Тимур Капанов: «Меня отправили в самую опасную точку мира»

Это история о том, как желание жить в США привело молодого человека из Казахстана в ряды американской армии. Очередной герой проекта «Казахстанцы в США» Тимур Капанов, ведущий сейчас размеренную жизнь в Нью-Джерси, пришел к ней через службу в могущественной армии США. Прошел непростую подготовку, оказался в разгаре боевых действий в афганском Кандагаре, ушел в отставку по состоянию здоровья и постепенно, в 31 год, привыкает к гражданской жизни армейского ветерана.

Начнем с детства: где и как ты вырос?

Я родом из Алматы. Когда мне было 3 или 4 года, мои родители развелись, и мама забрала меня с собой в Актобе. Там я вырос. Окончил КТЛ, затем поступил в университет в Стамбуле. Во время учебы впервые приехал в США по программе work & travel в 2005 году, на Аляску.

Почему на Аляску?

Потому что друзья ранее там уже бывали. Они собрались снова и предложили мне отправиться с ними. Поработал там два с половиной месяца, мне все понравилось. Природа, свежий воздух.  Я работал бутчером, это мясник. Резал рыбу. На Аляске был хороший сезон. Заработали приличные деньги для студентов. Удалось съездить в Бостон, Нью-Йорк, Вашингтон.

Понравилось в США?

Да. Мне очень понравилось, и я решил переехать в США. Вернулся учиться в Турцию и начал готовиться к языковым экзаменам. Сдал экзамены и перевелся сюда. В колледж St. Francis в Бруклине. Выучился на экономиста.

Параллельно чем-то занимался?

Да, подрабатывал. Легально студентам работать нельзя, поэтому то там, то тут подрабатывал. Был кассиром, охранником, постоянно искал что-то получше, смотрел разные объявления. И где-то наткнулся на одно очень интересное объявление о службе в армии. Я как раз уже должен был заканчивать учебу и возвращаться в Казахстан. А я уже привык жить за пределами Казахстана. Сначала в Турции, затем в США.  Уже отвык от нашего образа жизни и менталитета. Не хотелось на этом останавливаться, хотелось больше увидеть мир. А когда находишься в США, ты каждый день видишь что-то новое, даже если просто отправляешься в другой штат. Был совсем молодым, и мне было интересно.

И тут как раз попалось на глаза это объявление о службе в армии – контрактником. Одним из преимуществ было то, что как только пройдешь все условия и подпишешь контракт, получаешь гражданство США. Этот факт меня очень сильно заинтересовал.

Ты решил совсем обрезать все корни с родиной? Свою дальнейшую жизнь ты уже связывал с другой страной?

Не совсем обрезал, я постоянно летаю в Казахстан. Но свою жизнь с США я связал уже после своего первого приезда сюда. Просто когда я увидел это объявление и подписал контракт с армией США, это стало переломной точкой в моей жизни.

С мамой советовался перед подписанием контракта?

С мамой советовался. Она, наоборот, настояла на этом. Говорила мне: «Оставайся там, что ты будешь делать в Казахстане?». Она видит для меня больше преимуществ в США. Возможно, это непатриотично. Так как я хочу дальше жить здесь, строить семью, привык к американскому образу жизни. Это было хорошим решением, чтобы в будущем было проще жить здесь.

А какие преимущества у США перед Казахстаном?

Например, здесь я могу устроиться на работу сам. Без поддержки каких-то родственников, не полагаясь на деньги или знакомства. Возможно, я уже просто отвык от казахстанского менталитета. От всего этого я просто уставал. Я понимаю, что с новым поколением, наверно, было бы легче работать, но им бы тоже не все так легко давалось. Потому что вокруг сидят люди, которые не хотят терять свои места. Просто так пробиться тебе в Казахстане не дадут. Тем более я из Актобе. А там ты работаешь чаще всего в нефтяной отрасли. Или нефтяник, или газовик.

Cколько лет маме?

Сейчас ей 54 года. Она педагог, защитила докторскую диссертацию. Хотела, чтобы я учился за границей, потому что знает систему образования в Казахстане и понимает, что образование лучше получать за пределами страны. Поэтому позже, когда я решил пойти в армию США и получить гражданство, она меня полностью поддержала.

Другой причиной стало то, что у меня в семье хорошие военные традиции. Воевали мой прадед, дед. У моей мамы 4 брата, и все они военные. Есть у меня двоюродные братья, тоже военные. Поэтому в каком-то роде это было для меня реализацией детской мечты. Потому что я с детства видел своих родственников в форме, фуражках. Красавцы такие! Все они летчики. Окончили авиационные академии в России. Я вырос с ними, каждый день видел их в форме. Это тоже сыграло свою роль.

Ты же единственный сын в семье, не переживал, что оставляешь маму?

Это, наверно, единственное, что меня сдерживало. Но она меня поддержала в моем выборе. У моей мамы очень сильный характер. Она сказала: «Если надо – делай».

Значит, окончил университет и решил идти в армию?

Да, как только окончил. Сразу пошел в армию. Подписал контракт. Точнее не сразу, а через 3 месяца. После того, как прошел курс молодого бойца.

