Ержан Исмагулов: «Я живу в США, пока могу делать деньги»

О том, как построить бизнес с нуля в США и своем взгляде на американскую жизнь, Ержан рассказал в интервью для проекта «Казахстанцы в США».

Как и многие молодые казахстанцы, Ержан Исмагулов оказался в США после участия в программе work & travel. Отправившись туда без знания языка, слабо представляя себе, что его ждет, и оказавшись без гроша в кармане, он решил, что не может вернуться домой с пустыми руками. Начав с карьеры грузчика, со временем он стал владельцем собственной компании в сфере грузоперевозок в Вирджинии, в которой собрал целую команду соотечественников.

Расскажи о себе: откуда ты, как вырос?

Я родом из Костанайской области. После шестого класса мы с родителями переехали в Лисаковск. Учится же я уехал в Костанай. Через три года учебы приехал в США по программе work & travel.

Кто посоветовал тебе программу work & travel?

И 5-6 лет тому назад, и сейчас эта программа актуальна. Друзья посоветовали приехать. Никто из них раньше не ездил в США. Мы приехали вместе. Затем я предложил ребятам задержаться здесь. Это было в 2010 году.

К work & travel ты как-то готовился? Знал, что тебя будет ждать?

Я примерно знал, чего ожидать. Узнав о программе, начал изучать ее. Появился большой интерес. Какого-то страха у меня не было, потому что рядом со мной были друзья. В каком-то смысле мы просто ехали отдохнуть и заработать денег.

Английский язык ты знал?

Английский не знал вообще. В школе английский язык был для нас как урок музыки. У нас была молодая учительница, и мы приходили на занятия повеселиться.

К окончанию школы ты уже имел какие-то жизненные планы?

Я тогда еще не строил себе планы на 10 лет вперед. Не задумывался об этом. Просто хотел закончить учебу и начать работать. Планировал работать в финансовой полиции.

Почему?

Я за это не держался, я всегда хотел заниматься чем-то своим. Мне кажется, это намного интереснее, когда ты что-то делаешь, создаешь. Но я хотел поработать в органах или адвокатом. Поэтому хотел стать юристом. Но родители сказали, чтобы сначала я отучился на финансиста. А уже затем получал юридическое образование. Не знаю, почему хотел работать именно в финансовой полиции, но такое желание у меня было.

В Казахстане вокруг финансовой полиции сложился такой ареол, что, работая в этой организации, можно заработать хорошие деньги.

Да, цель заработать деньги у меня была. Точнее, у меня всегда было стремление жить хорошо. Стараюсь придерживаться этих взглядов и сейчас. Двигаться в правильных компаниях с правильными людьми. Каждый человек делает то, что ему нравится. Для себя понял, что я – человек бизнеса. Мне нравится это делать, мне нравится работать с людьми. Мне доставляет это удовольствие.

Как прошли твои три месяца по программе work & travel?

Они прошли весело. Когда приехал сюда, у меня была только тысяча долларов. Мы приехали в Оушен-сити, штат Нью-Джерси. Ситуация была такая. Сначала мы приехали в Нью-Йорк и даже не знали, куда пойдем, просто стояли с нашими ребятами. Подошли к одному из парней и спрашиваем: «Вы куда едете?» Он отвечает: «В Оушен-сити». «Есть ли там океан?» – интересуемся мы и получаем утвердительный ответ. Решили ехать туда же. За 300 долларов доехали до Оушен-сити. Нас поселили в какой-то мотель. Это оказался город студентов, потихоньку стали присматриваться, изучать его, искать работу.

Только к середине второго месяца я устроился на работу. Сначала на стройку, затем в супермаркет. Зарплата у меня была 200 долларов, из них за жилье я платил 95. У меня оставалось чуть больше 100 долларов в неделю на жизнь. Поэтому питались мы в McDonalds.

Затем стал задаваться вопросами: «Как я поеду домой?», «Как буду смотреть родителям в глаза, если даже ничего не заработал?» Поэтому решил задержаться еще на год. Тем более что моей основной целью было изучение английского языка.

В первые полтора месяца не мог найти работу из-за незнания языка?

