15 октября в Центре современной культуры «Целинный» откроется «Himoya: Энергии женского рода, сакральные узы» – масштабный международный проект под кураторством Наташи Гинвалы. Выставка объединяет 21 художника и художницу из Центральной Азии и других регионов и продлится до 4 апреля 2027 года.
В проекте участвуют: Умида Ахмедова, Нара Бейбит, Хоа Дунг Клерже, Азиза Кадыри, Ариз Катки, Ойжон Хайруллаева, Жазгуль Мадазимова, Алмагуль Менлибаева, Ана Мария Мильян, Зарина Муканова, Еламан Муктархан, NAOMI, Ритика Пандей, Тания Петерсен, Раджни Перера, Зилола Саидова, Читра Сасмита, Ахмед Умар, Хэгю Ян, Радина Ясуева и Гюзель Закир.
Название выставки дает главный ключ к ее пониманию. «Himoya» существует в нескольких языковых традициях и переводится как защита, покровительство, оберегание. Но в рамках выставки понятие трактуют шире.Как объясняет художественная директорка «Целинного» Алима Кайрат:
«Himoya означает не только защиту от чего-либо, но и создание условий, где что-то хрупкое имеет возможность существовать. И, наверное, это является центральной мыслью этой выставки: что мы защищаем? Какие знания мы защищаем? Какие знания нам приходят? Himoya – это исследование о женском родовом знании, о том, как знания переходят из поколения в поколение. И здесь «himoya» как некая форма заботы и возможность создания какого-то другого нового будущего».
Отсюда и довольно широкий круг тем. Выставка говорит о семейной и коллективной памяти, женском родстве и опыте разных поколений, духовных и шаманских практиках, суфийской и зороастрийской традициях, миграции, утраченных языках и обрядах, исторических травмах, экологии и том, как культурное знание продолжает существовать и меняться со временем.
Причем память здесь хранится не в виде архива. Она остается в теле и жестах, семейных историях, вещах, рецептах, языке и привычках – во всем том, что передается от одного поколения другому. Проект предлагает смотреть на знание предков не как на свидетельство прошлого, а как на живой материал, который помогает осмыслить настоящее и создавать будущее.
На примере шести работ рассказываем, что вас ждет на выставке.
Алмагуль Менлибаева | «Вторая перепрошивка»
Казахстанская художница Алмагуль Менлибаева – одна из пионеров видеоарта и цифровых медиа в Центральной Азии, работающая с многоканальными аудио- и видео инсталляциями с 1980-ых годов. В центре ее работы «Вторая перепрошивка: Язык и голод, Шелковый путь Сталина» – история голода в Казахстане 1931-1933 гг., рассказанная через судьбу одной семьи по женской линии.
Особую роль здесь играет язык. В центре повествования – кочевая женщина, убежденная, что незнание русского лишило ее возможности объяснить представителям власти, что необходимо ее семье, а значит – и возможности получить помощь. В инсталляции документальные кадры, видеопроекция на пол, звуковое сопровождение и вручную сшитый текстиль складываются в своеобразную карту памяти, процесс передачи памяти между поколениями, процесс, который, по словам художницы, в то же время «невозможно полностью перевести в изображение, звук или данные».
Гюзель Закир | Вкус стойкости
У казахстанской художницы уйгурского происхождения Гюзель Закир отправной точкой тоже становится история семьи, но рассказана она через самые повседневные вещи. Ее дедушка много лет торговал зеленью на Зеленом базаре в Алматы, а в 1990-е мать готовила манты и лагман для продажи на Барахолке.
В проекте «Вкус стойкости» художница соединяет эти воспоминания с кулинарными книгами и историческими источниками. Рецепты, способы приготовления еды и обычные предметы быта превращаются в носители памяти: то, что кажется частью повседневности, на самом деле сохраняет опыт нескольких поколений.
В центре инсталляции - базарная тележка с текстильными предметами кухни и быта. Она одновременно напоминает о рынке, доме и арбе – традиционной повозке, на которой во время переселений перевозили самое необходимое. На ткани появляется кашгарский орнамент «бадам» – цветущий миндаль, символ защиты, стойкости и надежды. В рамках проекта Закир создала серию фотографий тележки на алматинской барахолке, возвратив скульптурную композицию в живую среду торговли, труда и повседневности.
Пожалуй, это один из самых понятных примеров того, о чем говорит Himoya: иногда семейное знание сохраняется не в документах, а в рецепте, вкусе или вещи, которую помнят с детства.
