Вина бытия

Гульнара Бажкенова о том, почему мы пьем.

Вина бытия. Гульнара Бажкенова

Пятница. Сегодня вечером я вероятно выпью, если повезет. Элегантно, пару бокалов вина или запросто – кружку пива; а может быть это будет сложно-сочиненный коктейль, излучающий притворное веселье, а может вечер задастся всерьез и я отважусь на все 40 градусов, которые предусмотрительно разбавлю вишневым соком. Мужчины такое смешение жанров считают извращением, но для меня, как любой женщины, процесс не менее важен, чем результат. Кроме обещания счастья, мне хочется, чтобы было приятно на вкус.

Почему я пью?
А почему пьете вы?

Я спросила знакомых мужчин. Ответы разные: от конформистского «поддержать компанию» до туманного «чтобы в голове что-то щелкнуло». Гениальное объяснение дал арт-директор Esquire: «потому что он (алкоголь) есть».

Говорят, женщине в определенном возрасте лучше отказываться от некоторых радостей жизни – чем дальше, тем выше и обидней цена, которую платишь за них. Так, я когда-то бросила курить. Оставила в прошлом ночи в стиле буги-вуги. Не объедаюсь жирными тортами, мыслю позитивно и стараюсь не хмурить понапрасну свой пока еще гладкий лоб.

Но пить продолжаю. Последнее непреодолимое искушение. В вине истины нет – римляне преувеличивали, – но некая сложная экзистенция несомненно присутствует. Я не хочу приводить дополнительные объяснения, которые прозвучат как оправдание: что пью немного, легко и изящно. Какая разница? Я пью! И выпью сегодня! Потому что пятница, потому что скоро осень, а лето как всегда было короткое…

За пьющими людьми интересно наблюдать. Совершенно безнаказанно это можно делать в больших городах. Никто не заметит, не обвинит в назойливом внимании. Я помню молодую девушку в Нью-Йорке, которую увидела в огромном, прозрачном окне кафе. Это был солнечный апрельский полдень. Девушка, явно приезжая, сидела одна лицом к прохожим, пила белое вино, смотрела на улицу и ее лицо выражало крайнюю степень довольства жизнью. Глядя на нее, невозможно было не разулыбаться в ответ, особенно если ты тоже первый раз в великом городе – наслаждаешься Нью-Йорком, молодостью и весной.

Была еще пожилая пара, молча и печально сидевшая в лондонском пабе. И одинокие волки за барной стойкой, прожженные жизнью, с тяжелым взглядом, похожие друг на друга, как близнецы в любой точке земного шара. И компания среднего возраста – двое мужчин и женщина – подошедшие позже меня, отчего я могла наблюдать их в развитии чувств. Тоже в Лондоне, тоже в пабе. По мере того как пустели стаканы с пивом и наполнялись новые, лица их оживлялись, глаза блестели, проблемы отступали. Разговор становился все более захватывающим, громким. Я решила, что женщина проведет ночь с одним из них, скорее всего, с тем, что справа. Не потому что на этот счет есть пошлая пословица, просто она так смотрела на него… А сначала – нет.

Самое трудное в жизни – это сама жизнь, сказал уже не-помню-кто. Он имел в виду, что жизнь ведь нужно проживать, наполнять событиями и смыслами, которые с неизбежностью превращаясь в рутину, давят на вас смертным грузом. Не отчаяние, скука и страшные горести заставляют людей в очередной раз откупоривать бутылку. Это рутина и тяжесть бытия. А вино ли, пиво, искрящееся шампанское или горькая водка сначала обожгут, потом заинтригуют, обострят, пообещают.

Я не ищу в них ни истины, ни радости, ни вдохновенья. Но это ощущение полноты и легкости бытия – от него трудно отказаться и променять на безупречность медицинских анализов. Всего лишь один бокал – и жизнь становится похожей на захватывающее кино, даже если ты сидишь дома на диване, одна, в старой пижаме, а в ушах саундтреком звучит заезженная мелодия, которую в очередной раз поставил глупый радио-ди-джей. Кровь быстрее бежит по жилам. Сердце бьется сильней. Чувства обостряются. Жизнь обретает смысл. Ты – прекрасна. Мужчины – красивы и благородны. Атмосфера наэлектризована. И стоит вам только посмотреть друг на друга…


Гульнара Бажкенова