Гульнара Бажкенова, прочитав однажды статью в англоязычном Bloomberg, опровергает мнение о бедности, как причине казахского многоженства.

бутерброд многоженства

Токал повзрослела и из персонажа анекдотов выросла в предмет исследования аналитических статей.

На сайте агентства экономических новостей Bloomberg, а не какой-нибудь газеты «Жизнь», вышел обстоятельный материал на английском языке, посвященный не нефти нашей, но возрожденному институту младших жен.

Автор Нариман Гизитдинов встретился с несколькими женщинами: автором «бестселлера» про токал Аян Кудайкуловой; официанткой Самал, мечтающей о старом, но богатом муже взамен молодого, но бедного бойфренда; с некой Шолпан, уже достигшей главной казахской мечты в виде автомашины Toyota Land Cruiser, сумки Hermes Birkin, ежемесячного содержания в пять тысяч долларов и собственного бизнеса. И все это за необременительное положение и легитимный статус второй жены.

Однажды отец Шолпан тоже привел в дом токал – ее ровесницу – и потребовал дочь уважать и кланяться ей, но Шолпан отказалась, за что лишилась отцовского содержания. Казахская любовь она такая, дорогая, расчетливая и жестокая. Зато теперь вся семья восхищается и поддерживает умницу Шолпан, мудро изрекая: «Каждый достигает вершины, как может». Восхитительный родительский урок конформизма. И готовый сюжет для следующего романа писательницы Кудайкуловой. Зачем выдумывать, если сама жизнь – как мыльная опера?

Я читала статью на Bloomberg не без удивления: абсолютно анонимные герои, без привязки к месту и времени, таких с десяток легко выдумает самый плохой бульварный писака, с историями, полными штампов и общих мест.

Этому клюквенному набору авторы пытаются придать приличную мину в виде экономических выкладок и главного вывода – в нефтеносном Казахстане с его огромной пропастью между богатыми и бедными возрожден полигамный брак, на который женщины соглашаются из-за нищеты.

Бедность всему виной – это мнение часто повторяют гендерные специалисты, правозащитники и журналисты, когда речь заходит о полигамии, в глазах мирового сообщества и ООН запротоколированной как нарушение прав женщин. Но это ведь смотря каких женщин и какие права. Вот казахские женщины Самал и Шолпан выбирают права на машину тойота, и пусть неудачник на автобусе первым кинет в них камень.

Между тем мне интересно, пресловутая бедность казахских женщин – это невозможность заработать на тарелку супа или сумку Birkin? Надо бы определиться с минимальной девичьей потребительской корзиной, раз мы движемся к многоженству под таким благовидным предлогом.

Юные девы умирают от голода без лэнд крузеров, а престарелые седовласые принцы с толстыми кошельками и животами приходят к ним на помощь…

Кто вообще сказал, что молодые люди должны быть богаты? Они везде бедны, веселы и рассержены. За редким исключением в лице счастливых наследников. Пэрис Хилтон – одна на миллион, потому и знаменита. Толпы самой обычной, нормальной молодежи каждый день штурмуют большие города: учатся, работают, стремятся закрепиться там и выжить. Никто никому не обещал легкой жизни, ни в Астане, ни в Нью-Йорке.

Панель или полигамный брак со стариком в современном мире – не безысходность, это выбор. Выбор не хлеба насущного, а икры сверху бутерброда с маслом, но без усилий.

Бедность много чему причина, но только не казахскому многоженству. Не надо обманываться, не она, а мораль лицемерного общества разлагает души казахских девочек. Ну, еще, конечно, виагра.