Гульнара Бажкенова подбивает события беспокойного февраля с надеждой на то, что вслед за ним наступит весеннее пробуждение.

мужик читает газету весеннее пробуждение

В селах Жамбылской области погромы дунган. Погибают, как минимум, одиннадцать человек. В области вводится режим чрезвычайной ситуации.

Внук первого президента в режиме онлайн заявляет, что он вовсе не внук, просит политическое убежище в Великобритании и обвиняет свою семью в коррупционных преступлениях с ценой вопроса на миллиарды долларов.

Его цитируют авторитетные международные СМИ, комментарии просит самая влиятельная газета в мире «Нью-Йорк Таймс».

Действующий президент страны Касым-Жомарт Токаев проводит совещание по вопросам информационной безопасности в связи с событиями на Кордае, и в этот же вечер в Казахстане блокируют Telegram. Попутно в блокаду попадают несколько коммерческих приложений, весь Казнет начинает тормозить и глючить. Касым-Жомарт Токаев из Мюнхена, где находится с рабочим визитом, дает поручение немедленно восстановить работу интернета, о чем сообщает в своем Twitter. Оказывается, это не он дал репрессивное указание о блокировках, под информационной безопасностью он имел в виду что-то совсем другое, но кто-то, видимо, неправильно понял.

Председатель ассоциации казахстанских дунган Хусей Дауров делает заявление и обвиняет в организации погромов «эмиссаров из-за рубежа, работающих по технологии цветных революций».

Активистов оппозиционной еще не зарегистрированной Демократической партии, которая готовится к учредительному съезду, снимает с поезда и задерживает полиция. Руководитель партии Жанболат Мамай заявляет, что съезд отменяется, вместо него будет митинг. Это второй анонсируемый митинг 22 февраля, первый из-за рубежа пытается организовать Мухтар Аблязов. Беглый олигарх привычно обвиняет тех, кто не с ним, в тайной работе на власть. Руководители демократической партии проводят пресс-конференцию.

В Астане многодетные матери и ипотечники долевого строительства пытаются пикетировать здание администрации президента Аккорду, однако на их пути встают сотрудники специального подразделения полиции.

Растет недовольство законопроектом о митингах, необходимость в котором возникла после прошлогодних акций протестов и требований граждан отменить разрешительный характер массовых мирных собраний. Прочитав новый проект закона внимательно, политически активные граждане осознали, что их хотят надуть – он более репрессивный, чем старый действующий закон. В Алматы проходят общественные слушания, на которые из Астаны приезжает фактически главный автор законопроекта министр информации Даурен Абаев.

В столице и на всем севере страны метель, буран и снегопады.

Из пораженных эпидемией короновируса мест домой возвращаются казахстанцы. Им рекомендуют много не гулять в людных местах и отпускают на все четыре стороны; среди населения растут фобии. В Восточно-Казахстанской области жители двух приграничных с Китаем сел выходят на улицы с требованием не устраивать в местных больницах лечебный карантин.

На роскошном круизом лайнере Diamond Princess из-за эпидемии короновируса вместе с остальными 3700 пассажирами из пятидесяти стран заперты и изолированы от мира четыре казахстанца.

Анонимные каналы восстановленного Telegram работают в прежнем режиме, ежедневно выдавая горы компромата на видных государственных деятелей, из коих лишь малая часть является художественным вымыслом и полетом фантазии неизвестных авторов.

Из военной части под Шымкентом сбегает солдат с оружием.

Это я пролистала новостную ленту последних двух недель. Еще пару-тройку лет назад в Казахстане столько грустных и не очень событий не происходило в течение двух, а то и нескольких лет. Каждый день лучшей новостью было отсутствие новостей, и это называлось стабильностью.

Теперь что ни день размеренно-плавную повестку взламывает и нарушает новый breaking news. Простой человек едва поспевает пережить и переосмыслить. Боль, страх, ужас, потрясение, шок – вот как можно передать гамму чувств обывателей, судя по интернет-чатам. И кому-то соблазнительно сказать, нравоучительно подняв верх указательный пальчик, мол, это все потому, что раньше был порядок, твердая рука, а теперь хаос вместо свободы.

Он слишком мягкий, страна катится неизвестно куда. Верните нам стабильность, предсказуемость и покой! Пусть опять ничего не происходит…

Но это неправда, раньше была не стабильность – застой, состояние сомнамбулы. А сейчас страна пытается проснуться. Да-да, тот самый Oyan, Kazakhstan… Не самый легкий и приятный процесс даже утром, а дальше может быть еще больнее, ведь кто-то вместо кофе не прочь подать и чашечку со стрихнином. Но нет ничего хуже, чем всей страной оказаться одним безнадежным селом Калачи.

Лучше страдать и быть живым, чем вообще ничего не чувствовать. Будьте внимательны, следите за новостями.

В Актау на Каспийское море после холодной зимы прилетели фламинго