Записки полицейского. Казахский шериф

Наш автор – старший лейтенант полиции Азамат Сарсенбаев рассказывает о своей службе участковым инспектором и размышляет о том, что получится из проекта выборов участкового.

Знаете ли вы своего участкового в лицо и по имени?

Так, как американцы знают своего шерифа. Вспомните голливудские фильмы: человек в шляпе со значком на груди – фигура для американцев почти мифологическая. Блюститель закона, порядка и справедливости, бог и отец всей округи.

У нас фигура участкового еще с советских времен скорее комичная, даже в кино самые положительные образы, например инспектора Анискина, были снисходительными, не сравнить с героическими следопытами-знатоками. Советские люди, а потом и казахстанцы могут бояться инспектора криминальной полиции, но участкового порой не принимают всерьез.

Однако скоро все должно измениться, люди будут сами выбирать своего участкового-шерифа, а с того, кого ты выбираешь, ты и требуешь больше, и уважаешь.

Я начал работу в полиции в Актау, на участке. Несколько лет каждый день пешком обходил свою территорию – коммерческие предприятия, магазины, дома и дворы. Не все представляют, какой это колоссальный труд. Если криминальная полиция, к примеру, действует по факту преступлений, то участковый обязан их предвидеть и предупреждать. Установить тесный контакт с населением, знать жителей и быть чуть ли не личным духовником.

Тут нужны незаурядные коммуникативные способности. Ведь люди настроены по-разному – спектр настроений от дружелюбного и настороженного до пофигистичного и агрессивного. Участковыми часто назначают местных, чтобы знал местность, людей и доверия к нему было больше.

В Актау тридцать три микрорайона с населением примерно пятнадцать-двадцать тысяч, которые поделены на участки так, чтобы на каждого участкового приходилось три тысячи человек.

Я же был помощником участкового самого большого в Актау 27-го микрорайона с населением в 17 тысяч человек.

17 тысяч человек, и все со своими проблемами.

За время работы я повидал много чего: семейные драмы, сложные конфликты, и квартиры делил, и наследство, и проклятия слышал в свой адрес, и похвалу. Без этого никак, издержки профессии. Меня до сих пор узнают некоторые бывшие подопечные.

Территориальные участки, как и городские районы, конечно, разные: в одних публика побогаче, а в других победнее; в одних напиваются и дебоширят, а в других по вечерам мирно пьют чай и смотрят телевизор – моя любимая картина с тех пор. Я бы ее нарисовал на гербе страны. Тихие незаметные люди, опора и мощь государства.

В моем районе таких было немного.

Чтобы действовать правильно и превентивно, участковый должен  хорошо знать образ жизни своего района, социальные связи, интересы людей. Когда происходит ЧП, первым спрашивают с участкового: почему недоглядел? Поэтому участковый – самый разносторонний полицейский: он и следователь, и оперативник, и криминалист, и юрист.

Приходилось выступать и в роли няньки, психолога.

Помню, на моем участке был одинокий старик,  немощный уже, даже в магазин сходить была проблема, а помочь некому, ни детей, ни внуков. Я навещал его строго по расписанию один раз в неделю, приносил, насколько мог, еду, даже пенсию как-то получил для него. Каково же было мое удивление, когда после смерти старика на похороны пришли люди, утверждая, что являются близкими родственниками. Дело, разумеется, было в квартире, и они ее получили, потому что и правда были не чужими старику.

Тяжело видеть человеческие драмы вблизи, крупным планом. Пьяница-отец с видимым удовольствием раз в неделю как минимум избивает жену и детей, а ты в очередной раз слушаешь, как женщина, пряча глаза, говорит, что сама во всем виновата, видишь детей, которые испуганно жмутся друг к другу, в то время как отец валяется в луже собственной блевотины, а потом ведешь с ним увещевательные беседы в то время, как хочется просто взять его за шкирку и вытрясти всю дурь.

А еще трудные подростки, к которым не знаешь, как подступиться, и нелегкие взрослые из мест не столь отдаленных, трудные бдительные бабушки и легкие девушки, к которым ходит подозрительно много мужчин, трудные соседи и… трудные все, потому что люди – это всегда трудно.

Прочитав о том, что недалек день, когда участковых будут выбирать на самых настоящих выборах, я подумал: интересно, «мои» выбрали бы меня? Ведь бывает и так, что у каждого жителя свои интересы, и, поступая по справедливости и закону, ты, удовлетворив запрос одного, наживаешь недоброжелателя в лице второго. Демократия такое дело, щекотливое, особенно на нашем участке…

Должен ли участковый заискивать перед люмпеном алкоголиком, чтобы получить его голос, особенно если весь район состоит из таких, как он? Я этого никогда не делал и делать бы не стал, но оптимистично думаю, что мои люди за меня проголосовали бы.

У меня был сложный участок, там я узнал много нового о человеческой натуре и жизни вообще, но не раз отмечал, что даже самый пропащий член нашей «общины», на которого ты оформил дело и закрыл на 15 суток, относится к тебе с уважением, если видит, что ты выполняешь свою работу. Даже закоренелый бандит презирает продажного полицейского, но он же отдаст дань уважения честному. Жителей участка можно критиковать, но исход выборов все равно зависит от кандидата – убеди своей работой и выиграй!

В общем, я оптимист – я верю в выборы казахского шерифа.


Автор: Азамат Сарсенбаев, офицер полиции