Из разговора:
— К сожалению, все чаще наблюдаю людей, что активно внедряют эскапизм не только в свой лексикон, но и в жизненную привычку.
— Что такое эскапизм?
— Ты какие книжки читаешь?
— Намек, что я туповат?
— Не. Я к тому, что любовь к художественной литературе — это форма эскапизма. Залипание в соцсетях — тоже. Беспорядочный просмотр всех сериалов…
— И игры, получается?
— Конечно. Все эти клавиатурные танкисты, мобильные агрономы и сборщики шариков в ряд.
— И Майнкрафт?
— Особенно Майнкрафт.
— Значит, у меня сын — эскапист.
— Все мы... эскаписты!
— Раз все, стало быть, это норма. Чего ты тогда причитаешь?
— Потому и причитаю, что мы коллективно приняли мысль, что сбежать от реальности
— норма. А хочется такую реальность, чтобы затягивала не хуже компьютерной игры. И чтобы в ней интересно было жить, самому придумывать себе задания, решать их и радоваться. А потом еще с соседом мериться, кто лучше прокачался.
— Ну а у нас разве не так?
— Так, но из-за того, что нельзя сохраниться, мы сбегаем в альтернативную реальность и там вершим судьбу. Свою и чужую. А жизнью своей на сдачу занимаемся. А тут тоже интересно: и новые военные конфликты разворачиваются, и цены у торговцев в городах растут, и квесты на выживание есть.
— Может, ты и прав, но в компьютерной игре тебе рассказывают правила с самого начала и потом они не меняются и поправки уже не вносят.
— Порой вносят. Но о том и речь. Если «убегать», то внесут без твоего ведома. Скажут, мол, мы спрашивали, ты не ответил — мы за тебя и решили. А ты и не читал этих правил. Ни новых, ни старых. Вот и не знаешь, как играть. Так раз играешь не ты, а тобой, получается, это в игре своей ты главный герой, а в собственной жизни — NPC.
Главный редактор Esquire Kazakhstan Сергей Штоль
