Утро председателя правления казахстанского банка может начинаться не только с собраний и отчетов подчиненных, но и с поездки на велосипеде. Артем Крылов выяснил у главы Банка ЦентрКредит Галима Хусаинова, из чего строится мировоззрение современного топ-менеджера и где найти то место, в котором можно ни о чем не переживать.

Галим Хусаинов БЦК

Кстати, Галим Хусаинов вообще избегает термина «подчиненные», предпочитая более демократичное «коллеги». Вот и нашу беседу мы решили провести «без галстуков» и без привычных для официальных интервью «парадных» отчетов.

У Банка ЦентрКредит в этом году действительно хватает новинок, но поговорить хотелось о другом. О том, например, что поможет остаться на плаву современным банкам, стоит ли уповать на чудо, и о роли велосипеда – не только в качестве средства передвижения, но и в деле воспитания детей.

– Добро утро, Галим Абильжанович! Как доехали? 

– Отлично, погода классная. Осень в этом году радует.

– И часто вы так, верхом?

– В основном по выходным.

– Раз уж мы начали с велосипедов, помните вашу первую модель?

– Начиналось все с «Уральца», который у меня появился, когда мне было шесть лет. Он был большой, с рамой, и по началу мне приходилось ездить под ней. Потом у меня была другая советская «классика» – «Кама». Ее у меня украли. Дело было в 90-х, мы поехали с друзьями на речку, пока купались, велосипеды у нас увели.

Галим Хусаинов БЦК

– А вообще хорошо помните свое детство? Какие ассоциации с ним?

– Детство у меня связано со свободой. Я рос в пригороде в Тюменской области, у нас было свое хозяйство, и мы 90% времени проводили на свежем воздухе – в лесу, на озере, на речке. Ягоды, грибы, картошка.

– О, та самая сибирская?

– Ну, конечно. И все мы от мала до велика ходили ее сажать, окучивать, полоть и копать. То есть четыре раза в год, как минимум, все были на картошке.

– Уже тогда, будучи мальчиком, а затем подростком в Тюменской области, вы понимали, в какую сферу вас приведет жизнь? 

– Когда у меня, как и у всех маленьких детей, спрашивали: «Кем ты будешь, когда вырастешь?», я, как человек, живший в деревне, говорил, что буду крестьянином, буду выращивать хлеб. Мой отец был ученым в области сельского хозяйства, работал на опытной станции, и я очень много времени проводил на полях, видел, как растет хлеб. И это, безусловно, отложилось.

– А когда стали проявляться управленческие амбиции? 

– Наверное, в 10-11 классах начали появляться мысли о том, кем я хочу быть.

–В ту пору, когда вы и я взрослели, людей еще было принято делить на «физиков» и «лириков». К какому лагерю вы тяготели?

– Я думаю, что финансисты – это скорей «физики». Вот маркетологи – больше «лирики». Я же – классический «физик», тяготение к точным наукам у меня было всегда.

Галим Хусаинов БЦК

– Можно ли вас назвать человеком системным? Есть ли у вас какие-то привычки, правила, которые помогают вам как в жизни, так и в работе?

– Никогда об этом не задумывался.

– Может, ритуалы?

– Ритуалов точно нет, потому что я человек не суеверный. Есть определенный образ жизни. Я стараюсь хотя бы раз в неделю ходить в спортзал или заниматься какой-то активностью – будь то поход в горы, пробежка. Или, например, можно пойти просто прогуляться вдоль Терренкура. Сейчас удается реже, но раньше делал так постоянно.

– Без охраны?

– Конечно, я всегда хожу один без охраны. И даже вечером, когда выезжаю с работы, то сам сажусь за руль. Как и на выходных. То есть я четко понимаю, что водитель – это мой сотрудник, рабочий день которого, как и у всех, с 9 утра до 6 вечера.

В этом вопросе я мыслю более прозападно – делю время на рабочее и на личное.