Да. Я даже спрашивал у друзей перевод слов «как найти работу». Они писали мне на бумажке, и я ходил задавал этот вопрос. Они мне отвечали, и я их просто не понимал. Стоял, улыбался и разворачивался. Ничего не понимал и не представлял, как это будет. Думал, что скажу: «Я ищу работу», и меня молча заведут на кухню, покажут, что нужно мыть посуду. Надеялся только на это.

Когда ты уезжал из Казахстана, ты этого не понимал?

Я это особо серьезно не воспринимал. Не боялся этого. Знал, что будет нелегко, но страха не было. Знал, что смогу это сделать, пусть не сегодня и не завтра.

Благодаря чему ты остался? Как удалось продлить визу?

Сначала продлил визу на туристическую, затем на студенческую. Сейчас уже в процессе получения грин-карты.

А как удалось получить грин-карт?

Сложно сказать. Во-первых, я хочу съездить домой, соскучился по родителям. Если уеду сейчас, то не смогу вернуться.

Я о том, что, чтобы получить грин-карту, нужно ведь выполнить какие-то требования?

Да, нужно выполнить определенные требования. В каждом случае все происходит индивидуально. Есть разные пути, для этого есть юристы, адвокаты, которые работают над этим.

Дорого тебе это обходится?

Во сколько это мне обошлось, сказать не могу, точно не помню. Опять же у всех это разные суммы, в зависимости от адвоката, от кейса. Я бы не сказал, что мне это дорого обошлось. Для достижения моих будущих целей это просто мелочи жизни. Среднюю сумму вам никто не скажет. Если ты хочешь получить грин-карту, то ты должен сам пройти через все. А также здесь в США не принято спрашивать, что, как и сколько это стоит.

Но мы-то из Казахстана.

Тем более. Если вы намерены чего-то добиться, я могу помочь в этом, что-то подсказать. Но на самом деле все знают, какие требования нужно выполнить, чтобы получить грин-карту. Все это есть в интернете.

Закончился work & travel, ты стал обычным туристом, что происходило дальше?

Сняли с ребятами машину за 60 долларов. Я впервые сел за руль в США. Заплатили за все, и у меня осталось всего 20 долларов. Через пару дней один из друзей, которого сейчас знаю уже шесть лет, пригласил меня немного заработать. Мы вышли работать на «мувинг» (прим. – грузоперевозки). Это был ежедневный кэш. Мне платили 10 долларов в час. Так проработал 2 недели, затем повредил ногу и не мог работать.

Что именно представляет собой мувинг?

Это работа грузчиком. Здесь, в США, мувинг – это профессиональная работа. Это люди, которые профессионально занимаются перевозкой мебели. Нужно правильно упаковать груз, застраховать и перевезти. Так вот из-за повреждения мне пришлось уйти с этой работы. И я по-прежнему не знал английского языка.

Мой друг Кайрат работал тогда в компании по продаже мороженого, у них было несколько точек. Приехало много ребят из Казахстана. И почти все мы работали в этой компании. Там уже смог получить определенную базу знаний по английскому языку. Смог выучить цифры больше десяти, до этого не знал. Получил большой опыт в сфере обслуживания. Так проработал полтора года. К тому времени смог получить автомобильные права в США. Купил машину. После этого снова пошел работать в мувинг с определенной базой английского языка.

Решил вернуться в эту сферу, потому что жил с друзьями, которые открывали эту компанию. Я спал рядом с человеком, который был там диспетчером. Он работал дома, и в течение года я все это слышал. Таким образом, изнутри изучил этот бизнес.

Я уже должен был возвращаться в Казахстан. Купил подарки, собрал сумки, купил себе вещи и самую дешевую машину за 500 долларов, чтобы проездить на ней три месяца и уехать домой. Но когда пришло время уезжать, почему-то снова принял решение задержаться.

Родители тебя уже ждали?

Я понимал, что лучше пусть я буду здесь и затем привезу родителей, смогу показать им все. Это было моей мечтой. Одним из самых больших моих желаний было привезти родителей и показать им США.

Что такого интересного могло быть в США для родителей?

Здесь очень много всего, что можно увидеть и что можно показать. Если говорить в целом, то можно показать обстановку в стране, их образ жизни. Показать, какие могут быть дороги, к чему мы можем стремиться. Но это было не столь важно, как то, что я просто хотел увидеть родителей.

