14 мая состоялась премьера казахстанского сериала «140 баллов». Это первый проект, который поднимает тему ЕНТ как важного социального и эмоционального опыта для нескольких поколений казахстанцев.
В центре сериала — загадка: как школьникам удалось взломать тестирование и набрать самый высокий балл? При этом «140 баллов» сочетает жанры молодежной драмы, детектива и социального высказывания.
Сериал был создан при участии команды, работавшей над проектом Bir Toqsan. Автором сценария стал Нурали Султанов. Продюсерами проекта — Рустам Юсупов и Игорь Воробьев. Оператор-постановщик — Юрий Левандовский, художник-постановщик — Анастасия Пономарева. Режиссером-постановщиком сериала стал Ален Ниязбеков.
В интервью Esquire Kazakhstan Ниязбеков рассказал, как опыт клипмейкера научил его работать в разных жанрах, почему тема ЕНТ так важна для казахстанцев и как молодым актерам удалось передать стрессовые состояния персонажей на съемочной площадке.
— Вы известны как автор кассовых комедий. Что заставило вас взяться за молодежный сериал «140 баллов», который по тематике далек от привычного вам жанра?
— На самом деле я изначально клипмейкер. Хотя моей целью всегда было кино, в прошлом мне было сложно войти в индустрию.
Когда снимаешь клипы, ты учишься быть мультижанровым: к тебе приходит артист с тойской песней, или с клубным хитом, или с меланхоличной, мелодичной музыкой такой плаксивой, с драмой, с несчастной любовью. Каждый клип по сути становится маленьким фильмом, в котором есть завязка, экспозиция, кульминация, эмоциональный саспенс и финал. Часто мы старались завершать его на интересной ноте.
Сняв больше 180 клипов, я отточил мультижанровость и многозадачность. Я умею работать в разных жанрах. Но вообще мне ближе авантюрное кино: шпионские истории, обман, триллеры, экшен.
Однако так сложилось, что когда я входил в киноиндустрию, коммерческие фильмы только набирали обороты. «Оралман из Питера» только стартовал, затем были «Каникулы в Таиланде» с Нурланом Коянбаевым, а третьим моим фильмом стал «Бизнес по-казахски в Корее». В то время «качали» именно комедии. Сейчас, как мы видим, тенденция меняется: на первый план выходят триллеры, драмы и хорроры.
Позже у меня появились и сериалы. Например, «Ангел-хранитель» с Бериком Айджановым — это уже драма. Он тоже хорошо «выстрелил». Была и короткометражка в альманахе «Алматы, я люблю тебя», там я тоже снимал драматическую историю.
Но в основном это были комедии. Потому что я умею выстраивать шутку и подводить ее к кульминации. Юмор — сложный жанр, где легко «слить» шутку, если не расставить акценты в нужных моментах. Думаю, этот навык помог мне закрепиться. Но практика показывает, что и в других жанрах у меня тоже получается работать хорошо.
— В чем для вас главная разница в работе над полнометражной комедией и драматическим сериалом о подростках? Где больше свободы, а где больше ответственности?
— Мне очень нравится работать над сериалами. В отличие от полного метра, здесь есть возможность глубоко раскрыть героя. Чем больше ты о нем рассказываешь, тем сильнее зритель себя с ним ассоциирует, привязывается к нему, и тем мощнее получается эмоциональный отклик.
Сериалы в этом плане честнее. Понимаете, поход в кино для казахстанской семьи — это целое событие и заметная трата денег. А сериал люди смотрят дома, в комфортной обстановке. Поэтому в полнометражном фильме ты вынужден быть очень строгим: убираешь всю лишнюю экспозицию, которая не двигает сюжет. Кино — это как большой аттракцион. Зритель пришел, за два часа получил концентрированные эмоции и ушел. Там каждая минута — на вес золота. Более того, кинотеатрам выгоднее ставить в прокат короткие фильмы, чтобы успеть показать их несколько раз за день.
В сериале же все иначе. У тебя есть эфирное время и хронометраж, чтобы расставить нужные акценты, выдержать паузы. Ведь иногда молчание говорит громче слов. Именно в сериале можно позволить драме «дышать», вести внимание зрителя, а потом отпускать. Это и есть главная свобода для меня как для создателя.
Что касается ответственности... Я не думаю, что её больше в кино или в сериале. Ответственность везде одинаковая. И кино, и сериалы — это мощный инструмент влияния. И очень важно, что именно ты с его помощью вещаешь людям и что ты им несешь.
— В синопсисе сериала главный вопрос звучит так: как им удалось взломать ЕНТ? Какую основную мысль вы хотели донести до зрителя через эту историю? О чем этот сериал на самом деле?
— Знаете, у каждого создателя свой смысл: сценарист видит одно, продюсер — другое. У нас получился многогранный проект, но для меня основной посыл адресован и родителям, и подросткам.
Для родителей это история о том, как из лучших побуждений мы вторгаемся в пространство другого человека и начинаем там управлять чужой жизнью. Мы не хотим, чтобы наши дети прошли ту же боль, что и мы, поэтому давим на них, заставляем или запрещаем. Это давление часто ухудшает климат в семье, зажимает ребёнка и приводит к очень нехорошим последствиям. Мы видим эту разницу между поколениями миллениалов и зумеров.
А для самих подростков главный месседж в том, что все проходит. Как бы ни было сложно сейчас, какие бы проблемы ни происходили — это тоже пройдет. Нет однозначности, что один неверный шаг определяет всю жизнь. Даже если ты плохо сдашь ЕНТ, даже если получишь низкий балл — время идет, и все налаживается. Этот экзамен не влияет на всю твою оставшуюся жизнь. Главное не фокусироваться на нем так, будто он решает абсолютно все.
