Каково это – быть судимым за молитву

Отец Владимир, священник Храма Рождества Пресвятой Богородицы села Мерке Жамбылской области.

Отец Владимир6 августа 2017 года я получил повестку в районный суд Мерке: меня будут судить за совершение административного правонарушения, точнее – за совершение религиозного обряда в не установленном месте, а если еще точнее – за молитву.

К слову сказать, правоохранительные органы сработали очень оперативно: в пятницу 4 августа был составлен протокол, в понедельник я получил повестку, и уже 14 августа состоится суд.

Что же произошло?

В моей воскресной школе учатся дети прихожан. Летом во время каникул я по просьбе родителей, с письменного согласия устраиваю для них досуг, вожу в походы. В горах мы ставим палатки, отдыхаем, я заранее готовлю программу оздоровительного (совсем не религиозного) характера – игры, конкурсы, викторины. Но так как все дети из верующих семей, ученики воскресных школ, я провожу с ними беседы на религиозные темы и все мы там же молимся. Всего в лагере было тридцать детей и одна семья из соседнего села Лугового, там четверо детей вместе с мамой.

Отец Владимир

Видимо, комуто наш досуг или вся школа не нравятся. В районный отдел внутренней политики поступило анонимное сообщение, что в горах священник совершает религиозные обряды с детьми. Насколько я знаю, анонимные сообщения не рассматриваются, но в нарушении закона за нами приехали на пяти машинах представители акимата, КНБ, Управления по противодействию экстремизму и терроризму, полицейские из РОВД и оперативники по делам несовершеннолетних. Сначала в мой адрес прозвучали обвинения во всех смертных грехах – уголовных преступлениях: что я выкрал и незаконно удерживаю детей, в экстремизме и контрабанде религиозной литературы.

Дети были очень напуганы, когда к нам нагрянули полицейские, больше 10 человек. Они вели себя крайне вызывающе, ходили между палатками и что-то высматривали. Оперативники по делам несовершеннолетних пытались допрашивать детей, хотя родителей не было рядом, и это было незаконно. На мои замечания ответили, что это просто разговор, а не допрос. Но ведь они были в форме и при исполнении. Я считаю, что на детей было оказано психологическое давление и нанесена психологическая травма.

Я вынужден был обратиться за помощью к заместителю акима Жамбылской области Ерканату Манжуову и пожаловаться на действия правоохранительных органов, после чего полицейские стали вести себя более корректно, перестали хамить и превышать полномочия. Они уехали.

Но уже к вечеру 2 августа вернулись представители акимата и составили протокол об административном правонарушении.

6 августа я пошел в прокуратуру и пытался обжаловать протокол, который был составлен с нарушением закона и, кстати, со множественными грамматическими, пунктуационными и орфографическими ошибками. В протоколе об административном правонарушении не раскрыта суть совершенного правонарушения, не написано в чем конкретно меня обвиняют. Там просто указано, что в горах стояли палатки и одна из больших палаток была оборудована, как место для совершения молитв, то есть там были иконы и религиозная литература. Религиозные обряды совершались три раза в день и, следовательно, была нарушена 7 статья, 2 пункт Закона о религиозной деятельности.  Которая гласит: богослужения, религиозные обряды, церемонии и (или) собрания беспрепятственно проводятся (совершаются) в культовых зданиях (сооружениях) и на отведенной им территории, в местах поклонения, в учреждениях и помещениях религиозных объединений, на кладбищах и в крематориях, жилищах, объектах общественного питания в случае необходимости при условии соблюдения прав и интересов близ проживающих лиц. В иных случаях религиозные мероприятия осуществляются в порядке, установленном законодательством Республики Казахстан.

Далее в третьем пункте указаны места, в которых запрещено проводить религиозные обряды  это государственные и образовательные организации, судебные и правоохранительные органы, другие службы, связанные с обеспечением общественной безопасности, защитой жизни и здоровья физических лиц. Природа не попадает ни под одну из этих категорий, прямого запрета проводить религиозные обряды в горах, в поле или степи нет. Тем не менее протокол подписан, прокурор не выступил против, дело передано в суд. И это неудивительно. Прокурор и работники акимата настроены крайне негативно. Возможно потому, что их всегда раздражала моя независимая позиция.

Им не нравится, что священник предпринимает активные действия, построил воскресную школу, а когда аким хотел спилить старинные деревья – именно я не позволил этого сделать. Мы это стыдливо замалчиваем, но в Жамбылской области есть проблемы национализма.

На мой взгляд, основная причина данного инцидента в том, что власти на нашем примере хотят показать, что любые формы религиозных неправомерных собраний и организаций будут караться. Но ведь всем известно, что православные христиане никогда не отличались религиозным экстремизмом. В преамбуле Закона Республики Казахстан «О религиозной деятельности и религиозных объединениях» подчеркивается историческая роль ислама суннитского направления ханафитского мазхаба и православного христианства в развитии культуры и духовной жизни народа Казахстана.

Это дело вызвало болезненную реакцию у родителей детей и среди православной общественности. Многие возмущены и считают, что это притеснение по национальному и религиозному признаку. Я стараюсь объяснить людям, что это не так, просто закон неверно понят представителями власти. Пошел общественный резонанс, сегодня мне звонил генеральный консул Российской федерации, которому пожаловались наши прихожане. Я рассказал все как есть, он очень удивился и обещал со своей стороны оказать поддержку.

Но я все же уповаю на законы своей страны. Я готовлюсь, консультируюсь с юристами и 14 августа собираюсь до конца отстаивать свои права в суде.

Esquire.kz получил комментарии у матери одной из учениц воскресной школы.

Марина, прихожанка церкви Пресвятой Богородицы села Мерке:

Моя дочь Дарья отдыхала в лагере. Это был наш первый опыт отдыха в туристическом лагере при церкви. Даше все очень понравилось, было много положительных эмоций, но и слез тоже – когда прощалась с ребятами и отцом Владимиром.

Каждый день в лагере был насыщен разными событиями, дети ходили в походы и участвовали в конкурсах.

Цель летнего лагеря – обеспечить качественный летний досуг для детей и духовное воспитание. Мы отпустили дочь потому, что мы не могли уделить ей летом должного внимания, ведь целыми днями находимся на работе. Мы хотели, чтобы она общалась со сверстниками в хорошем коллективе и качественно отдохнула во время каникул.

Мы приезжали в лагерь два раза, чтобы проверить в каких условиях находится  наш ребенок. На мой взгляд, летний лагерь был полностью оборудован для детей, там была баня, полевая кухня, к слову, качество приготовленной еды мы сами оценили и остались довольны.

Во время инцидента с полицией моя дочь находилась на территории лагеря. То что происходило там, напугало детей, но спасибо батюшке – он смог их успокоить. До возвращения отца Владимира на территорию лагеря, когда его забрали для выяснения обстоятельств дети сильно за него переживали.

Но потом он вернулся и заверил детей, что все хорошо – это привело детей в чувство и они даже прыгали от радости. Дочь говорит, что пережитые волнения сплотили детей, они стали еще дружней и внимательней друг к другу.


Записала Садыкова Анна