основатель школы California Academy и сервиса Walking Almaty, 30 лет, Калифорния.

 

Я приехал в Алматы еще школьником по летней программе обмена. Жил в казахской семье в доме недалеко от Кок-Тобе, ходил на курсы казахского и русского языков в Дом дружбы. В то время Казахстан был настоящей загадкой для американцев. А я по-настоящему влюбился в Алматы и понял, что хочу вернуться.

Меня очаровывает советская история и культура. Я играл в пьесе Владимира Маяковского, переводил советские мультфильмы на английский язык и даже прожил целый год в импровизированной коммуналке.

После университета я решил еще немного попутешествовать. Какое-то время жил в Монголии и Киргизии, где написал научную работу по охоте с беркутом. Обе эти страны похожи с Казахстаном, но должен признать, здесь пьют гораздо меньше.

В моей американской школе была программа, во время которой студенты выбирали страну, изучали ее историю и традиции, после чего дискутировали с «представителями» других стран. Тогда я, как и большинство американцев, не мог отличить один «стан» от другого. Но каждый день на ночь я читал и перечитывал Википедию. Так что к своему возвращению в Казахстан я практически все знал о социальном, политическом и культурном устройстве этой страны.

Невозможно описать все впечатления, которые я получил во время моего первого визита. Мне было 17 лет, я ни слова не говорил по-казахски, все было в новинку. Но я запомнил, что люди были очень дружелюбны, иногда даже чересчур. Я интроверт, и мне порой тяжело подолгу поддерживать разговор, а меня постоянно просили рассказать о себе.

Американцы тоже достаточно любопытны. Для официанта абсолютно нормально спросить, как у тебя дела, как прошел день и чем ты занимаешься. Но любимая тема казахстанцев – сколько ты зарабатываешь – все-таки очень личная для американцев. Но я быстро привык.

Во второй раз в Алматы я приехал в 2010 году. Тогда я начал фотографировать все, что мне казалось интересным – арыки, гранитные фасады, обувные мастерские. Сейчас у меня сотни папок с фотографиями Алматы во всех ее проявлениях.

Если честно, в первое время меня несколько напрягала традиционная гостеприимность, в особенности во время застолий. Ведь в первый приезд я плохо знал язык, поэтому не мог отказаться, даже когда уже был абсолютно сыт. Сейчас же я же привык к этому и точно знаю, что важно вовремя сказать: «Спасибо, я наелся».

Каждый экспат в Казахстане миллионы раз переживает один и тот же диалог. Откуда ты, что ты здесь делаешь, сколько ты получаешь, где твоя семья, нравится ли тебе здесь. Самое трудное – это разговоры с таксистами, которые  слишком часто смотрят телевизор и, увидев первого в своей жизни американца, пытаются выплеснуть все свои агрессивные политические размышления на меня, как будто я и есть Барак Обама.

По сравнению с Соединенными Штатами Алматы – очень недорогой город. Я снимаю свою квартиру менее чем за 300 долларов, а мой обед стоит меньше трех долларов. В любом среднестатистическом американском городе это нонсенс. Но с нынешним уровнем зарплат даже такие траты чувствительны.

Я бы не сказал, что упускаю что-то, живя здесь. Я вырос в пригородах, а после жил в маленьких университетских городках, так что вокруг меня никогда не было насыщенной культурной жизни большого города.  Наоборот, здесь я открываю для себя много новых активностей – каждую неделю появляются новые театральные постановки, открытые лекции, клубы по интересам. Единственное, чего мне не хватает, – это музыкальной сцены. У нас в любой школе были десятки групп, которые писали свою собственную музыку. В Алматы же все либо диджеи, либо каверщики. Я знаю много талантливых местных музыкантов, мне бы хотелось, чтобы они чаще исполняли свою музыку, а не очередной кавер на Maroon 5.

Об американцах ходят классические стереотипы – мы толстые, шумные, невежественные и невоспитанные. Я не подхожу ни под одно из этих описаний, поэтому мне нравится развенчивать мифы и показывать, что все мы разные.

Я не отвечаю на вопрос, что меня раздражает в этом городе. Это не мой город, чтобы я мог его судить. Да и вообще, я чаще замечаю позитивные стороны.

Я начал учить казахский и киргизский языки во время своего этнографического исследования. Темой была охота с хищными птицами, поэтому я выучил много слов, касающихся пернатых. После чего продолжил свое обучение в Стэнфорде, где выбрал казахский как основной язык.

Мне интересен казахский язык потому, что он абсолютно другой. Русский относится к группе индоевропейских языков, поэтому иногда можно найти сходства с английским: brat/brother, sestra/sister. Казахский же – это абсолютно другой мир, в нем я не могу угадать значение слова, просто взглянув на него. Порядок слов и окончания в корне отличаются, точный перевод фразы может быть неизвестен, если ты не знаешь каких-то грамматических тонкостей. Поэтому переводить дословно невозможно. Например, фраза «Менің барғым келіп тұр» будет переводится как «мой идет – приходит – стоит». Поначалу это запутывает, но в том-то и заключается прелесть изучения нового языка.

Когда я начинаю говорить по-казахски, люди обычно отвечают мне на русском. У них в голове не укладывается, почему этот белый парень говорит на казахском. Но когда я настаиваю и продолжаю, то они переходят на казахский и улыбаются. Услышав, что я выучил язык в штатах, собеседники остаются в шоке: «Ты сумел выучить казахский в Америке, в то время как здесь полно казахов, которые не понимают по-казахски? Ойбай!»

Еще до того, как приехать в Алматы, я вел блоги, в которых рассказывал о своих путешествиях. Информации о Казахстане как о туристическом направлении было катастрофически мало, и я решил создать ресурс, который бы познакомил людей с этим местом. Но, к моему удивлению, сервис Walking Almaty пользуется большей популярностью у местных, чем у иностранцев. Алматинцам льстит мысль, что иностранец обожает их город и может замечать те вещи, которые стали для них повседневными.

Идея создания своей языковой школы тоже пришла ко мне не случайно. Я провел год в Алматы, преподавая английский в британском центре, но мне ужасно хотелось делать это так, как я считаю нужным. Многие здесь слушают калифорнийскую музыку, смотрят калифорнийские фильмы, ездят туда на каникулы, так почему бы не начать изучать калифорнийский английский? Также в Алматы можно было бы опробовать новую методику – меньше грамматики и зубрежки, зато больше разговоров и песен в расслабленной обстановке, которой так славится Калифорния.

В этой стране отличные возможности для бизнеса. Да, мне пришлось немного помучиться со всеми необходимыми документами, визами и прочим, но Казахстан – это непаханное поле, здесь столько всего можно сделать.

Со своей женой  я познакомился в языковом центре, в котором преподавал английский. Она тоже учитель. Мы работали в одних и тех же группах, а хорошо узнали друг друга, когда составляли план занятий.

Казахстанские девушки более традиционны, когда дело касается отношений – мужчина должен покупать цветы, платить за ужин, дарить подарки и прочее. Американки отказываются от всего такого, потому что хотят чувствовать себя независимыми. Но по натуре я романтик, поэтому меня устраивают местные традиции отношений. Конечно, я должен работать усерднее ради нее, но она того стоит.