базируется на детских эмоциях, непосредственности, фантазии, и безудержной смелости. Великий Пикассо не раз говорил: « Я могу рисовать, как Рафаэль, но мне понадобится вся жизнь, чтобы научиться рисовать так, как рисует ребенок». Думаю, что для педагогов, обучающих детей основам изобразительной грамоты, важно не только хорошо знать теорию , но и уметь ценить неповторимость детского творчества на разных возрастных этапах.

Я предлагаю Юлии непременно побывать в первом в мире Музее детского творчества в Ереване и, в первую очередь,   посетить зал с портретами, созданными японскими 4-6 –летними детьми. Надеюсь, Вы испытывает там такой восторг, который словами описать вряд ли удастся. Возможно, тогда Вы измените свое мнение о том, в каком возрасте детям «позволительно» рисовать портреты.

6.

Я согласна с Юлией в том, что ребенку следует рассказать и о старости, достойной уважения, и о морщинках. Но, во-первых, это следующие ступеньки лестницы, и они, безусловно, будут предусмотрены в следующих классах, а, во-вторых, хочу отметить для несведущего видимо, в особенностях написания учебника автора статьи – к учебнику предъявляются очень жесткие требования, он должен весить определенное количество граммов, следовательно, содержать определенное количество страниц, в учебниках первого класса регламентируется даже количество слов в предложении. Это первая тема для учащихся первого класса, многие из которых еще не могут читать. Поэтому писать в учебнике роман о старости или юности – бесполезно, они попросту не смогут это прочитать, и это утяжелит учебник до размеров, как минимум, «Войны и мира» Толстого.

Учебник должен содержать основные предметные сведения, поясняющий иллюстративный материал, вопросы, стимулирующие наблюдательность, логическое, творческое, критическое мышление ребенка, проверяющие степень усвоения нового материала. Но, кроме учебника, на уроке существует учитель, в силах которого и расцветить предметный материал и сделать урок запоминающимся и интересным. И один расскажет о старости, другой – о юности, третий –о людях разных национальностей и рас. Я бывала на многих уроках по этой теме в школах и убеждалась в том, сколько творчества могут проявлять учителя, видела работы, они вполне адекватные возрасту и показывают, что дети прекрасно восприняли данную тему, никто из них не считал работу над портретом издевательством. А учителя с удивлением обнаруживали, насколько интересными получились детские работы, и признавались в том, что не ожидали такого интересного результата.

7.

Автор статьи настаивает на развитии у учащихся эмоциональной основы. Я полностью с этим солидарна. Но возникает вопрос, как развивать эту основу, как научить не только эмоционально воспринимать окружающий мир, но и выражать эмоции в своем творчестве и вызывать своим творчеством эмоции у зрителей? А сделать этого нельзя без обучения азам изобразительной грамоты. Детям надо рассказать о цвете, линии, формах, о том, как работать в различных техниках, о том, какие чувства могут вызывать эти и другие выразительные  средства. Этому и посвящен данный учебник. Эмоциональная нацеленность прослеживается во многих вопросах учебника, в подборе иллюстративного материала, в предложениях охарактеризовать произведения искусства, определить настроение произведений, определить   времена года с точки зрения цветовой гаммы, даже вопросы о столь нелюбимом автором статьи спорте – когда ребенку предлагается описать любимый вид спорта – разве это не способствует развитию эмоций? И я думаю, такие темы, как «Портрет», «Моя семья», «Цвет и времена года» и другие гораздо ближе к развитию эмоций у детей, чем предлагаемое Юлией рисование овалов на первом этапе обучения. От рисования овалов они очень быстро начнут зевать на уроке.

8.

Кстати, по поводу спорта Юлия восклицает: «Зачем же нам вводить детей в заблуждение? Профессиональные спортсмены и олимпийские чемпионы в том числе часто в финале оказываются в инвалидном кресле. Спорт очень травматичен, при неправильном беге деформируются суставы и позвоночник, спорт показан здоровым людям, каких мало, а всем остальным только физкультура, и лучше всего лечебная – обо всем этом тоже надо честно рассказать детям».