Часто общался с родителями? Рассказывал, чем занимаешься, как живешь?

Рассказывал о том, как живу, но никогда не рассказывал им о каких-то трудностях. Мои родители всегда знали, что у меня все хорошо. Нельзя было позволить переживать им за меня. Я говорил им, что все нормально, работаю. Порой до определенного времени они даже не знали о моих планах. Они узнавали об этом со временем.

Ты говорил им: «Я работаю грузчиком»?

Да, я говорил им, где работаю.

Они не призывали тебя вернуться домой?

Конечно, говорили. Я думаю, любой родитель будет звать своего ребенка назад. Я объяснял им, просил их немного потерпеть, так как у меня уже были определенные планы. Если бы у меня не получилось, то вернулся бы домой. Это всегда можно успеть, но не всегда есть возможность попробовать что-то сделать.

Что касается работы, мы остановились на том, что ты снова вернулся в мувинг?

Мувинг преследовал меня постоянно. Хотя я не могу сказать, что это та отрасль, которой хотел бы посвятить свою жизнь. Но я этим занимаюсь. Может быть, это только начало. Это просто один шаг вперед к чему-то большему. Для начала развития бизнеса мувинг не самый сложный вариант.

Почему мувинг не сложный? Потому что требуется меньше знаний?

Это скорее касается не знаний, а того, что этот вид бизнеса не требует больших инвестиций, если ты занимаешься им сам.

Ты с какого объема инвестиций начинал?

С четырех с половиной тысяч долларов. На пятьсот долларов купил телефон, на который мне звонили клиенты, и на оставшиеся четыре тысячи купил грузовик. Так потихоньку со своим другом мы начали эту работу. Сами выезжали на заказы. Затем пошли дальше, купили еще один грузовик, начали набирать людей. С самого начала я занялся работой с клиентами, «сел» на телефон, полностью взял на себя рекламу, сайт.

У тебя хорошо получается продавать? Это какой-то врожденный талант?

Думаю, что да. Я нигде не учился продажам. Иногда посещают мысли: «Зачем я учился на финансиста?» Может быть, мне нужно было пойти на маркетолога. В данный момент я очень тесно связан с этой отраслью. Знаю, как это работает. Чувствую себя как рыба в воде. Я могу продать все что угодно, и мне это интересно. В продажах главное – представить товар человеку так, как он сам этого хочет. Клиент всегда хочет слышать что-то определенное, тебе просто нужно дать ему это.

Сколько времени прошло с момента открытия твоего бизнеса?

Официально прошло два года.

Насколько за это время вы стали больше?

В какой-то момент я остался один. Мой партнер уехал домой. У меня остался один грузовик и одна машина. Долгое время я работал дома, сам выезжал на заказы. Ночью возвращался домой. Затем приобрел второй грузовик. Но это работа с людьми, нужно успевать работать с клиентами, с людьми, с рабочими. Все это очень важно. Нужно просто по-человечески ко всему относиться. Тогда мне было очень сложно. Бывали моменты, когда на одну линию мне одновременно звонили с четырех номеров. Я просто останавливался и не знал, что делать. Но я сам поставил себя в такие условия. И поэтому сам старался решать подобные ситуации. Сейчас мы уже расширились. Приобрели территорию, открыли офис. У нас в офисе работают уже три диспетчера. Когда начинал, не думал обо всем этом. Мне кажется все приходит постепенно, шаг за шагом.

Допустим, чтобы выезжать на работу в другой штат мне нужно иметь определенные бумаги, разрешения, медицинскую карту, пройти тесты на наркотики и алкоголь. Постепенно мы ко всему этому пришли. Сейчас мы уже двигаемся в сторону Калифорнии. В ноябре прошлого года мы отправили туда наш первый груз.

Насколько легко открыть бизнес в США?

Все зависит от человека. Если у тебя есть желание, то это может сделать любой. Это очень доступно. Если у тебя есть определенные инвестиции, документы, то, например, в штате Вирджиния ты можешь открыть свой бизнес онлайн. Первую лицензию на ведение бизнеса приобретаешь за 100 долларов. С этой лицензией идешь в банк, открываешь счет, затем только обращаешься в местные органы управления. После предоставления всех документов выдается официальная лицензия, и ты становишься бизнес-налогоплательщиком.

