Глеб Когай, 22 года, студент, Алматы – Нанкин

студент, Алматы – Нанкин

В КНР я попал в 2017 году сразу после окончания алматинской школы. Приехал в Нанкин, это крупный город в Восточном Китае, который когда-то был столицей страны. Год учился на языковых курсах, а затем поступил в Университет связи и телекоммуникаций на факультет EIE – электронная информационная инженерия. Сейчас я студент второго курса. Моя жизнь в Китае проходила достаточно стандартно и вполне беззаботно: учеба, сессии, развлечения, поездки домой на каникулы. Так продолжалось до января 2020 года, когда сразу после зимней сессии, которую, к слову, мы с друзьями звонко отметили, по городу пошел слух, что в Ухане вспышка заражения вирусом, от которого нет вакцины. Нанкин при этом оставался спокойным. Спокоен был и я, не придав особого значения этой информации. Подумал, бывает.

А через три или четыре дня почувствовал себя неважно. Поднялась температура где-то 37 с копейками, но и это не вызвало тревоги. Я закинул антигриппин и решил, что само пройдет. Мои друзья к тому моменту стали потихоньку разъезжаться по домам по всему СНГ. А я еще через пару дней проснулся посреди ночи в полупустом кампусе с температурой сорок.

Сказать, что я себя плохо чувствовал – мало, я себя не чувствовал вообще, точнее, чувствовал мертвым. Такой горячий покашливающий труп. Тяжело было даже думать.

Сил съездить за врачебной помощью не было, как и не было нужной суммы наличных, чтобы вызвать скорую. В Китае так: если вызвал какую-то службу на дом – плати по факту, никаких чеков, никаких «потом». Даже если бы скорая меня не забрала, за удовольствие чихнуть на китайского доктора пришлось бы раскошелиться. Я нашел в аптечке антибиотик и начал курс самолечения длиною в четыре дня, так и пришел в себя. Про вирус из Уханя я не вспоминал.

А когда из официальных новостей узнал, что эта зараза расползается по всей территории Китая и в связи с этим китайская сторона закрывает границу с февраля на неопределенный срок, я подумал и… решил остаться в стране. Во-первых, на зимних каникулах я традиционно не покидал КНР, а во-вторых, люблю идти против системы, поэтому посчитал, что если уехать, будет труднее оставаться в курсе всего, что происходит. А когда ты в эпицентре событий и можешь наблюдать картину изнутри, проще трезво оценивать ситуацию и принимать адекватные решения. Родители не были против.

После первых же сообщений о заразившихся гражданах власти Нанкина объявили красный уровень угрозы, попросили не выходить на улицу без причины, надевать маску и всегда носить с собой обеззараживающее средство. 

Некогда шумный мегаполис вмиг опустел. Кто-то оставался дома из страха заболеть, кто-то не хотел лишний раз нарушать рекомендации местных властей, у кого-то просто не было другого выбора – в Нанкине закрылось почти все: банки, фирмы, офисы, торгово-развлекательные центры, кафе, рестораны, бары, ночные клубы. Встало все. Людей и машин на городских улицах практически не осталось, повисла тишина. Ну и не бывает худа без чего-то хорошего – воздух в городе стал заметно чище.

Нервозности, охватившей мир из-за угрозы коронавируса, ни в моем городе, ни в Поднебесной не было и нет. Власти и СМИ стараются не нагнетать паники, а, наоборот, требуют соблюдать спокойствие. В новостях ежедневно выкладывают информацию о количестве заболевших и вылеченных. Показывают графики динамики развития вируса, в каких областях он на спад пошел, где продолжает сохраняться без изменений.

В Китае с его жесткой государственной цензурой СМИ и интернета в принципе сложно поддаться паническим настроениям, особенно если не владеть иностранными языками и не читать западную прессу. 

