О Баян и только о Баян

Гульнара Бажкенова внимательно и с пристрастием прочитала автобиографичную книгу Баян Есентаевой «Баян. Обо мне и не только», которая завтра поступает в широкую продажу.

Баян Есентаева написала книгу. «О себе и не только», обещает название. В первый раз все происходило так как происходит в больших читающих странах с потенциальными бестселлерами: анонсы в книжных магазинах (я сама видела классиков обернутых в обложку Баян), предварительная ночная распродажа, толпа поклонников, жаждущих автографа, многочисленные интервью. Но рекламной компанией автобиографии можно назвать весь минувший год. С лета 2016 года по лето 2017-го имя #баянесентаева не сходило с уст социальных сетей и СМИ, и, как пишет она сама, звучало из каждого утюга.

Баян давно популярна, но личная семейная драма придала этой популярности невиданную для нас массовость, а главное, окрасила ее в непривычный для казахстанцев оттенок. Ярко выраженный желтый. Только не спешите с выводами: желтый – не значит плохой, особенно на грязно-сером фоне. Когда вокруг царит невнятный унылый монохром, желтый – это цвет самой жизни, ворвавшийся солнечным зайцем в пустые залы библиотек и унылые аудитории институтов культур. Туда где скуку привыкли выдавать за классицизм, отсутствие намека на занимательность за серьезность, а бездарность за снобизм, который якобы не жаждет публичности и популярности. Туда где принято втихую зажимать по углам студенток и актрис, а иметь или быть токал благопристойней, чем уйти от мужа или жены к любимому человеку.

Уйти от супруга к любимому – это для нас как-то слишком, как-то по-французски изысканно. Родная токал ближе и понятней. В Казахстане есть известные персоны, про которых все знают, что они являются чьими-нибудь официальными любовницами, которым придуман эвфемизм «вторая жена», и никто их ни разу не осуждает, разве что втайне завидуют, как доярка проститутке из бородатого советского анекдота. Баян Есентаева нарушила негласный общественный договор на лицемерную двойную мораль и стала порицаемой.

Но как ни относись к #баянесентаева, происходящее сегодня вокруг ее имени – не что иное как формирование института звездности, которого в Казахстане по большому счету никогда не было. Были только народные артисты и деятели искусств, лауреаты государственных премий и члены Нур Отан, возведенные на пьедестал и покрытые бронзой. В каждой области – свой небожитель, Елбасы мужского или женского рода. Для казахских артистов также как для чиновников характерно слишком трепетное к себе отношение, задень – и на вас посыпется архаичная пыль и обвинения едва ли не в святотатстве. Обратной стороной канонических образов является зевота, которую вызывают в массовом сознании одни имена «народных» и очевидное отсутствие интереса к ним – реального народного интереса. Людям не важно, с кем занимается сексом народный артист, потому что глядя на иного народного артиста трудно представить, что он/она вообще занимаются сексом. Слишком уж серьезны они в своих публичных портретах. Про Баян же людям интересно все, и автобиография после хайпа длиною в год выглядит грамотным маркетинговым ходом.

В многочисленных интервью она не устает повторять, что на книгу ее подвигли домыслы и сплетни, но отчасти лукавит. Баян давно доказала, что обладает коммерческим чутьем и не может не понимать: куй железо пока горячо. Два миллиона подписчиков Instagram вполне способны  трансформироваться в несколько сот тысяч читателей, каждый из которых заплатит больше трех тысяч тенге за подробности личной жизни звезды из первых уст. Когда-то ее «Коктейль для звезды» стал первым независимым, снятым не под государственной крышей фильмом, сорвавшим кассу. Теперь у нее есть реальный шанс совершить маленькую революцию в издательском бизнесе. Недавно журналист Вячеслав Половинко здесь, на страницах Esquire писал, что отечественному книгоиздательству необходима своя Донцова, способная протаранить рынок и потащить за собой более качественную литературу. Ведь для начала нашим людям надо хотя бы показать, что есть на свете такое удивительное явление как книги и книжные магазины. Почему бы Есентаевой с ее железной хваткой не стать этим тараном? Какой бы ни получилась в итоге книга, в данном случае важен  автор и героиня в одном лице. Баян могла бы написать сборник анекдотов и надеяться  на массовый тираж, а могла бы написать (пусть с помощью редакторов) текст, способный стать явлением в скромном отечественном литературном процессе. Но написала так себе, да кажется и не ставила перед собой высоких целей.

Что есть самое ценное в автобиографической литературе? Как ни странно, это не сам рассказчик – это общество, люди, быт и нравы, его окружавшие. Это время, предстающее перед нами взором современника. Рефлексия, переосмысление эпохи через осмысление себя (а восьмидесятые, девяностые, двухтысячные и то что мы сейчас проживаем – именно эпоха, не умаляйте свои времена). Не ждите ничего такого от «Баян. Обо мне и не только». Название обманчиво – это о ней и только о ней.

