По национальности я 50 на 50, серб-македонец, хотя моя бабушка и говорит что я на 90 процентов серб, но я считаю себя македонцем, я родился в Македонии, принял традиции, культуру, там прошло мое детство.
Все началось в далеком 2009 году, когда мой дедушка позвонил отцу, который на тот момент уже находился в Казахстане, и сказал, что Бранко (меня) надо отправить погостить в Алматы. Спустя месяц после этого отец забрал меня в Казахстан. Я думал, что останусь максимум на полгода, познакомлюсь с новой культурой, традициями, заведу новые знакомства и вернусь на родину. Но оказалось, я приехал сюда жить. Я остался. Мне было 23 года.
У меня был страх переезда из родного города на чужбину. Тогда только-только появился Facebook, и я начал спешно искать казахстанцев, чтобы познакомиться хоть c кем-то заранее. Но никого не нашел. Да, гостиница Казахстан, какие-то достопримечательности, это все можно было увидеть в Интернете. Но как выглядят люди, чем живут, о чем говорят и думают, и как на самом деле выглядит город - я не имел обо всем этом ни малейшего представления.
Я приехал с бородой и у меня была средняя длина волос. Отец заставлял меня бриться каждый второй день, поскольку считал, что здесь так не принято и меня могут «закрыть». Он говорил: надо обязательно бриться, чтобы выглядеть соответствующе.
Первое время я помогал отцу по строительству – он занимается этим всю жизнь, – но уже буквально через несколько недель я нашел себе здесь группу. К слову, моя первая зарплата составляла 3000 тенге. Мы выступали в баре «Твигги», он находился на Казыбек Би, между Абылай Хана и Желтоксан.
Для меня было шоком, когда нашу новоиспеченную группу пригласили выступать на каком-то мероприятии, а после заплатили каждому по 300 долларов – я подумал, что-то тут не так. Но меня успокоили и сказали, что здесь так зарабатывают на банкетах.
У меня были сложности с документами, напрягала виза, вплоть до того, что в течение шести лет я периодически выезжал в Бишкек для ее продления. Напрягал не столько сам процесс, сколько то, что приходилось ездить с какими-то непонятными таксистами, и многие из них засыпали по дороге прямо за рулем, поэтому я всегда старался садиться спереди, чтобы контролировать их и маршрут. Не обошлось без аварии, но она произошла уже в Бишкеке, к счастью, никто не пострадал.
Жизнь не стоит на месте, и я не хочу останавливаться. В Алматы меня пока все устраивает, кроме девальвации. Она сделала свое дело. Меня это коснулось, но я не хочу об этом распространяться. А в обычной жизни, взять те же билеты в Македонию, они сейчас в два раза дороже обходятся, нежели раньше. Хотя в целом цены уже более-менее устаканились. Жить можно.
Я всегда знал, что буду певцом. В дошкольном возрасте я хотел быть пилотом, но вовремя сообразил, что это не мое. Потом мечтал о хирургии, так сильно хотел помогать людям. Но понял, что и с кровью мне не поработать.
Родители заставляли меня заниматься музыкой с четырех лет. У меня даже есть видео македонское, где на чьей-то свадьбе меня, совсем малыша, просят подняться на сцену, дают микрофон и я пою песню от начала до конца. Все в шоке, судя по записи, аплодируют. Мой отец в этом плане гордился мной, он готов был даже заплатить деньги, чтобы я спел на сцене. Родители старались меня поддерживать, но их чрезмерные старания дошли до того, что в какой-то момент я возненавидел музыку и само пение.
Мой отец много путешествовал, жил в разных странах и когда приезжал на 10-15 дней, мог приехать ко мне, разбудить в 11 часов ночи и сказать: поехали - будешь петь (а у нас в Македонии есть такие рестораны, которые называются «кафаны», где всегда играет живая музыка). А я отнекивался, говорил, что хочу спать. Будучи ребенком, я 6-7 лет вообще не прикасался к микрофону.
