Все только думают, что что-то знают. А те, кто полагают, что знают больше всех, на самом деле еще невежественнее остальных.

Когда ты режиссер и сам же исполняешь главную роль, у тебя всегда есть соблазн как можно плотнее заняться работой других актеров. Когда же дело доходит до твоих собственных эпизодов, ты думаешь: «Ох, давай-ка это вырежем!» Дон Сигел сказал [мне]: «Не жалей времени и добейся того, чтобы свою актерскую работу ты сделал как надо».

Держи глаза открытыми, а свой болтливый рот – на замке.

Я впервые попробовал себя в режиссуре, когда мне было сорок. Я создал свою компанию в 1967-м с прицелом на будущее. Отец учил меня: все, что ты делаешь, делай хорошо. Будь лучшим в той работе, которую выполняешь.

Да я особо и не присматриваюсь к своей жизни. Я всегда смот­рел вперед, а не назад.

Часто люди, достигнув определенного возраста, уходят из профессии. Я всегда жалел, что Фрэнк Капра и Билли Уайлдер бросили кино после 60. Подумайте, какие шедевры они еще могли снять! А мне повезло.

Знаете, у нас, гольфистов, есть поговорка: «Лучше быть везунчиком, чем мастером». Я уверен: есть масса талантливых актеров, которые так и не добились успеха, потому что не получили нужный шанс, подходящий материал. Моя мать считала, что у меня есть ангел-хранитель.

Вот вам один секрет: что бы ты ни делал, ты должен постоянно узнавать что-то новое о себе.

Когда в 1954-м я работал по контракту на студии Universal, мне никто не предлагал хороших ролей. Только эпизоды на одну-две фразы. Но я все время шатался по площадке и наблюдал за людьми. Смотрел, как снимается Джоан Кроуфорд и другие, как с ними общается режиссер.

Многие, выйдя на пенсию, просто угасают. И с мужчинами это случается чаще, чем с женщинами: их интересы связаны с семьей, а мужчине достаточно обзавестись потомством – и все, твое дело сделано.

Мне часто звонят, говорят: «Кстати, у нас будет неплохая роль и для вашего сына!» А я в ответ: «Отлично, но давайте сначала все-таки обсудим главную тему».

Клинт Иствуд Скотт Иствуд Голливуд кино США

Когда он [хороший материал] попадает тебе в руки, ты сразу это понимаешь. Но для этого нужен еще и незамыленный взгляд. Очень легко устроиться на привычном месте и заявить: «Ну все, удобнее не бывает!» Мой агент умолял меня не сниматься в «Победить любой ценой». Даже мой юрист просил меня не сниматься в нем. Он говорил: «Да это просто дерьмо! Это не твой стиль!» А я ему ответил: «Да, это не то, к чему я привык. Не очередная картина, где я буду палить по людям. Я хочу сделать фильм, на который можно сходить вместе с детьми. Мне нравится этот персонаж. И потом, это круто, что девчонка там бросает парня, – никто не живет вместе долго и счастливо». И действительно, фильм понравился зрителям. Если ты уже принимаешь решения, основываясь на интуиции, и она тебя не подводит, то зачем ее игнорировать?

Мне насрать, кто хочет пожениться — геи или кто-то еще. Не надо делать из этого столько шума. Пусть у всех будет возможность жить такой жизнью, какую они себе выбрали.

Трамп задел в людях какую-то струну, потому что все втайне чувствуют, что устали от вечной политкорректности, от всех этих заискиваний. Это поколение жополизов, ссыкливое поколение. Это когда нам вечно твердят: «Ты не можешь делать это, ты не можешь делать то, ты не можешь об этом говорить…» И каждый из нас ходит по краю.

Я бы посоветовал [политикам] начать работать и научиться лучше понимать людей. Поймите, что ими движет, вместо того чтобы навешивать ярлыки. И возьмитесь наконец за дело! Надерите кое-кому задницу, возьмите, кого надо, на карандаш. И еще: быть может, я говорю как мой отец, но не тратьте того, что не заработали. Именно из-за этого мы оказались в сегодняшней ситуации.

Я помню такой случай – один из самых запомнившихся за всю мою жизнь. Мне было пять лет, и к нам в дом постучался какой-то человек. Он сказал матери: «У вас на заднем дворе лежат дрова. Можно, я порублю их для вас, мэм?» Мать ответила: «У меня нет денег». А он: «Мне не нужны деньги. Только сэндвич».

Он не дает мне покоя, когда я думаю обо всех придурках, которые вечно ноют и жалуются. Мне доводилось встречать людей, которым действительно пришлось туго. Тот парень мечтал хотя бы о сэндвиче. Он боролся за существование. Так жили люди в то время.

Я никогда не думал, что хоть одна из моих картин будет иметь огромный успех. Когда ты заканчиваешь работу над фильмом, ты всегда думаешь: «О боже, да никто это смотреть не будет!» Просто ты живешь с картиной слишком долго.

Тебе столько лет, на сколько ты себя ощущаешь. И ты остаешься молодым настолько, насколько сам желаешь. Один мой приятель, когда его спрашивали, как ему удается так здорово выглядеть в его возрасте, отвечал: «Просто я никогда не впущу в себя старость». И это правда.

Иногда, бывает, утром встаешь с постели – и вдруг что-то хрустнет в спине. Покряхтишь, конечно. А потом плюнешь на это, пройдешься – и все как рукой снимет.

Я люблю работать с теми, у кого нет нужды кому-то что-то доказывать.

Завтрашний день никому не дает обещаний.