Где это происходило?

В Южной Каролине, в форте Джексон. После окончания курса проходит выпуск, где всем выдают дипломы, а не гражданам США предоставляют гражданство.

Тяжело было пройти этот курс?

Да. Во-первых, по прилете на базу ты не спишь. Отправляют туда, сюда, сдаешь документы. Всю ночь и весь следующий день проводишь на ногах. Делают прививки, разбираются с документами, сажают на кресло и бреют. Затем выдают армейскую амуницию и распределяют в определенный взвод, говорят, какое обучение будет необходимо пройти. Там тебя начинают строить сержанты, гонять, кричать. С первого же дня тебя готовят к стрессовым ситуациям. Чтобы ты научился с ними справляться. Обычно в первые несколько дней – неделю некоторые сдаются и уходят. Оказываются морально не готовыми к службе в армии.

Многие американцы идут в армию, чтобы в будущем оказаться в правительстве. Думают, что в армии США все белое и пушистое. А когда попадают на курсы молодого бойца, понимают, что сержанты будут вас гонять.

Например, поднимают в 3 часа ночи. Идешь умываться, бриться, должен выглядеть как с иголочки. Надеваешь спортивную форму и идешь на построение вне зависимости от погоды. Хоть дождь, хоть снег. Сержант проверяет присутствующих, форму, прическу. Все должно быть в рамках устава. Затем нас ведут на физическую подготовку. В основном мы бегали. И делали стандартные упражнения на турниках, брусьях.

Тебе легко это давалось физически?

Физически в принципе все давалось легко, но вот бегать было сложно. Я до этого никогда в жизни особо не бегал. Разве что в футбол играл в детстве. А тут надо было пробегать по две мили за определенное время. Когда начинал бегать, думал – сдохну. Тогда я еще не понимал, к чему именно приводит армейская подготовка. Хочешь не хочешь, ты этому научишься. Тебе в голову вбивают, что это действительно нужно. Все, что требуется, – это забыть про свои страхи и лень. Сейчас, например, я спокойно могу пробежать 10 миль на одном дыхании.

Тяжело было только первое время, пока мышцы не привыкли. Дальше было легче. Нормальное питание, режим дали свой результат. Тогда мне было 25 лет.

Много было иммигрантов, кроме тебя?

Да, хватало. Индусы, казахи, кыргызы, русские, украинцы, латиноамериканцы. У меня есть друзья из Перу и Мексики.

Они все идут в армию ради получения гражданства?

Не только ради получения гражданства. У некоторых тоже богатые воинские династии в семьях. Ради гражданства идут в основном ребята из постсоветских стран.

У тебя не было желания во время подготовки все бросить и снова вернуться к гражданской жизни?

Такое желание у меня было в первый же день, когда мы не спали больше суток. Потому что я люблю поспать, не люблю, когда на меня кричат. К этому я не привык. Но потом подумал: а зачем я тогда прилетел сюда? Раз решил – надо доводить дело до конца.

Дедовщины у них нет?

Дедовщины нет. Но на курсах молодого бойца, когда ты только приходишь туда, ты рядовой. Ты – никто, а над тобой есть сержанты. Это люди с опытом, которые уже заслужили свой ранг. Они тебя всему обучают. Но для них ты просто очередной курсант, который решил попробовать себя в армии. Как только ты закончил курс молодого бойца, ты становишься солдатом.

То есть вас не заставляли мыть туалеты?

Нет, туалеты и полы мыть приходилось. Это часть твоего распорядка дня. Но это происходило не так, чтобы к тебе приходили и начинали тебя гнобить. Просто формируется нормальный распорядок дня и говорится кто, когда и что должен делать. У всех все по-честному, и все наравне. Казарма должна быть чистой, а кто будет ее чистить, если не солдаты?

Домой звонил, рассказывал о своих перипетиях?

Нет, пока проходишь курс молодого бойца, телефоны забирают. Там не хотят, чтобы ты на что-то отвлекался. Мысли должны быть только об армии.

Все три месяца без связи?

Нет, не все три месяца. Там есть определенные фазы. Первая фаза – это красная фаза, там где тебя гоняют, проверяют морально и физически. Она длится 2-3 недели. Затем идут желтая и зеленные фазы, когда сержанты становятся уже мягче, не так сильно гоняют тебя. Потому что понимают, что основную фазу ты уже прошел и морально готов к армии. И уже больше тренируют тактике. Тогда уже раз в неделю, на выходных разрешается делать звонки.

В процентном соотношении много народу слетело во время подготовки?

Процентов десять не выдерживают. В основном люди приходят туда с твердым намерением попасть в армию. А есть такие, которые хотят дальше учиться в колледже, но не имеют средств. Тогда они идут в армию, чтобы армия в будущем за них платила. Это одно из преимуществ армии. Если ты отслужил, то армия покроет твои будущие расходы на обучение в любом университете США. Даже если это будет Гарвард. Многие американцы из-за этого идут в армию. Такой вот социальный пакет.