Азиза Кадыри | «Железная мать»
Инсталляция узбекской художницы Азизы Кадыри, выросшей между Ташкентом, Тайбэем, Москвой и Пекином и сегодня живущей в Лондоне основана на неопубликованных мемуарах ее бабушки Умиды.
Умида была одной из немногих женщин, руководивших строительством Ташкентской телебашни, а позже стала ее первым директором. За стойкость и умение отстаивать свою позицию в преимущественно мужской профессиональной среде коллеги называли ее «Железной матерью».
Кадыри переносит эту историю из семейного архива в выставочное пространство. Инсталляция созданная специально к выставке напоминает телевизионную студию с декорациями и аппаратной, а зрителю предлагают занять место за интерактивным пультом. Так частная биография женщины, долго остававшаяся внутри семьи, становится частью общей истории и представляет редкий женский голос среди семейных мемуаров и родословных, традиционно сосредоточенных на мужчинах.
Умида Ахмедова | MI – Mission Impossible
Умида Ахмедова - узбекская документальная кинооператор и фотограф, первая женщина-кинооператор в Центральной Азии. Видео MI – Mission Impossible, созданное ей вместе с Зилолой Саидовой в 2006 году, построено на интервью с женщинами из отдаленных деревень Узбекистана.
Они вспоминают детство, школу и рассказывают, кем хотели стать: врачом, учительницей, работать в культуре или искусстве. У многих эти планы так и не осуществились. Семья могла решить выдать дочь замуж, а если денег на образование не хватало, учиться чаще отправляли сыновей.
Здесь нет сложной художественной конструкции – только человеческие истории, которые превращаются в размышление о предназначении и способности следовать ему, несмотря на внешние ожидания.
Хэгю Ян | Воздушные звуковые существа - Ночные трещотки
В работах корейской художницы Хэгю Ян идея Himoya – защиты и оберега – получает почти буквальную форму. Для выставки она создала три новые скульптуры из серии «Воздушные существа», переосмыслив асатаяк – шаманский ударный инструмент в виде деревянного посоха с металлическими колокольчиками и подвесками. У Ян он превращается в подвешенные скульптуры из орехового дерева и обычной металлической фурнитуры, найденной и купленной в Алматы. Сама художница соединяет в них сразу несколько образов: инструмент и тело, механическое и органическое, талисман и хранителя.
Рядом звучит аудио работа «История Женщины-медведицы в песчаной пещере» на корё-мар, английском, казахском и русском языках. В ней соединяются два сюжета – героиня романа Кобо Абэ «Женщина в песках» и медведица из корейского мифа, которая после долгого затворничества становится человеком. Обе истории говорят о стойкости, трансформации и выживании.
Здесь особенно хорошо видна одна из идей Himoya: знание и традиция не обязательно передаются в неизменном виде. Асатаяк получает новую форму, корейский миф звучит на четырех языках, а оберег оказывается одновременно локальным и универсальным.
Читра Сасмита | «Вихрь в земле освобождения» и другие работы
Индонезийская художница Читра Сасмита работает с традиционной балийской живописью Камасан. В ней веками существовала строгая иерархия: боги изображались выше правителей, людей и демонов, а положение фигур, их жесты и пропорции подчинялись сакральному канону. Сасмита сохраняет узнаваемый визуальный язык этой традиции, но меняет идею повествования – женщины у нее оказываются в центре и занимают место, которое исторически им не отводилось.
Так, в работе «Вихрь в земле освобождения» появляются женские духи из народных преданий. Через них художница соединяет мифологию, локальное знание, родственные связи и отношение человека к природе. В других представленных на выставке работах повторяются растительные мотивы, огонь и вода, а тело становится способом передачи женского знания и опыта.
И это еще один вариант ответа на вопрос, поставленный Himoya: как сохранить традицию, не превращая ее в нечто неподвижное? Сасмита не отказывается от старого визуального языка, а использует его, чтобы рассказать уже другую историю – о женщинах и о связи человека с природой.
Шесть работ показывают, насколько широко можно трактовать значение Himoya и как много тем можно поднять в рамках темы защиты, покровительства и памяти. Кто-то возвращается к истории своей семьи, кто-то сохраняет память через еду и повседневные вещи, а кто-то заново работает с мифами, ритуальными предметами и художественными традициями.
Поэтому выставка в итоге оказывается не столько о сохранении прошлого в неизменном виде, сколько о том, как оно продолжает существовать сегодня.
«Himoya: Энергии женского рода, сакральные узы»
15 октября 2026 – 4 апреля 2027
Центр современной культуры «Целинный», Алматы
