Наверняка каждый, кто имеет хоть какое-то представление о казахстанской моде, понимает, насколько особое место в ней занимает Айнур Турисбек — девушка, которая интересна в совершенно полярных своих ипостасях и проявлениях.

Айнур Турисбек интервью Esquire
Платье-кимоно Ainur Turisbek, таби Maison Margiela, серьги Armat X Ainur Turisbek

Наверное, показательно, что говорить только о моде с Айнур (бывшим полицейским, кандидатом в депутаты, топ-менеджером в ряде компаний промышленного сектора, а ныне – в крупном банке) не получится, да и не стоит. С ней нужно просто говорить, что я и сделал, отложив привычный журналистский список вопросов о становлении, достижениях, мечтах и планах. 

Почти к каждой теме беседы у нее найдется цитата, парафраз, аллюзия или собственное не менее лаконичное высказывание. Одна «Любовь — как нефть. У нее нет формулы, но есть фракции» чего стоит. 

Пожалуй, довольно спойлеров. Попробуем лишь обозначить, какими «фракциями» на этот раз открылась нам доктор юридических наук, лейтенант Турисбек Айнур Заутбеккызы. 

— Наблюдая за массой твоих проектов, хочется спросить: ты с детства была такой активной?

— Пожалуй, да. (Смеется.) Мой брат всегда называл меня массовиком-затейником.

— А что ты делала в школьные годы?

— Мы делали разные детские ивенты, дни рождения, это был забавный опыт.

— При этом высшее образование ты стала получать как юрист. Сначала КазГЮУ, затем докторантура в Институте государства и права Российской академии наук. 

— Юриспруденция — такое же творчество. Нормотворчество. Моя докторская диссертация посвящена кодификации института государственной службы в Республике Казахстан. Создание кодекса — идентичный созданию коллекции творческий процесс. Акты внедрения, анализ и аналитика зарубежного опыта, грамотное сведение в единую систему — все это составляющие творчества.

— Интересный способ попасть в фешен… 

— Когда я прилетела в Париж, то с трудом оценивала долгосрочные планы по своему пребыванию в фешен. Если проследить мой путь с самого начала, можно увидеть ряд внешне никак не связанных областей, которые так или иначе повлияли на мой сегодняшний статус дизайнера.

Я планировала стать депутатом, причем во время работы в сфере энергетики. После столь полезного эмпирического опыта я решила заняться прекрасным.

Петь мне не удавалось, играть на инструментах — тоже, так я начала заниматься модой.

Айнур Турисбек дизайнер
Боди, платье Ainur Turisbek, берцы Prada, серьги, кольцо Armat X Ainur Turisbek

Моя первая коллекция была заявлена на Kazakhstan Fashion Week, за что хочется выразить глубокую благодарность Леше Чжену. В определенный период во мне взыграло природное упрямство. «Раз ты, мода, как новая грань открылась мне, ладно, я освою тебя».

Затем был показ в Киеве. Это было, пожалуй, то самое переломное утро: ты проснулся, а о тебе говорят. Париж — законодатель и источник моды, стать частью которого отнюдь не простая задача. Однако история показала ее выполнимость.

Теперь мы работаем с такими мастерами высокой моды, как Туомас Лайтинен (лектор университета Aalto, директор независимого издания SSAW) и Крис Видаль Теномаа (фотограф, главный редактор SSAW).

Будьте уверены: творчество не останется незамеченным, если за ним стоит ДНК. Почему в Париже выстреливают лишь единицы, учитывая фоновый гул канонады штурмующих стены модных домов перспективных художников? Выигрывает индивидуальность. Даже не амплуа. А личность.

Забавно: всю жизнь я анализировала и грызла гранит науки, писала докторскую, работала в отраслевых структурах — всем было все равно. Однако стоило сшить образ, как людям стало интересно, каких взглядов я придерживаюсь — как бытовых, так и более высоких.

— А ты теоретик в сфере права?

— Нет, я работала на практике как юрист. Моя деятельность в «Казгеокосмосе» началась с профессии юриста, а закончилась в должности председателя совета директоров.

— «Казгеокосмос»? Чем именно занимается эта организация?

— Геодезией, картографией, геологией, экологией. Ледовый мониторинг, первые GPS и так далее. Затем был опыт в энергетике. А сейчас банк.

— Вот еще одно несовпадение в моей «табели о рангах». Как, будучи человеком насквозь творческим, ты работаешь в банке — сфере, зарегулированной не меньше, чем юриспруденция? 

— Человек многогранен, ведь творчество — свобода. А человек желает быть свободным. Положим, в общепринятом ключе профессии разветвляются на серьезные и несерьезные. У меня могло бы быть образование дизайнера. Но я юрист. Актуальность коллабораций сегодня подтверждается условиями рынка. Один в поле не воин. И я рада, что мои ценности нашли отражение в финансовом институте крупного холдинга. Там я занимаюсь развитием бизнеса.

— Как происходит ваш диалог?

— Мы сосуществуем с банком как пара, ведь искусство всегда превыше. Бизнес обращается к искусству, осознавая его ресурс и многогранность каналов. Современные инструменты моды помогают в идентификации бренда и демонстрации его ценностей через образы: мода умеет говорить.

— А как звучит твоя история сейчас?