У меня нет задачи участвовать в каких-то международных конкурсах, не хочу быть «номерком», но если бы мне выпала такая возможность, я попробовал бы свои силы в российском или балканском шоу «Голос». Эти конкурсы могут дать определенный старт артисту.
Я бы мог устроиться на какую-то офисную работу, но меня не прельщает мысль о том, что надо будет ждать месяц, чтобы получить зарплату. Здесь я волен выбирать и каждую неделю у меня есть свой честно отработанный гонорар. Обычно это 3-4 выступления в неделю. Последнее время часто приглашают на узату той. Так что и без уроков казахского языка не обошлось, я выучил несколько песен на казахском и узбекском языках. Казахский я понимаю, но буквально первые две минуты начала разговора. Вообще, языки мне даются довольно легко, я знаю сербский, македонский, английский, понимаю украинский, на 30 процентов понимаю немецкий, наверное (смеется).
Уже здесь в Казахстане я выучил русский. Можно сказать, я как журналист, не боюсь переспрашивать и задавать вопросы. Поскольку в русском много заимствованных и похожих слов, мне было не трудно. Дело практики, я старался разговаривать как можно больше. Очень благодарен супруге, за то что помогала в этом непростом деле.
Женская аудитория достаточно бурно реагирует, частенько подходят, хотят сделать селфи, познакомиться, но я даю понять, что не заинтересован в этом. Я могу пообщаться с кем-то, не вопрос, благо моя женщина не ревнует, она уже приняла это и понимает, что на сцене я артист, это моя работа.
С Аней мы познакомились на вечеринке, спустя месяц после моего приезда в Алматы. Я познакомился с Муратом Омаровым, бас-гитаристом группы The Friday’s, и он пригласил меня в «Жесть» поиграть с ним. Получилось так, что подруга моей супруги тоже знала этого парня, и мы все встретились на живом концерте. Я выступал на сцене, она меня увидела, на следующий день я зарегистрировал свой аккаунт Вконтакте, и она мне написала, первая. Я смотрю, у нее статус на странице «in love with Macedonia», ну я и спросил, что это такое… Вдруг это неспроста, и она уже все обо мне знает (смеется). Позже, мы с ней списались, я ей писал на русском, она мне на английском, и она в то же время писала своей подруге, что я издеваюсь над ней, якобы знаю русский, но как-то коряво пишу. На следующий день мы решили поехать на Кок-Тобе, правда, она приехала не одна, а с тремя подругами, так что пришлось еще раз свидание назначать (смеется). Сейчас мы уже 7 лет вместе.
Бранко с супругой Анной и дочерью Амелией
У нас было три знаменательные даты: венчание, свадьба, регистрация брака. Конечно, хотелось бы свадьбу и регистрацию сделать в один день, но когда мы приехали это дело делать, – а у нас целая свадьба за плечами, из Македонии приехали 20 человек, из Алматы тоже много народу, у всех на руках цветы, мы уже едем в ЗАГС на регистрацию. Приезжаем, а перед нами начинают судорожно извиняться, что не позвонили вовремя, забыли предупредить, но Македонии нет в казахстанской базе данных. Для того, чтобы решить этот вопрос нужно было написать письмо в Минюст, чтобы они добавили Македонию, и только после этого мы смогли официально зарегистрировать брак. Мы сделали свадьбу 23 октября и ждали до февраля. 14 числа нам позвонили из ЗАГСа, поздравили с днем всех влюбленных и сказали, что мы первые в очереди на регистрацию. Вот как совпало несмотря на все неурядицы.
Когда мы венчались с Аней в Македонии, у меня была возможность собрать самых крутых исполнителей, чтобы они играли и пели, но весь день на торжестве пели мои бабушка с дедушкой, а им тогда было 76 и 66 лет, представьте себе.
У меня нет музыкального образования, есть какая-то основа, но я до сих пор не во всем разобрался, это все нужно постоянно изучать, по порядку. В Македонии я слышал нескольких исполнителей, и решил, что так петь нельзя, поэтому и вышел на сцену. А в Алматы я бы хотел открыть свою студию звукозаписи, продюсерский центр. Очень хочу, чтобы здесь поднялся уровень музыки и исполнителей.