В рабочее время ты должен быть председателем правления, передвигаться с водителем. И это не вопрос того, что ты не можешь сам поехать, это вопрос оперативности, когда не надо думать о сложностях парковки, быть на деловых встречах в свежем костюме. А вечером ты становишься обычным человеком, который может сходить в супермаркет, кинотеатр или ресторан, и после чего развезти друзей.

Галим Хусаинов БЦК

– Даже так?

— Я сам пью редко, но у меня есть друзья, которые могут выпить. И вечером после встреч я, как правило, всех развожу по домам. Они смеются: «У нас водитель – целый председатель правления!» И такое случается регулярно.

– Повезло друзьям.

– Если говорить о ритуалах, наверное, таковым можно назвать то, что по утрам я всегда выпиваю чашку кофе. Но каких-то других постоянных привычек у меня нет. Думаю, привычки, ритуалы – это удел людей, которые привыкли верить во что-то сверхъестественное и полагаться на чудо. Чуда нет. Вера – это классно, верить нужно. Но чудо произойдет только тогда, когда ты что-то делаешь. Apple выпустила iPhone не потому, что Стив Джобс молился или шаманил, а потому что он много работал. В этом плане нам есть чему поучиться.

– Мировой опыт говорит о том, что старый формат финансовых институтов устарел, и чтобы остаться в деле, важно вовремя перестроиться. На что, как я понял по вашим высказываниям, вы ориентируете и свой банк. Считаете ли вы себя менеджером с «западным» мышлением?

Думаю, «западное» мышление – это очень абстрактное понимание того, что происходит в банковской сфере. Взять, к примеру, банки восточных стран – китайские, южнокорейские, японские, сингапурские, индийские. Они очень развиты, как технологически, так и с точки зрения новейших продуктов. Да, многие современные идеи, может, и родились на Западе, но сейчас мы наблюдаем то, что восточные банки стали прогрессивней европейских.

– Например, в чем?

– Исторически сложилось, что европейские банки очень консервативные. Да и в принципе банки всегда отличались консерватизмом, так как они работают с деньгами, там много бюрократии, и она неизбежна, поскольку банк – это управление риском. А управление риском возможно только по процедурам.

И это становится проблемой банков – любые решения принимаются очень долго. А мир не стоит на месте, и потому сейчас побеждает тот банк, где быстрее всего принимается решение по продуктам, по клиентам, по изменениям процессов. К тому же сейчас конкуренция идет не только между банками, но и между банками и финтех-компаниями. То есть без изменений и интеграций банкам никак.

Галим Хусаинов БЦК

– И какова здесь роль Азии?

– Сейчас очень много разработок и идей, связанных с финтехом, идет с Востока. Например, взять китайский WeChat – он просто поменял парадигму в части банковских продуктов. Стартовав как мессенджер, он превратился в универсальную платформу – это и соцсеть, и развлечения, и масса услуг – от бытовых до финансовых. Через него можно делать переводы, платежи и так далее. На Западе еще такого нет. Потому что там существует много процедур, ограничений, правил, которые мешают внедрению новых технологий. Из-за того, что в Китае столь жестких процедур не было, WeChat очень сильно развился.

– Казахстанское общество в принципе довольно открыто к новшествам. Можно ли прогнозировать, что мы тоже будем находиться на острие технологий? В частности, банковских. 

– Я думаю, что казахстанские банки в этом плане очень динамично развиваются. К тому же современный мир хорош тем, что технологии стали недорогими. Да, есть страны, которые разрабатывают их быстрей, первыми внедряют и первыми получают какие-то бенефиты. Но делать «копипаст» или покупать технологии уже во втором круге стало гораздо дешевле. И тут больше вопрос стоит в регулировании.

Регуляторная среда в Казахстане сегодня не самая прогрессивная, и здесь уже само правительство должно успевать за теми новшествами и изменениями, которые происходят в мире. В частности, в сфере банкинга. Потому что, повторю, банкинг – это одна из самых зарегулированных отраслей. У нас прописано практически все.

Галим Хусаинов БЦК

– Вы говорили, что близки к простым людям и понимаете их потребности. Сейчас, работая в банке, какие их потребности вы планируете решить?