— Я утомлена от беготни. «Суета сует», — сказал Екклесиаст. Перманентная боязнь не успеть. Как и прежде, я ставлю цель и иду к ней, но теперь — сбалансированно. Наш мозг генерирует мысли в невообразимом ритме. И важно понять истину, а не быть опаленной идеей фикс. 

Айнур Турисбек
Шуба, шорты Ainur Turisbek, берцы Prada, цепь Armat X Ainur Turisbek

— Кстати, да. Наблюдая за тобой сейчас, можно заметить, что твой бренд перешел на новый этап. Былая дерзость ушла, ей на смену пришло другое настроение. Вероятно, это связано с твоими внутренними переменами?

— Для начала зададимся вопросами: что есть бренд? кто стоит за ним? Человек. И его высшая форма эволюции внутреннего развития — 
самоактуализация.

Почему в культуре сосуществуют одновременно несколько жанров: high-end, кутюр и масс-маркет? Масс-маркет преследует цель производства конвейерным методом и поставки на рынок. Слово «бренд» и его семантическое значение предполагают аудиторию, покупающую право разделять твои состояние, философию и умозаключения. Одежда может рассказывать и иллюстрировать человека.

Ассоциативный ряд подсказывает тебе прибавить к моему имени эпитет «дерзкий». Действительно, это часть меня, которая стала известна людям посредством моих коллекций. Каждая из них — это последовательная история вокруг одной из ценностей. История монументальная и многослойная.

Да, сейчас я изменила формат показов, поскольку не хочу больше бессмысленно демонстрировать одежду. Ведь на бегу мы замечаем лишь тела, как писал Эдуард Асадов. Я хочу, чтобы зритель остановился и увидел душу. Какую ценность мы несем? К чему мы призываем? Мы перешли к модели камерных монопоказов для максимального погружения зрителя, для придания большей осмысленности каждому шагу модели на подиуме. 

В целом сегодняшняя интеллектуальная повестка общества требует иного уровня осмысленности.

Человек обращает внимание не на часы, а на время, не на платье, а на облаченную в него личность.

Сначала следует прочесть о писателе и лишь затем о книге. Кто есть Булгаков? Какова его природа? Из каких побуждений он писал именно так? Поиск причин и предпосылок, приведших к данной минуте, — в этом и сосредоточена субъективная прелесть окружающего мира.

— Субъективная, точно. 

— А мы все субъективны. Кто-то из «Войны и мира» извлек любовь, а я усвоила описание Кутузовым двух самых могущественных солдат: терпения и времени.

— Почему именно это? 

— Думаю, мне это близко. В метафорическом смысле. Даже в том, как я веду дела и каких стратегий придерживаюсь. Перед тем как идти на переговоры, я измеряю давление: кто в данных переговорах сильнее. Чья аргументация превыше, а кто остается на уровне тезисов и не оперирует доказательным нарративом. Если ты слаб — уходи и готовься. 

— Враждуешь ли ты с кем-либо? Я, в частности, про наш мир моды. 

— Нисколько.

— Испытываешь ли симпатию? Любовь?

— Безусловно, ко всем. Любовь — это фракции.

— Отличная фраза. Откуда это?

— Из историографии нефти как явления. (Смеется.) У нефти нет формулы, но есть фракции. Так и в любви. Нет определенных инструкций по ее нахождению и ее сохранению.

— А каковы они — фракции в твоей жизни?

— Мне известно одно: любовь должна быть безусловной. Абсолютное принятие. Без давления и ультиматумов. Труднее всего отказаться от эго. Рефлексия и интерпретация зачастую выступают тормозящими факторами. Важно помнить «цель визита». Построить, сохранить и приумножить.

Боди, платье Ainur Turisbek, берцы Prada, серьги, кольцо Armat X Ainur Turisbek

 — И все же. Геодезия, картография, энергетика, банк и твой образ дизайнера, который одевает мировых знаменитостей. Это особенность казахстанского рынка моды?

— Нет. Думаю, такова я. И природа коллаборации.

— Может быть, это от тесноты местного фешен-рынка?

— Я стараюсь не погружать себя в рамки. И мне все интересно. Не существует строгих ограничителей. Я стараюсь деконструировать систему с переменой позиций, но с сохранением идей.

Отвечая раскрыто, в детстве и юности каждый из нас эскапист, мечтатель, бегущий от реальности. Взрослея, мы понимаем, куда идем, по какой дороге и сколько километров осталось. Мы задумываемся о том, что, объединив множество ценностей в себе в течение жизни, стоит начать изучать себя. И задаемся вопросом: «А кто я?»

— А ты часто спрашиваешь себя о том, кто ты?

— В последнее время чаще, чтобы понять объемы своего внутреннего ресурса. Кто я — велосипед, машина или ледокол? Природу не обмануть. Нужно осознать: если я автомобиль — я буду Rolls-Royce Phantom.

Если я бегемот — я буду отличным бегемотом. Без опаски за свою травоядность и негибкость, но с применением сильных сторон: уметь разбегаться и сметать каждого с пути.

Во всякой индивидуальности есть собственная сила.

Шуба, шорты Ainur Turisbek, берцы Prada, цепь Armat X Ainur Turisbek

Записал Артем Крылов            

Фотограф Мария Попова

Стилист Айзат Сарсембаев

Визажист Дана Джолдасова, Art. streetstudio 

Стилист по волосам Ксения Ассаи, Art. streetstudio

Ассистент стилиста Эльза Хайсамова­­­