А давайте пойдем еще дальше и честно расскажем первоклассникам, что жизнь вообще очень страшная штука, что, начиная с рождения, ребенка подстерегают многочисленные болезни, травмы, катаклизмы, что в любой момент ребенок может лишиться самых близких людей, потому что любой человек смертен, и, как говорил герой Булгакова: «…он иногда внезапно смертен…» А может, все-таки лучше рассказать детям о том, что наша жизнь прекрасна, что «нас окружает разноцветный мир!»; что в нем « есть   бескрайние степи и высокие снежные горы, реки и озёра. Степи и пустыни весной покрыты ковром разноцветных цветов, а зимой укрыты снегом»; что «с давних времен люди стремились узнать как можно больше о своей планете. Для этого они отправлялись в путешествия. Путешествуя, человек узнает о том, как живут люди в других местах, об их культуре. Любое путешествие обогащает человека новыми знаниями и впечатлениями»; что «нас окружают люди с похожими и разными лицами»; что среди этих людей есть « Художник, который делает мир вокруг нас красивее». Цитаты, выделенные курсивом, взяты из учебника. Может быть, автор объяснит мне, каким образом они «формируют искаженное мировосприятие и мировоззрение»? И, может, все-таки лучше рассказать детям о том, что и спорт – это очень красиво. Что фигура человека в движении всегда вдохновляла художников, скульпторов, фотографов. Что тела атлетов еще с античных времен были эталоном красоты, что, когда проходили Олимпиады, приостанавливались войны (рассказ об этом еще впереди). В первом классе мы только начали вести об этом разговор, и начали с самого простого, понятного детям, и никак не с физиологии, не с костей и мышц, как утверждает автор, а с рассказа о том, как важно быть здоровым, как интересна фигура человека в движении, и рисунки детей, сопровождающие эту тему, тому свидетельство, кстати, два из них – победители Всемирной олимпиады.

9.

Ратуя за сохранение принципа «от простого к сложному, Юлия предлагает в теме «В здоровом теле – здоровый дух» в первом классе заменить рисование забавных человечков в движении натюрмортом на спортивную тему. Спросите у любого исследователя детского творчества, у любого опытного педагога, что для 6-7-летнего ребенка сложнее. Они, ни на минуту не задумываясь, ответят – нарисовать натюрморт со спортивными снарядами. И не потому, что надо знать снаряды, что надо объединить эти незнакомые   детям предметы в какую-то смысловую логическую композицию, а потому, что подобное задание не способно вызвать у семилетнего ребенка эмоции. Стремительно бегущий атлет, штангист, поднимающий огромную штангу,   изящная фигуристка вызывают ответные чувства, и ребенок способен нарисовать этих спортсменов весьма выразительно, пусть и несовершенно с точки зрения анатомии, а неживые, зачастую непонятные предметы не вызывают ничего, кроме недоумения, зачем надо рисовать именно их, когда в спорте есть столько интересного.   Среди огромного количества великолепных работ о спорте, выставленных на Всемирном фестивале в 2007 году, был один единственный подобный натюрморт – мало сказать, что он был невыразителен, он был мертв. Его нарисовал мальчик 10 лет.

10.