Баян как-то наспех писала свою автобиографию. Она мало на чем и на ком фокусируется, летящей скороговоркой описывая свою жизнь с детства по сегодняшний день. Первая часть – предсказуемо самая трогательная. Детство в Уральске у прабабушки, безмерно любившей и баловавшей правнучку. Баян росла красивой артистичной девочкой, которая уже тогда предчувствовала свою звездную судьбу. Ак-Баян – так ее называли родные и шили для нее красивые платья, и она выступала в них на сцене, и покоряла публику. Потом был переезд к родителям в Алма-Ату, первые мальчики замаячили на горизонте и первый бандит появился, из-за которого пришлось корректировать жизнь и возвращаться в Уральск; первая любовь, первое и кажется последнее «нет», которое она услышала от мужчины; потом брак, дети, работа и так далее, все в таком же духе сериального пересказа без четкого понимания «к чему вы клоните?». Большинство среднестатистических женщин, не блещущих красотой и звездностью Баян, могут рассказать до кучи таких мелодраматичных историй о себе в поезде случайным попутчикам – жизнь ведь вообще похожа на сериал, поэтому их так любят.

Прямолинейное понимание автобиографии как простого перечисления пережитых событий простительно безвестным «уважаемым» аксакалам, которым дети и внуки оплачивают автобиографии в красивых переплетах к юбилейным датам. Их с гордостью показывают на тоях гостям, дарят родственникам и украшают полку в семейном шкафу. Если же вы беретесь писать о своей жизни для тысяч и миллионов людей, то простой констатации фактов из собственной жизни слишком мало для взыскательного читателя, даже если этот читатель – ваш подписчик в Instagram. Мне совершенно не интересны подробности личной жизни Баян Есентаевой, но мне был бы интересен ее взгляд на наше время. Мысли, мнение, рефлексия незаурядного современника, человека одного с тобой поколения о том, что пережито вместе, а пережито ведь так немало – на наших глазах обрушилась страна, под нашими ногами уходила почва, и мы, семидесятники – то ли потерянное, то ли согласно китайский мудрости проклятое поколение, чье взросление пришлось аккурат на эпоху перемен – порой не знали, что делать с свалившейся на нас свободой, да и с жизнями не знали что делать. Когда я читаю про Марлен Дитрих – я вижу грусть и тоску умирающей Европы, трагедию вынужденной эмиграции, надрывный декаданс. Даже биография Канье Уэста способна передать вам атмосферу мрачного гламура Лос-Анджелеса, а не только лишь обстоятельства знакомства с Ким Кардашьян. Когда я читаю Баян Есентаеву, я вижу ее и только ее.

А ведь дочь одного из лучших в республике звукорежиссеров и внучка директора областной филармонии могла многое нам поведать – про маленький провинциальный Уральск, про Алма-Ату семидесятых и восьмидесятых лет, про столичную богему того и сегодняшнего времени.

Баян с детства крутилась в артистической среде и ходила в театр оперы и балета как к себе домой, маленькой девочкой встречала Розу Рымбаеву и Алибека Днишева. Но все это – дух времени и города, лица и характеры людей – со страниц книги напрочь вытесняют какие-то влюбленные мальчики и мужчины, исходящие от бессильной злобы и зависти девочки и женщины; мелочные стародавние обиды затмевают в воспоминаниях Баян даже ее собственные проекты.

Удивительно, но первая на сегодняшний день знаменитость страны помнит даже обидчиков, которые что-то такое сделали ей в детском саду. Какие-то Айгули-Маши-Леши, перед читателем мелькают ничего не значащие имена. Кто-то ее бойкотировал, кто-то заразил чесоткой, кто-то оклеветал, и она с бесхитростным женским коварством сводит со всеми ними счеты на страницах автобиографии и нет-нет да позволяет эмоциональный выпад сквозь года и расстояния: интересно, ну и где же вы теперь?!

Ну что сказать, Баян, скорее всего теперь они постарели, покрылись морщинами и потонули в бытовых заботах о хлебе насущном. Не всем, знаете ли, повезло уродиться такими успешными и красивыми!

Мужчины преследуют, женщины строят козни. Вот основной лейтмотив жизненного пути Баян в ее собственной интерпретации, местами напоминающей приключения прекрасной Анжелики из знаменитого бестселлера супругов Голон. Только Анжелика – вымышленный персонаж, а наша Баян настоящая, хотя тоже прекрасная. Думаю, при удачном исходе тиража, она обязательно снимет сериал на основе автобиографии и будет права. В формате сериала изложенная ею история будет очень уместна и небесполезна. Потому что даже за проговоренной скороговоркой автобиографией, за кучей необязательных подробностей и не сказанных нужных слов проглядывает сильная незаурядная личность. Баян не терзается интеллигентскими сомнениями, а поставив цель идет к ней. Она никогда не плачет, и лично меня подкупило, что ни на секунду не пытается играть на чувствах и манипулировать на своей беде. Она вообще мало написала о проблемах со здоровьем после травмы, которых не может не быть, о чувствах, переживаниях и просто физической боли сразу после нападения. Хотя можно представить, каково это было.

Но все же лучшую книгу про #баянесентаева точно напишет не она сама. Если Баян Есентаева продолжит и дальше двигаться по жизни с такой скоростью и амбициями, то это сделает более талантливый писатель, и он не спросит у нее разрешения.


Гульнара Бажкенова