Из топовых кавер групп, – а Yorkers я тоже ставлю в их число, – могу отметить Komancheros, Ice Cream band, Bacardi band, Latino Guns - эти ребята показывают достойный уровень выступлений.
У нас не хватает слушателей, которые смогли бы оценить разные стили исполнения. Не хватает субкультуры, а для того, чтобы она появилась, нужно сначала взрастить культуру, надеюсь, вы меня правильно поймете. В Казахстане существует музыкальная культура, но она движется немного в другом направлении. Здесь на латино реагируют так, будто это восточная музыка. Но так или иначе, я ориентируюсь на местную публику, будь это моя собственная музыка - я бы выбрал другой формат. Но я понимаю, что это работа и я должен ее делать.
Я бы исполнял что-то в панк стиле, но поскольку политика здесь не позволяет что-то такое делать, я не берусь за это... Во-первых, я иностранец, во-вторых, у меня нет права на голосование, в-третьих, я не хочу лезть в чужой стране в чужую политику, в-четвертых, я вообще не политик. Если бы я жил в Македонии, я бы писал музыку только о политике, ведь это то, что нас окружает. Музыка, и панк направление, которое идет против политики – оно открывает глаза не только слушателям, но и властям.
Перед тем как приступить к каверу, я прослушиваю необходимый трек раз сто. Не важно, где я слушаю песню, ведь если я хочу ее достойно спеть, я должен прочувствовать каждый момент, как она распределяется. Бывают, конечно, ошибки, бывает, что горло не выдерживает нагрузку, в общем-то кавер можно сделать и за день, но он будет неполноценным.
Начинающим музыкантам я бы посоветовал не бояться экспериментировать и начинать с хорошей музыки. Слушать, узнавать, понимать, что тебе близко. Музыка – она как книга. Сначала ее нужно пропустить «через себя», потом уже играть. Для тех, кто хочет заниматься вокалом, есть хорошие приложения для занятий: Vox Tools, Sing Sharp – эти программы помогают мне делать распевки, согревать горло, и не стоит думать, что для «согревания» исполнителям обязательно выпивать 50 грамм.
Везде есть такие люди, которые хотят, чтобы музыка играла до последнего, они думают, что могут заплатить тебе 10 тысяч тенге, и ты продолжишь свое выступление. А ты пытаешься объяснить, что 10 тысяч меня сейчас не могут удовлетворить, потому что сейчас ты хочешь только покоя и отдыха. Я думал, в Казахстане такого нет, увы, я ошибался. Это было обычным делом в Македонии, нам постоянно говорили: пойте, пойте, пока не засохнете...
Мне очень нравится, как на сцене двигается Джони Газз. Я редко говорю со сцены, никогда не кричу и не ору между песнями, я стараюсь петь. Я знаю, что это минус с одной стороны, но мы в Европе все такие. Если ты больше говоришь со сцены, то будешь больше похож на Эксл Роуза, а я не хочу быть на него похожим, мне больше нравится Курт Кобейн. Он выходил и играл. Он ничего не говорил.
На мой взгляд, только 20 процентов отечественных исполнителей действительно чего-то достигли и могут показать определенный уровень, остальные 80 процентов выглядят просто как коммерческие проекты. Это как с официантами, к примеру, я выступаю на протяжении двух лет в заведении, а они меняются постоянно. Также и певцы – меняются, как носки.
Я никогда не брошу музыку. Думаю, и в 60 лет буду безупречно держать гитару в руках. И обязательно какую-нибудь очень крутую. Я бы хотел чтобы мои дети увлекались музыкой, но, к примеру, для моей дочери - это не приоритет, у нее ведь тоже есть свои желания, и я хотел бы, чтобы она сама выбрала свой путь.
Семья привыкла к моим постоянным репетициям и выступлениям. У меня чудо-жена. Мне очень важна ее поддержка. Конечно все должно быть в пределах разумного, если Аня устает - она едет домой, и я не заставляю ее сидеть до конца. Мне не столько важна ее поддержка во время выступлений, сколько она важна мне в жизни, плечом к плечу, рядом со мной. Она никогда не оставляет меня без внимания и дает только мудрые советы.
