Вторая натура

Роман Райфельд — о том, почему люди по привычке трудятся на нелюбимой работе, живут с нелюбимыми и не пытаются что-либо изменить к лучшему.

Вторая натура 1

По привычке мы живем. Делаем первые шаги, еще пока не задумываясь ни о чем. И это естественно. Но когда доходит дело до вторых, третьих и далее шагов, что поразительно, мы тоже не обременяемся мыслительной деятельностью. Просто шагаем, словно роботы-дроны-клоны (кто там еще?) по программе. Чтобы не забывали, от какого курса отклоняться ни-ни, вводим в обиход народное творчество, насилуем свой речевой и заодно мозговой аппарат, ретранслируем для себя и других вечные формулы: родиться-учиться-жениться, построить-посадить-родить… Словно уговариваем сами себя: только так, не иначе будем счастливы. Сначала терпим, но позднее привычка становится потребностью. Без нее – дискомфорт. Человеческий разум слишком мал и убог, чтобы отвечать на настоящие вопросы. Но вполне возможно от большого, философского, того уровня, где мы не способны что-то понять (мол, откуда мы и зачем здесь), спуститься на свой пониже и начать задавать вопросы, находя ответы и меняя окрестности жизни если не к лучшему, то хотя бы к другому.

Не нами сей мир устроен, и не нам в нем что-то менять. Но вокруг себя, в круге ближнем, мы и вправду способны на что-то.  Или нет? Может, дело в желании? Герою марокканской картины «Али Зауа: принц улицы» (2000) беспризорнику, к примеру, было нелегко противостоять уличной детской банде с тремя такими же, как сам, маленькими сторонниками, но он не мог действовать иначе. А ведь речь шла о сохранении его собственной жизни, устоях, привычках.  Сохранить было бы легче, нужно было просто оставить все как есть, но нет – задумав похоронить убитого друга, он сумел пойти против привычки. Ключевое: не только сумел, но захотел. Вот потому таких героев мы чаще в кинокартинах наблюдаем, не в жизни. Причем дальнего плана у пацана не было – он не стремился завоевать мир, просто проникся смертью друга, мечтавшего о море и собственном острове. Смерть – это всегда величественно и заставляет многих из тех, кто ПРИВЫК ЖИТЬ ПО ПРИВЫЧКЕ, затыкать рот либо резко менять свои мысли об усопшем, работая на публику, что позволяет им ощущать себя при этом святее и чище.

По привычке мы болеем обрастанием имуществом, которое кроме дополнительных проблем ничем не одаривает. Причем больны этим и те, кто с утра до вечера штудирует гениев маркетинга и продаж, и те, кто хранит под подушкой томики Омара Хайяма и Ошо, и те, кто вообще ничего не читает. По привычке выбираем (или родители за нас выбирают, или мы уже, как родители, выбираем за наших детей) кем им стать – от малого (спортивная секция, школа, друзья, фильмы) до большого (на ком жениться, когда родить). И весь этот выбор по привычке строится от «общественного» интереса. Проще и «правильнее» делать то, что обществу не помешает, что соответствует его канонам.

Часто поступки диктует разумный страх, который можно назвать и разумным эгоизмом прямо по Чернышевскому. Порою именно этот страх/эгоизм останавливает: ну не хватает человеку смелости не только в осуществлении мечты, но и просто в том, чтобы высказаться вслух против чего-либо, что, по его мнению, неправильно. А ведь нынче пусть в Казахстане не сверхдемократическое и либеральное государство, но и не СССР в 30-50-е. Однако здесь почти все боятся высказать свое мнение, настоящее, даже когда его спрашивают. Забиты, придавлены, живут в плохо скрываемом страхе. И верно: зачем нам конфликты? Согласен, что в мировом масштабе этот протест все одно, что круги на воде от мелкого камешка, что разойдутся через десяток секунд. Но правильно выраженный и корректный протест даже в мелочах имеет шансы сделать вашу жизнь лучше сейчас и здесь. Что там протест, не раз наблюдал, как люди на обед, просто на кухню, что в двух шагах от основного офиса, выйти в одиночестве «боятся». Даже в туалет по одному не ходят. Привычка не отделяться от толпы.

Посмотрев на драную перчатку «полицейского», едва закончившего на тройки школу и говорящего запинающимся голосом, что в компании двух других из патруля пытался мне втюхать свои процедуры оформления штрафа за переход улицы в неположенном месте, я положил ему в его продранную, как все это государство, перчатку маленько на лапу. Это тоже привычка – действовать как выгодно и удобно сейчас. Ну я хоть задумываюсь на 3 минуты, насколько мне врут в лицо, насколько правда, что квитанцию о штрафе я получу по почте. Другие сразу к делу: «Может, мы решим это как-нибудь? Сколько? Нате, ну я побежал?» – у них все отработано до автоматизма. По привычке мы нервно сигналим на перекрестке непонятно кому и зачем, просто от нервов. По той же причине готовим покушать, сметаем все в супермаркете, играем с детьми или они играют с планшетами. Так же останавливаемся на пару минут при встрече со знакомыми обменяться не нужными ни им, ни нам ни о чем «как дела» фразами. Недовольно бурчим. Постоянно.