Изначально у нас был план заниматься разными направлениями, мы хотели объединить все, чтобы одним звонком человек мог решить различные задачи. Но не всегда получается сделать все в силу разных причин. Например, я считаю, что мог бы достичь большего, если бы имел больший объем инвестиций.

Почему ты не взял кредит для этих целей?

Кредиты предпочитаю не брать и стараюсь держаться от них подальше.

Почему? В США же неплохие процентные ставки предлагаются?

Да, здесь нормальные проценты. Здесь дают тебе возможность брать кредиты, но они специально загоняют людей в кредиты. Для того чтобы ты был обязан всю свою жизнь работать и выплачивать его. Мы стараемся ни от кого не зависеть. Это очень хорошая привычка.

Может быть, ты просто боишься рисковать?

Риска я не боюсь. Наоборот, я всегда готов рискнуть. Тем более что сейчас у меня нет здесь ни семьи, ни детей, и я могу рисковать всем. Но риск должен нести в себе определенные перспективы.

Ты рассматриваешь вариант возвращения в Казахстан?

Конечно. Я хочу вернуться на родину. Не могу сказать, что готов прожить всю свою жизнь в США. Здесь я нахожусь ровно до того момента, пока могу делать деньги. Когда перестану здесь зарабатывать или пойму, что могу делать такие же деньги дома, конечно же, вернусь в Казахстан.

Если встанет вопрос, где лучше жить при одинаковых условиях – в Казахстане или в США, выберу дом. Потому что это родное, родные люди, родная земля. Я сам по себе патриот. Пусть пока живу здесь, в США. Сейчас такое время. Каждый человек выбирает то место для жизни, где ему удобно. Я думаю, никто не имеет права обвинять кого-либо в этом. Будет у нас в будущем хорошо или плохо, Казахстан – это моя родина. Я готов вернуться домой. И внести хоть какой-то элементарный вклад в развитие страны. Потому что свои люди вокруг.

Но при этом ты стоишь в очереди на получение грин-карты и находишься в шаге от получения американского гражданства?

Нет. Я не стремлюсь к получению американского гражданства. Грин-карта мне нужна для того, чтобы я мог ездить в Казахстан, заключать договоры с казахстанскими компаниями. Представлять нашу компанию в других странах. У меня нет цели в получении американского гражданства. Моя цель – это международный бизнес.

А после того, как ты увидел, как строится бизнес в США, какое тут отношение к делам, ты сможешь работать в Казахстане?

В Казахстане я не работал, но наслышан о том, как делается бизнес. Думаю, для меня не составит труда приспособиться к работе в Казахстане. Если я смог в чужой стране, на другом языке найти себя, то у себя дома на своем языке я смогу найти общий язык.

Насколько я знаю, у тебя работает много ребят из Центральной Азии, почему?

Все люди, которые приходят работать к нам, это друзья друзей. Наши знакомые. Люди часто сами находят меня. Звонят, говорят, что слышали обо мне и нашей компании. Ищут работу. Никогда никому не отказываю. Конечно, у меня есть требования. Прошу всех пройти трехдневный тренинг. После трех дней, если человек меня устраивает, а его устраивает работа, то – пожалуйста, пусть работает.

Я сам проходил через все это, работал на кого-то. Поэтому стараюсь не преподносить себя как какой-то большой начальник и общаюсь со всеми ребятами на равных.

Ты не боишься панибратских отношений и того, что твой менеджмент от этого будет страдать?

Думаю, что могу найти выход из любой ситуации. У нас каждый человек знает, что он делает на этой работе. Я достаточно требовательный человек, и мои пацаны это знают. Бывают, конечно, разные ситуации, но в бизнесе без этого никак. Никто, никогда не садится мне на шею и каждый знает, что он должен делать. Нужно очень точно определить дистанцию в отношениях, чтобы твой коллектив мог пойти за тобой. И чтобы вы могли оставаться одной семьей. Я настраиваю ребят так.

Сколько наших ребят уже работают у тебя?