Чтобы показать абсурдность некоторых критических замечаний и предложений автора статьи, не могу не привести довольно большую цитату: « Следующий раздел «Еда и напитки в твоей жизни» с рассуждениями о их полезности и вреде. А я прежде всего бы сказала, что человек должен делиться пищей с голодным, это делают даже муравьи как социальные существа при помощи трофиллаксиса, отрыгивания пищи голодающему. Следует сказать и о том, что не надо покупать пищи слишком много, чтобы она не пропадала, о том, что некоторые люди уничтожают продукты при перепроизводстве, чтобы цена на них не падала, невзирая на то, что кто-то голодает. Я бы поговорила о дискуссионных вещах, например, ГМО, и упомянула о том, что зафиксирована смерть аллергика, страдавшего аллергией на рыбу, который съел ГМО помидор. О том, что нельзя кормить животных гормонами роста – это разрушает гормональную систему человека, и вызывает ожирение у людей, употребляющих в пищу мясо таких животных. О химических удобрениях, вызывающих разрушение организма, о вредных полуфабрикатах и усилителях вкуса, о консервантах, о вредной бытовой химии. О том, что каждый человек должен думать: не причиняет ли он своей деятельностью вреда ближнему и природе, не убивает ли продукт его труда окружающий мир ради коммерческой выгоды».

Во-первых, в данном абзаце более 10 терминов, которые необходимо объяснить первоклассникам, иначе они ничегошеньки не поймут из этой эмоциональной тирады. 14 лет работы над УМК приучили меня к тому, что каждое непонятное слово детям следует объяснить, но, боюсь, что они больше половины терминов не поймут даже после их пояснения. А во-вторых, представьте себе этот текст в учебнике «Художественный труд» и добавьте к нему как минимум 10 пояснений (что такое трофаллакссис, перепроизводство, ГМО, гормональная система, консерванты и т. д.) Представляете, во что бы превратился учебник по художественному труду для первого класса, если бы я позволила себе вставлять аналогичные опусы в его содержание?! Автор явно путает учебник как важнейшую составляющую учебного процесса с   ведением урока. На уроке, пожалуйста, спланируйте все по минутам так, чтобы уместить в него все желаемое и необходимое, и рассказывайте и о ГМО, и об аллергии, и про муравьев, отрыгивающих пищу голодающему… Но этого не должно быть в учебнике! Иначе он превратится в многотомную энциклопедию, к тому же весьма бессистемную.

Кроме того, я считаю недопустимым в критике допускать подобные приемы: « А я бы так сказала», «А я бы так сделала». На аргументы такого рода я могу только лишь предложить автору написать свой учебник и поместить туда все, что она считает необходимым. Да, можно писать и так, и эдак. Существуют целые научные школы, которые ведут непримиримые споры на протяжении многих лет. Сто авторов напишут сто учебников, и все они будут разными. И у каждого будут свои сторонники и противники, и это естественно — сколько людей, столько и вкусов. Но, думаю, критике все же должны подвергаться объективно недопустимые вещи, а не то, что субъективно не соответствует пристрастиям самого критика. И еще один момент: меня крайне покоробила в статье фраза: «автору что приказали, то он и писал». Я 14 лет работаю в издательстве «Атамура» и даже в самых дурных фантазиях не могу себе представить, чтобы руководство что-то приказывало мне писать. Думаю, что и руководству «Атамуры» сложно представить меня в образе забитого существа, безропотно пишущего учебник под их диктовку.

11.

Далее Юлия пишет : «Тема «Путешествия» хороша, но сомнительна – есть дети ни разу не покидавшие свой родной аул». Возникает естественный вопрос к Юлии: «И что же делать детям, живущим в ауле, – рисовать только свой аул? А не кроется ли в этом пренебрежение к таким детям. Я в своих методических рекомендациях не раз писала о том, что богатство иллюстраций в наших учебниках обусловлено, в частности, и тем, что есть дети, живущие в аулах, мелких населенных пунктах, которые никогда не были в крупных городах, музеях, никогда не видели выдающиеся произведения живописи, графики, скульптуры, архитектурные сооружения, не видели диковинных животных, не держали в руках иллюстрированные энциклопедии. И изучая наши учебники, они приобщаются к неведомому пока для них миру. Мне в связи с этим вспомнилась еще и выставка-конкурс детского рисунка «Мое представление об Индии», которая проводилась посольством Индии в Москве, и в которой мои студийцы принимали участие.