Вторая натура 2

По привычке мы не только даем взятки, крутимся в этом ужасном, ужасном, ужасном мире, согласно его правилам, не успевая и не желая дать волю собственной фантазии. По ней мы учимся-работаем, любим и шире – вообще относимся к людям. По привычке создаем семью, «заводим» детей. Некоторые по привычке уходят от этой семьи, создают новую, потом третью и т.д. Иные тоже по ней же довольствуются малым, думая (если вообще думая), что это просто этап такой и он неминуемо пройдет и опять все станет хорошо: но нет любви и нет любви, вот уже у него любовница, и у нее… любовниЦА(?) ,  и дети уже заканчивают школу, и, чтобы укрепить союз, «делается» третий, четвертый ребенок… И все эти годы как-то вместе, одной большой дружной семьей. По привычке. Без особой радости и заморочек. Довольно и выложенных «ВКонтакте» собственных снимков с улыбками. Также по схеме – аж скучно, право – строятся в такой семье отношения дальше. Вот отец уже старик, и суженая его также не помолодела внезапно, а то и вовсе ушла уже в мир иной, а дети обросли своими половинами и спиногрызами (не мое выражение) и теперь уже давят на папу собою, тоже по привычке, борясь за наследство, указывая стареющему предку на его место в истории, ужимая в правах и жилплощади.

По привычке строим карьеру. Молодым и культурно воспитанным особенно трудно, оттого и виднее-заметнее именно их вымученные, от неудачных актеров взятые улыбки, как реакция на не самые остроумные шутки босса. Несмотря на то, что они лишь ступают на первые ступени карьерной лестницы, они уже испорчены, пропитаны маслом или даже мазутом лицемерия. Чего здесь – страха или привычки – больше? Начинаешь с ними общаться с глазу на глаз, пытаясь понять, что же заставляет их вести себя столько искусственно (но не искусно), выясняется, что они довольно разумные интеллигентные люди, отлично понимающие, что делают. Объясняют это гримасами века, изъянами жизни, в конце концов, кризисом (боже, что у нас им только не объясняют! Скоро понос начнут им оправдывать – по привычке).

По привычке берем на работу тех, кто поквадратнее, в аккурат под наш шаблон обрезан, не дай бог революционер с идеей реформы просочится сквозь сито HR-процесса. По привычке говорим «здрасьте-спасибо», базарим-ругаемся, заведенные с полоборота, ловим машину или разводим пары своей по полчаса под окнами дома, заставляя прохожих дышать нашим дерьмом, курим в толпе. По привычке сравниваем: себя – с кем-то, свою родину – с чужой, прошлое – с будущим. Зависим от того, что скажут другие люди, вне зависимости от степени их близости нам и даже их социального статуса.

Кого когда и где надо – осуждаем, тоже с поддержкой, а если нужно, то и публично можем, в смысле в СМИ. Качаем права, плюясь в «Фейсбуке», мня себя царями мира (пусть социального), жаль только не ко времени подоспела информация, что чуть не в пять раз больше народа этой страны сидит вовсе не в этой социальной сети. Но мы будем думать, что в этой, по привычке. По привычке общаемся с друзьями, заменяя дебильным эмотиконом человеческий, от сердца разговор, пусть даже короткий, а иногда просто прикрывая смайлом отсутствие мыслей и даже мозгов. Так приятнее, полезнее, проще, быстрее.

Привыкаем жить в богатстве, в нищите – в физической ли, духовной ли. Живучие гады. Человек привыкает ко всему быстро. По привычке мы делаем, к слову, и много, если не хороших, то как минимум полезных дел, особенно для тела. Но хорошее и плохое – лишь оценки. Хотя, кажется, «плохого» по привычке творим мы больше. Это и вправду позволяло выжить нам в каменные века, сегодня – скорее мимикрировать под окружающую среду (позволяя делать себя незаметным, когда нужно; приметным, когда выгодно), насильно атрофируя остатки мозга, того самого, что когда-то позволил взять в руки палку и распрямить спину. Особенность нашего времени в том, что привычка уже давлеет над человеком, жить не по конвейеру могут, как и прежде, пока еще не все, но хочет этого все меньше и меньше людей. Все больше из них снова стремится согнуться, выбросить из рук орудие труда и начать смотреть почти в землю. А ведь избежать привычки, как показывает практика, оказывается много приятнее, и, главное, это возможно. Делать хоть что-то не по привычке – в одиночестве или с любимым человеком, сыном, дочерью, наслаждаясь миром, вдыхая жизнь, – не соблазнительно разве? А пока живем. По привычке без соблазна. Правда, как гласит интернет-мудрость, сколь мусорное ведро не утрамбовывай, выносить его все одно придется.


Иллюстрация Полина Менжулина