Несмотря на то, что на тебя возлагают надежды (иногда мы сами неосознанно их на себя возлагаем), нельзя ставить на своей жизни крест из-за одной неудачи. Мы знаем много историй, когда ЕНТ становилось причиной трагедий.
И еще один важный момент. Протест героев — это не просто желание получить результат. Это бунт против того, что за них решают, что им делать. Они уже в ясном и осознанном возрасте, и эта вечная проблема отцов и детей здесь проявляется ярче всего. Речь о той грани, когда родители начинают разговаривать с ребенком как со взрослым.
— Как вы считаете, почему именно сейчас важно говорить о ЕНТ через призму кино?
— Тема ЕНТ всегда была актуальна, но сейчас она зазвучала по-новому. Меняется мир, меняются старые парадигмы. Раньше действительно считалось, что одно решение, например, выбор вуза после школы навсегда определяет твое будущее. Отучился на юриста — всю жизнь работаешь юристом. Но сегодня все иначе. Мир стал гораздо более гибким.
Наша главная задача как авторов донести мысль о том, что плохой результат на экзамене — это не приговор. Разумеется, мы не культивируем идею, что сдавать его не нужно. Смысл в другом: если у тебя что-то пошло не по плану или ты набрал меньше баллов, чем хотел, это еще не конец света.
У каждого человека своя суперсила. Кто-то отлично плавает, кто-то бегает, а кто-то умеет находить нестандартные решения. Если ты родился в семье юристов, это не значит, что ты обязан посвятить себя юриспруденции. Сейчас мир движется к тому, чтобы каждый мог раскрыть свой внутренний потенциал.
На самом деле, наш сериал даже не столько про само ЕНТ, сколько про этот переломный момент в жизни подростка. Проблема в том, что родители часто ставят на этот экзамен слишком многое, транслируя ребенку мысль, что от него зависит вся будущая жизнь. Конечно, родители хотят для детей лучшего, но ребенок в этот момент искренне верит: «Если я провалюсь — моя жизнь кончена».
Этим сериалом мы хотели показать главное: жизнь на этом не заканчивается. Да, экзамен влияет на ближайшее будущее, открывает одни двери и закрывает другие. Но то, каким будет твой дальнейший путь, уже зависит только от самого человека.
— Вы снимали для самой разной аудитории, но «140 баллов» — это очень специфическая, локальная и остросоциальная тема. В ваших комедиях часто играют опытные актеры, здесь же молодые ребята, для многих — это первые большие роли. Как вы искали с ними общий язык?
— Когда мы начали кастинг для «140 баллов», передо мной стоял главный выбор: брать на главные роли опытных актеров, которые уже известны зрителю, или искать ребят помладше.
Мы пошли по второму пути. Моей главной задачей было найти не просто талантливых исполнителей, а людей, между которыми возникнет химия. Герои сериала — одноклассники, которые 11 лет проучились вместе, поэтому зритель должен был поверить, что они настоящая команда. Мне нужны были живые, яркие личности, чьи психотипы совпадали бы с характерами персонажей. Это позволило им не играть роль, а органично существовать в кадре, не перегружая себя актерской задачей.
Но собрать правильный состав, это только половина дела. Чтобы ребята сработались, я дал им задание: проводить много времени вместе вне съемочной площадки. После репетиций и читок у них была задача встречаться вечерами, общаться, дружить. Они должны были стать настоящей бандой еще до команды «Мотор!».
Кроме того, атмосфера на площадке решает все. Можно идеально выстроить кадр, но если нет душевности и энергии, фильм будет мертвым. Зритель считывает это на подсознательном уровне. Поэтому я старался создать дружескую обстановку и общался с ними не как строгий режиссер, а обращался к ним по именам их персонажей.
Я считаю, что актер — это инструмент режиссера. И от того, насколько хорошо ты его настроишь и создашь доверие, зависит финальное звучание всего проекта.
— Актриса Адема Едилова отмечает, что тема ей близка, так как она недавно сама переживала похожие эмоции. Насколько для вас было важно, чтобы актеры понимали своих героев изнутри? Помогало ли это на съемочной площадке?
— Для меня было критически важно, чтобы актеры понимали своих героев изнутри.
При выборе основного состава я как раз искал ребят, которые находятся в этом возрастном диапазоне и проживают похожий жизненный этап. Человеческая психика формируется на основе опыта, поэтому мои знания в психологии помогли собрать именно тех главных героев, чьи внутренние миры совпадают с психотипами персонажей. Внешнее проявление эмоций — это всегда продолжение внутреннего состояния.
Актриса Адема Едилова рассказывала в одном из интервью, что у нее было два года сильного стресса перед сдачей экзаменов. Она прожила этот опыт в реальности и смогла передать на площадке нужный вайб и настроение.
— История держит в напряжении до конца. Без спойлеров: насколько финал соответствует вашим первоначальным ожиданиям от сценария? Были ли моменты, которые изменились в процессе съемок?
— Когда мне только принесли этот проект, я сам не знал, чем все закончится. По логике событий ты ожидаешь одного развития, но сериал привел к совершенно нестандартному решению, которое мне очень нравится.
Не буду спойлерить детали, скажу лишь, что концовка получилась непредсказуемой. Что касается изменений в процессе... Основные правки вносились еще до начала съемок, на этапе подготовки. Над текстом работала большая сценарная группа: они готовили его около года еще до моего прихода как режиссера. А когда подключился я, мы вместе сокращали сцены, докручивали диалоги. Я внес свои правки в мотивации героев и их поступки, чтобы история выглядела максимально достоверно.