Когда к середине февраля ситуация обострилась, в моем университете объявили комендантский час: после десяти вечера выходить из дома нельзя. Также было введено правило: по территории университета можно передвигаться свободно, а вот в город выбираться разрешают раз в три дня на три часа. За день до выхода надо предупредить своего куратора, куда и зачем ты идешь, описать маршрут. Если в три часа не уложился, то в течение суток пишешь объяснительную, по какой причине задержался. Я пару раз опаздывал, но обошлось без последствий. Максимум, что тебе грозит, это потеря поинтов (баллов), которые вуз начисляет за хорошую успеваемость, успешную сдачу экзаменов, участие в мероприятиях типа дня студента или дня дружбы народов. И наличие которых может приятно сказаться на оплате за учебу.

Кроме этого, рядом с университетом был организован блок-пост. По размеру это напоминает небольшой продуктовый ларек, внутри стол и два врача.

У них учетный журнал. Чтоб выйти или зайти на территорию вуза, надо отметиться, там же меряют температуру, давление, пульс. Если все в норме – ты свободен, если нет – вызывают скорую и везут в районную больницу на более детальный осмотр.

На мой распорядок дня ситуация с коронавирусом повлияла мало. Просыпаюсь я часов в 8-9 утра, привожу себя в порядок, завтракаю, где-то час трачу на то, чтобы приготовить еду на весь день. Кстати, готовка стала для меня большой проблемой. У меня в жизни такой практики было очень мало, а теперь каждый день головная боль, что приготовить на завтрак, обед и ужин. На сегодняшний день в Нанкине работают только крупные официальные торговые точки. Там я закупаюсь продуктами, когда выхожу в город на три часа. Готовлю дома. То, что умею и что возможности позволяют. Обычно это рис, лапша, мясо, рыба, овощи и фрукты.

В двенадцать часов дня начинаются пары, проходят они в онлайн-режиме. В Китае популярна говорилка – WeChat. Там созданы чаты по каждому предмету, куда включены преподаватели и весь состав студентов группы.

Как и при обычном обучении, есть расписание на семестр. В назначенное время студенты и учитель выходят на связь. Можно задавать вопросы, преподаватель объясняет, что непонятно, потом задает вопросы классу, дает домашнее задание, которое мы тоже сдаем онлайн или высылаем на электронную почту. Заканчиваются пары в 16:10. После этого перерыв. По понедельникам, средам и пятницам я использую его для тренировок на стадионе. Обычно это бег: аэробный или интервальный, затем ОФП, а в завершение специальный комплекс упражнений на связки.

В другие дни я обычно валяюсь дома, читаю разную литературу – как техническую, так и развлекательную. Очень люблю философию: Кастанеду, Гессе, Ницше. Практикую йогу и медитацию. Когда совсем скучно становится, могу фильм глянуть. Я фанат артхауса и авторского кино. Вечером, как правило, выполняю домашку. Часам к двенадцати-часу ночи ложусь спать. Так я живу последнее время.

На второй месяц эпидемии вирус вырвался далеко за пределы Китая и заодно обвалил финансовые рынки по всему миру. А теперь добрался и до родного Алматы. При этом в Нанкине сняли красный уровень угрозы, смертность упала почти до нуля, случаев заражения все меньше с каждым днем, число выздоровевших людей растет. Это не может не радовать. Что будет дальше, могу только предполагать. Нет у меня ответа и на вопрос: было ли то, чем я переболел в январе, коронавирусом? Честно, не знаю. Становилось ли мне страшно? Нет. Жизнь научила на все спокойно, трезво, рассудительно и хладнокровно реагировать. Жалею ли, что остался? Ответ опять отрицательный. То, что я здесь, даже прикольно, это сумасшедший жизненный опыт, своеобразная школа выживания. Главное – друзей к июню обратно дождаться, а то хоть у стен, говорят, и есть уши, но вот собеседники из них никудышные.


Записала и проиллюстрировала Аделя Утешева