Свет мой, зеркальце…

Журналист и специалист по коммуникациям научно-образовательного фонда им. Академика Ш.Есенова Роман Райфельд – о том, почему молодые иногда принимают решение умереть.

Роман Райфельд

А началось все с малого: 15-летняя английская школьница – отличница, спортсменка и далее все как полагается – Элль Холмс наложила на себя руки. Произошло это в обычной семье, где мать любила дочь, а дочь – своего младшего брата. Сама девочка была, что называется «dream child» – именно о таких детях мечтают стремящиеся к успеху родители всего мира. Но уже после трагедии, когда полиция стала копаться в компьютере девочки, выяснилось, что некоторое время назад она начала посещать веб-сайты, пропагандирующие анорексию и булимию, как средства способные привести фигуру в идеальное состояние.

О том, что краса и гордость школы, капитан школьной команды по плаванию, футболу и нетболу мечтает стать совершеннее телом, никто не догадывался, ни близкие подруги, ни даже бойфренд.

Никто ничего не замечал, а подросток несколько дней подряд наносила себе вред, который привел к непоправимым последствиям. «Свет мой, зеркальце, скажи!» («Mirror, Mirror») – так по иронии судьбы называется песня, записанная пару месяцев назад Эль Холмс. Теперь ее мать, решившая помогать детям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, планирует использовать песню в благотворительных целях.

История смерти 15-летней Эль кажется странной, слишком уж абсурдна причина. Но если учесть, что в мире существует 800 причин суицидов, признанных Всемирной организацией здравоохранения, то много ли среди них найдется действительно безысходных, трагических обстоятельств, таких как смертельная болезнь или невыносимые страдания? Только вдумайтесь – восемьсот причин покончить жизнь самоубийством. Специалисты объединили их в восемь групп, самая большая (33% случаев) из которых называется «неизвестные» – это когда обстоятельства, побудившие подростка совершить суицид, совершенно непонятны для родных и близких, а спросить уже не у кого.

Работая в благотворительном фонде я и сам часто имею дело с родителями, с детьми и их непростыми жизненными ситуациями. По своему опыту могу сказать, что казахстанские дети очень далеки от проблем, которые испытывала Элль. У наших все гораздо жестче, тут на первом месте – проблемы с родителями, более 80% всех случаев подростковых суицидов, в том числе попыток, приходится на семьи, где «есть внутренние конфликты».

Мои наблюдения подтверждают исследования организации «Институт равных прав и возможностей Казахстана»: именно проблемы в семье являются первой причиной подростковых самоубийств в Казахстане.

В группе риска – дети и подростки из неблагополучных семей с самыми разными вариациями: родители без работы, родители – алкоголики, наркоманы, имеют проблемы с законом, или сразу все вместе. Отдельно в этом списке находятся подростки, сдающие ЕНТ или ПГК (промежуточный гос.контроль в колледжах). Институт добавил и пару новых, хорошо не изученных групп риска, которые похоже, никто и не собирается изучать. Я про детей, чьи родители взяли ипотечный или какой-то другой кредит и не в состоянии его вернуть. Еще жива в памяти нашумевшая в Алматы несколько лет назад история с подростком, мать которого убил отчим, а банк повесил на него оставшийся невыплаченным кредит – этого парень уже не выдержал.

Новичками в группе риска оказались и дети интернациональных браков, где конфликтная ситуация возникала из-за того, что у каждого из родителей был свой основной родной язык, и ребенок, владея хорошо только одним, метался, элементарно не понимая до конца папу или маму. Но статистика по двум этим категориям – вещь недоступная в Казахстане, ее нет. Мы по-прежнему не хотим говорить о проблемах.

Между тем, наше общество постоянно меняется и причины, толкающие подростков на отчаянный шаг, будут порой приводить в изумление взрослых.

И случай Эль Холмс уже не будет казаться таким шокирующе абсурдным. Потому что наше общество тоже заражено стремлением к совершенству любой ценой, говорит детский психолог Маргарита Ускембаева.

Она в группе с коллегами и специалистами еще три года назад составила и передала в правительство аналитическую записку, с изложением национальной программы профилактики суицида. Это ступенчатая программа, 12 пунктов. «Мы хотели, чтобы общество создало такие условия, при которых дети не будут использовать суицид, как последний аргумент в период своего становления,» – объясняет Маргарита Усембаева, так и не получившая положительный ответ из правительства. Возможно, там кому-то не понравились крамольные выводы Института о связи статистики подростковых самоубийств с экономической ситуацией и охраной прав детей. Но информацию к сведению, возможно, приняли: «Мы заметили, что сдвиги все-таки есть, например, стали уделять внимание досугу детей, появились детские лагеря, какие-то мероприятия…»

Но так или иначе, Казахстан все еще сохраняет первое место

по самоубийствам в группе девочек 15-19 лет среди 24 стран Евразии – СНГ и Европы. И я думаю, что это самое печальное лидерство из возможных.


Роман Райфельд

 

Не забудьте подписаться на текущий номер