Это весь СНГ. У нас нет деления на нации. Любой человек, который говорит на русском, для нас свой. Мы все как одна семья. Даже при первой встрече с человеком ты уже чувствуешь, что это свой человек. Стараемся всегда держаться вместе, помогать друг другу во всем. В прошлом году, например, у нас работало много ребят из Киргизии, мы говорили на одном языке и никогда не поднимали политические вопросы. В данный момент, в этой стране мы все – братья.

Тебе не кажется странным, почему так происходит? Ведь даже в Казахстане люди внутри страны любят говорить о том, кто к какому роду относится, а за границей все наши объединяются?

Когда человек приезжает в другую страну, он чувствует одиночество. Как, например, у волков. Пока ты в стае – ты спокоен. Но если ты отбился от своей стаи, то ты пытаешься влиться в другую стаю. В США большое и интернациональное население. Поэтому родными людьми становятся те, кто родом с тобой из одной страны, которые говорят с тобой на одном языке. Потому что их здесь не так много.

Ты говорил, что хочешь выйти на казахстанский рынок, для чего?

В нашей долгосрочной стратегии есть планы по выходу на зарубежные рынки. В первую очередь на Казахстан. Я уже знаю, как и что нужно сделать. Осталось только найти клиентов. Например, в Северном Казахстане, откуда я родом, развито сельское хозяйство. Многие пользуются хорошей американской и канадской техникой, а поставщиков комплектующих для них не так много. Мы готовы поставлять это отсюда.

Вообще очень много из того, что ты видишь в США, можно внедрить в Казахстане. Например, у нас до сих производят дорожные знаки – столбы, укрепленные в бетоне. Это совсем неправильно – это опасно для жизни людей. Это и дороже, чем те технологии, которые используют в США. Здесь все это намного проще, дешевле и безопаснее. Когда здесь сбивают дорожные знаки, они просто падают. Целы и люди, и дорожные знаки.

Но это рынок, спрос на который принадлежит государству, а у нас государству просто так ничего не продашь.

Понимаю, но всегда можно найти какой-то выход. Просто нужно искать. Нужно получить доверие. Всегда можно дать идею, договориться обо всем.

Тебя в США зовут Джон?

Да, все зовут меня Джон. Меня зовут Ержан, мое имя оканчивается на «жан», а это близко к американскому Джон. Это очень удобно. Например, никто не знает мою национальность. Я работаю с клиентами, если представляться им, то можно понять, откуда я. А когда тебя зовут Джон, все намного проще.

Для них важна твоя национальность?

Для некоторых людей это очень важно. Кто-то не хочет работать с латино-американцами, кто-то с афроамериканцами, кто-то не любит работать с белыми, потому что они дорогие. У всех по-разному. Я говорю им, что я – John Ism. Однажды меня спросили, почему у меня такое странное имя. Друг ответил за меня: «Он еврей, поэтому его так зовут».

В Америке ведь кто только ни живет, разве для них этот вопрос вообще интересен?

В основном нет. Потому что здесь жесткие законы. Любой человек может подать в суд на кого угодно. Стоит кому-то не так показать на меня пальцем, я имею полное право подать в суд на этого человека. С одной стороны они очень защищены в своих правах, но с другой стороны, они всего боятся. Их правительство даже запугало. Они боятся что-то нарушить, что-то сделать не так. В основном люди стараются жить тихо и молча. Даже если на улице будут кого-то убивать, они лучше будут тихо сидеть дома, чтобы их никто не тронул.

То, что они всего боятся, это хорошо или плохо?

Я считаю, это плохо. Они запугали своих граждан. Моя точка зрения такова: они думают, что они живут в свободной стране, но на самом деле страна очень жестко контролирует людей своими законами. Потому что никто не хочет иметь дело с властными органами. Например, полицейский имеет право убить человека, если ты будешь отказывать ему в задержании. Есть свои плюсы и минусы у этой свободы.


Казахстанцы в Америке. Часть 1. Жанат Байдаралин

Казахстанцы в Америке. Часть 2. Данияр Нуртаза

Казахстанцы в Америке. Часть 3. Дана Кисметова

Казахстанцы в Америке. Часть 4. Тимур Капанов