Фемида как Фемида

Дело Александра Кузнецова, которое рассматривалось в суде Алматы, ставит под сомнение право казахстанцев на самооборону, считает журналист Амир Касенов.

Фемида как Фемида 1

Человек защищался от вооруженного ножом пьяного задиры, отправил последнего в нокаут. Задира умер – от падения с высоты собственного роста, сам по себе удар оборонявшегося не был смертельным.

«Не является превышением пределов необходимой обороны причинение вреда лицу, посягающему на жизнь человека, либо при отражении иного посягательства, сопряженного с вооруженным нападением или насилием, опасным для жизни обороняющегося или других лиц, либо с непосредственной угрозой такого насилия, либо с насильственным вторжением в жилище, помещение, а также если обороняющийся вследствие внезапности посягательства не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения». Из Уголовного кодекса.

Все перечисленные обстоятельства установлены и запротоколированы следствием, подтверждены свидетелями. Подсудимый был трезв, всячески пытался избежать конфликта, приемы самообороны применил только после того, как сам получил несколько ударов от погибшего, в том числе ножевой порез. Пытался оказать умирающему первую помощь.

Тем не менее он признан виновным и осужден на полтора года заключения. (ред. а в последствии и на 8 лет лишения свободы). Немного – скажет кто-то, но ключевое слово тут: виновен. В том, что защищал свою жизнь.

По Конституции, по статье 32 Уголовного кодекса и просто по законам людским, человек имеет право защищаться. Но в Казахстане это дело, получившее широкую огласку, создает прецедент и ставит это право вне закона. Конечно же, я про дело Александра Кузнецова.

В течение которого отечественная Фемида поэтапно и последовательно демонстрировала свой репрессивный характер. Обвинение сразу же выбрало подсудную статью – «Причинение смерти по неосторожности», проигнорировав последний абзац статьи 32 Уголовного кодекса о необходимой обороне. У судьи, даже с учетом обвинительного акта с подсудной статьей, была возможность проявить гуманность и дать условный срок — такой вариант предусмотрен Уголовным кодексом. Однако вопреки заявленной государством «гуманизации» уголовного законодательства, следующие полтора года Кузнецов проведет в тюрьме.

И это не только его проблема – суд вынес приговор на право каждого жителя Казахстана защищать свою жизнь. Государство оставляет это право только за собой, обычная монополия, характерная для несвободных стран. Неплохо для преступников, теперь они знают, что их потенциальные жертвы беззащитны. И очень плохо для всех нас, особенно если учесть преступную статистику в стране. Выбор в критической ситуации невелик – получить пером в бок или сесть в тюрьму.

Другой важный момент в деле Кузнецова – давняя, еще с советских времен, стойкая нелюбовь отечественного суда к оправдательным приговорам. Недавно, буквально пару месяцев назад, Верховный суд с гордостью сообщил, что в прошлом году в Казахстане было вынесено 115 оправдательных приговоров. Много это или мало? Трудно сказать, сама по себе цифра ничего не сообщает. Тут важен процент, о котором судебная система умолчала. Поэтому считаем сами. В 2014 году в казахстанские суды было направлено 43878 уголовных дел, значит, оправдательные приговоры едва достигают 3,8%. Суровость нрава наших судей особенно наглядна в сравнении. В Европе оправдательный вердикт выносят в двадцати процентах случаев, в США – в двадцати пяти. Даже в тоталитарном СССР судьи были более снисходительны, чем их современные последователи: 1935 год – 10,2% оправдательных приговоров, 1946 год – 15%. Это в годы пика сталинских репрессий. Наш суд, получается, превзошел их в своей «гуманности».


Автор: Амир Касенов, журналист