Естественно, мы готовились, я рассказывала детям об этой удивительной стране, о ее природе, животных, культуре, показывала фотографии… Но сами дети никогда не были в Индии. И что вы думаете? Мы завоевали там все главные призы! А когда мы проводили уроки в США, мы рассказывали детям о Средней Азии и Казахстане. Рисунки американских детей о неведомых им странах вошли потом в красочные календари, выпущенные в США. Как тут не вспомнить слова Эйнштейна: «Воображение важнее, чем знания. Знания ограничены, тогда как воображение охватывает целый мир, стимулируя прогресс, порождая эволюцию». Кто знает, не забросятся ли данной темой в души детей, проживающих в ауле, зерна любви к путешествиям, интереса к другим странам, культурам, наукам?

Я попыталась ответить на принципиальные вопросы, оставив в стороне остальные, содержащие очевидное передергивание фактов. Считаю, что этого достаточно, чтобы, сделать вывод о том, что резкие обвинения в адрес учебника издательства «Атамура» не имеют под собой серьезных оснований. И последнее, когда я берусь что-либо критиковать, то стараюсь изучить не только сам объект критики, но и то, что с ним может быть связано непосредственно. Юлия во второй статье, отмечает, что учебник второго класса оказался лучше первого и предполагает, что, возможно, ее критика по первому классу имела свое воздействие на меня, и я, учтя ее замечания, написала следующий учебник получше. Но, если бы она была по-настоящему въедлива, как пишет о себе, и поинтересовалась бы , какие еще учебники написаны автором, то смогла бы увидеть, что все понравившиеся ей темы, например, о мимике, связи цветовой гаммы с эмоциями, о композиции были продуманы и написаны мною еще за двадцать лет до ее критики и впоследствии опубликованы в учебном пособии, победившем в 1994 году в конкурсе по обновлению гуманитарного образования в РК, а потом вошли в учебники по ИЗО, по которым треть школ РК работали в течение 12 последних лет.

Многолетний опыт говорит о том, что нельзя впихнуть в один учебник сразу и все, тем более, в учебник первого класса. Мне, как ни странно, ведом принцип «от простого к сложному», «от общего к частному». И поэтому материал выстроен таким образом, чтобы в течение четырех лет дети смогли подниматься по лестнице знаний и умений, не перескакивая через ступеньки, не испытывая больших сложностей резкого подъема, не утрачивая интереса к предмету, а постепенно открывая для себя удивительный мир творчества.

Р. S. И напоследок… Многие, прочитав мой ответ Юлии, вряд ли поймут смысл названия этой статьи. Ну, при чем здесь Папа Римский?! Почти не при чем. Но совсем недавно прочитала отличный анекдот: один корреспондент очень хотел встретиться с Папой Римским и взять у него интервью. Папа выделил время, но поставил условие, что интервью будет давать не в Ватикане, а на природе. И вот – встреча на Тибре. Папа и корреспондент плывут в лодке, корреспондент задает вопросы, Папа отвечает. И тут порыв ветра срывает шляпу с головы корреспондента. Папа выходит из лодки, идет по воде, поднимает шляпу, возвращается в лодку, отдает шляпу корреспонденту, и интервью продолжается… На следующий день, все газеты Рима вышли с заголовками «Папа Римский не умеет плавать!» Как видите, речь совсем не о Папе, и даже не о тех корреспондентах, которые любые факты могут извращать по своему усмотрению, а о том, что делать выводы о конкретном факте надо не на основе чьих-то статей, а только на основе первоисточника. Поэтому всем, кто заинтересовался статьями Юлии и моим ответом на них, я предлагаю все же взять в руки учебник издательства «Атамура» «Художественный труд» и, лишь ознакомившись с ним, сделать свои собственные выводы.


Раупова Надежда – автор Учебно-методических комплексов  по Изобразительному искусству  и «Художественному труду» для начальных классов 11-летней и 12-летней школы,  отличник народного образования РК, победитель Конкурса по обновлению гуманитарного образования в Казахстане, член Экспертного Совета Международного
фонда детского искусства (ICAF), Вашингтон.