Я достаточно спокойный человек, но у меня «закипает кровь», когда мне говорят что-то не по делу. Я не лезу туда, где сам не разбираюсь и другим советую придерживаться этого. Сильно раздражает, когда просят сыграть что-то танцевальное. Я не думаю, что бывают не танцевальные песни. Если ты хочешь танцевать - ты будешь танцевать.
Поверьте, мне хватает «застольного экшна» в жизни. Однажды на меня набросился мужик на мероприятии, он был пьян, неадекватен и хотел драться. Он снял свой пиджак и кинул на клавиши, они чуть не упали от этого, я взял этот пиджак и переложил на колонку, после чего попросил его не класть одежду на инструменты, на колонки – пожалуйста, не вопрос. А он мне говорит, ты что, слепой? Я тебя сейчас убью! Пиджак и так лежит на колонке... Дурак. Хотел меня избить. Но у него бы ничего не вышло, он еле держался на ногах.
А еще, в году 2009-2010 я познакомился с местным «кидаловом». Хозяйка одного заведения позвала нашу группу выступить на мероприятии. Хотела познакомиться с репертуаром, увидела, что мы можем играть музыку 70 – 80 годов, и дала добро, играйте. Мы отыграли один блок – все повеселились, второй блок – тоже всем все нравится, и вот настало время третьего блока, а она говорит: знаете ребята, вы просто говно, уходите. «А деньги?» – спрашиваю. Она мне: «Я сейчас милицию вызову!»
Пафоса везде хватает. Сейчас я бы предпочел посетить какой-то закрытый джаз-фестиваль, с ограниченным количеством слушателей. Или организовать очередной пикник в горах, с хорошей музыкой, собственно, чем мы периодически и занимаемся с друзьями. Там я себя гораздо свободнее чувствую. Какие-то большие фестивали меня уже не особо прельщают, не так как раньше.
Алматы — мой второй дом, особенно после всех приключений с наконец-то оформленной визой. Любой македонец, приезжающий в Казахстан, сначала звонит в посольство Македонии, а там посол говорит: «Позвоните Бранко, он все это уже прошел, он вам объяснит».
Многие друзья, приезжая на пару недель погостить, думали, что здесь «конец света», а потом удивленно говорили, что похоже на Европу. Инфраструктура города достаточно удобна. Я бы не стал ничего менять, только бы доделывал. Я бы дал задание всем акимам, или кто этим занимается, проехать по всем дворам и заглянуть в них. Да, в городе происходят ДТП, но чаще всего люди бьют и «цепляют» машины именно во дворах своих домов. Везде ямы. Нужно качественно класть асфальт, лучше сделать это один раз, но грамотно. Я видел, как одну и ту же улицу постоянно меняют, снимают слой асфальта и кладут новый. Так не пойдет, это сколько денег нужно? Потом бордюры поменяли в городе, вообще какие-то странные сделали. Спокойно можно колесо себе сломать на машине с такими бордюрами.
Экология – вообще отдельная тема, я не знаю как с этим бороться. У меня никогда не было аллергии, но я столкнулся с ней именно в Алматы. Весь август и сентябрь почти все мои знакомые страдают от нее. Казалось бы, вокруг горы, город зеленый, столько деревьев, а воздух очень грязный. Природа бессильна, если до человека не доходит, что нельзя засорять место, где живешь. И я бы пересел на велосипед, вот только у меня инструменты тяжелые.
Любимые места в этом городе – это те места, где находятся мои друзья. Не важно где мы будем, даже если там идет стройка и пахнет ремонтом.
Мой «движок» по жизни – это любовь. Любовь ко всему: к дому, любимой женщине, семье, музыке, друзьям, работе. Остальное по умолчанию – от голода точно не помрем.
Сколько я себя помню, в нашем доме всегда играла музыка.
Записала Зоя Хорошева
Фотограф Денис Коваленко, студия artVision
Благодарим ресторан EAST за возможность проведения съёмок.