– В первую очередь продукт, который мы предлагаем людям, должен быть простым и понятным. И самое главное, чтобы человек не разочаровался, когда он этот продукт использует. В частности, я не сторонник скрытых комиссий и тому подобных вещей. Бизнес должен быть честным. Лучше показать сразу, какую процентную ставку ты хочешь, нежели при маленьком проценте клиент только потом выяснит, что находится в проигрыше из-за дополнительных сборов.

Второй важный момент: любой человек всегда должен быть услышан. То есть у него должна быть возможность дать фидбэк или даже пожаловаться. Мы будем стараться, чтобы любая конструктивная критика была воспринята и каким-то образом решена.

– Вы много путешествуете?

– Как правило, два раза в год. И обычно я не беру отпуск больше 10 дней. Зимой стараюсь ездить в теплые страны, ближе к морю. Особенно люблю Таиланд и остров Пхукет. Он для меня оптимален с точки зрения активных развлечений: можно съездить в горы, на водопады, в национальные парки, побывать на каких-то островах. Летом предпочитаю ездить в европейские страны.

–«Подсматриваете» ли что-то за границей для работы?

– В отпуске я стараюсь о работе не думать. Там нужно отключить мозг и наслаждаться тем, ради чего туда поехал. Например, в европейских странах я очень много гуляю по городам. Нет смысла ехать в Европу и лежать на море.

– Вы отдыхаете только за границей?

– Когда мне хочется абстрагироваться от чего-то, я всегда еду к родителям в Кокшетау. Там много родственников, братьев и сестер, с которыми ты всегда можешь вспомнить детство, молодость, это люди, которые тебя поддерживали. Нам всегда есть о чем поговорить, и там я чувствую себя полностью раскованным.

– Часто там бываете?

– Стараюсь ездить хотя бы раз в квартал.

Галим Хусаинов БЦК

– А что для вас семья – тыл, мотиватор или просто компания близких людей?

– У казахов семья имеет очень широкое понимание. Есть твоя личная семья – жена и дети. А есть семья – это твои родители, братья, сестры, твоя община.

И если сказать одним словом, то семья для меня – это все-таки тыл. Место, где можно просто ни о чем не думать, не переживать. Ну и у себя дома, проводя время с детьми, я тоже отвлекаюсь.

– То есть, приходя к детям, вы откладываете смартфон, отключаете все внешние раздражители?

– Да. Не всегда получается, правда. Но стараюсь.

– А чему в первую очередь хотели бы их научить или чему уже учите?

– Быть самостоятельными. Пока они у меня еще маленькие, но для детей научиться быть самостоятельным – это путь в жизнь. Если хочешь сделать добро своему ребенку, никогда не балуй его. Как бы ты его ни любил, даже если у тебя есть возможности и много денег, нельзя ему многое позволять. Ребенок – как пластилин, что ты из него лепишь, то и получишь.

– В чем это должно проявляться?

– Например, если ребенок хочет, чтобы ему что-то купили, то нужно покупать именно то, что действительно нужно.

– А как вы это понимаете?

— Например, нужен ребенку велосипед? Нужен. Его можно купить. Но если ребенок хочет второй велосипед, потому что ему первый уже разонравился, то тут: «Сорри, у тебя есть велосипед». На капризы нельзя вестись.

И самое главное: с детьми нужно разговаривать. Если ты говоришь «нет», то должен объяснить, почему.

– То есть вы не человек директив?

— Да, я стараюсь объяснять. Даже на работе я всегда готов объяснить своим коллегам, почему я хочу поступить определенным образом.

– Ну и раз уж мы заговорили о воспитании и пути в жизнь, вы как финансист можете ли озвучить формулу успеха? И есть ли она вообще?

– В формуле успеха на самом деле только две составляющие: это образование и работоспособность. Учитесь и не ленитесь работать, и все получится. Других вариантов не бывает.


Фотограф Илья Ким

Благодарим за помощь в проведении интервью кофейню Local Coffee & Pizza