Думают немного отслужить и затем «откосить» от армии. Но когда такие люди приходят, они долго там не выдерживают.

Все прошло нормально, ты закончил курс молодого бойца, и тебя приняли в ряды вооруженных сил США? Звание какое-то получил?

Над этим уже сам работаешь. Сначала я был рядовым. Каждые три месяца у тебя повышается категория рядового солдата. Еще через полгода получаешь звание специалиста. Вот тогда и началась упорная работа над собой, над результатами в физической подготовке и стрельбе, потому что все это дает очки. Необходимо набрать определенное количество очков каждый месяц. Кроме того, надо сдать экзамен, чтобы получить звание сержанта. Офицеры начинают проверять тебя на знание армейского устава. После этого становишься сержантом.

Когда собирался в армию, ты понимал, что идешь в регулярную армию страны, которая постоянно участвует в военных действиях по всему миру?

Да, конечно, понимал. Это меня даже привлекало. Где еще я могу получить такой опыт? Допустим, у меня есть знакомые, которые уже много лет служат в казахстанской армии, ни разу нигде не были, не участвовали в военных действиях, но являются контуженными. Почему? Потому что есть дедовщина, алкоголизм, беспорядки.

Я был в горячей точке и вернулся неконтуженным. При этом у меня больше боевого опыта, чем у них. Если взять, к примеру, казахстанского майора армии и сравнить со мной, сержантом американской армии. По званию он намного старше меня, но опыта и знаний у меня будет больше. Потому что я участвовал в боевых действиях, а он сидел у себя в штабе. Какой тогда толк от этого майора? Чему он может научить новое поколение солдат, кроме знания устава, кроме того, что написано в книге? В американской армии ты получаешь намного больше знаний и практики.

Практика практикой, но из-за этого приходиться рисковать своей жизнью?

Во-первых, служить в горячую точку ты идешь не один. Во-вторых, ты знаешь, что тебя подготовили к армии физически и тактически. И ты знаешь, что твоих соратников также хорошо подготовили.

Весь этот процесс все-таки был ради гражданства или ты себя до конца жизни хотел связать с армией?

Я видел армию делом своей жизни, потому что уже подавал документы на получение офицерского звания. Хотел делать армейскую карьеру. В США, если ты отслужил 20 лет, то ты уходишь в отставку на пенсию. А размер пенсии будет равен твоей последней заработной плате. В основном американцы идут в армию в 18 лет и в 38 лет уже выходят на пенсию.

А какая у них обычно заработная плата, пенсия?

Это зависит от ранга. Средний размер пенсии, наверно, составляет от 3 000 долларов в месяц и выше. Это если не расти по служебной линии и до конца армейской карьеры быть сержантом, то, наверно, пенсия будет около 3 000. Но за 20 лет службы можно стать и подполковником, и тогда пенсия будет около 10 000 долларов США в месяц.

Где именно ты служил?

Обучался в Южной Каролине. Затем другое обучение проходил по специализации «логистика» в штате Вирджиния. По окончании этого обучения пришел приказ, что меня назначают в форт Драм, в штате Нью-Йорк. Там я и отслужил 4 года.

В чем заключалась твоя работа?

Поддержка пехоты. Поставка всего необходимого. Начиная от скрепок и заканчивая танками. Мне давали список того, что необходимо войскам, и нужно было все это предоставить, обо всем договориться. В основном пехотинцы обучаются и тренируются. Каждый год нас отправляли на полевые учения в лес. Там в полевых условиях и происходит обучение. Солдатов готовят от и до.

В Казахстане такая работа называется «госзакупки».

Да, но все это делалось в рамках нашей бригады. У нашей бригады бюджет был хорошим.

Откаты, как у нас, не предлагали?

Нет, здесь такого не бывает. Здесь есть армейская полиция, у которой есть подразделение CID. Любое неправильное действие – и тебя тут же поймают. Да и смысла особого нет. Потому что кто еще, кроме армии, купит здесь армейское имущество? Тебя быстро выявят, потому что народ к подобному не привык.

Где ты жил?

Жил на базе в квартире, которую предоставила армия. Когда ты холостой, тебе дают квартиру. А если у тебя есть семья и дети, то тебе дают дом.

Дом тоже находится на базе?

Да. Базы у них, как военные городки у нас. Есть вся собственная инфраструктура, магазины, аптеки и т.п. И на военных базах нет дополнительного налогообложения, то есть бензин, продукты и все остальное не облагаются налогами штата.

Питались-то хоть за свой счет?

Нет, были армейские столовые. Если не хочешь питаться в столовой, то выделяются дополнительные деньги, чтобы ты мог купить себе продукты. Или, например, если ты живешь на базе, то это бесплатно. Если не хочешь жить на базе, то тебе также выдают деньги, чтобы ты пошел и снял себе жилье.

Во время службы ты не задумывался о создании семьи?

Нет. Я только начал службу, и мне все это было очень интересно. Во-первых, ты постоянно занят. Во-вторых, я видел, как непросто семейным военным. У некоторых жены просто не выдерживают армейской жизни. Когда ты военный, трудно иметь семью.

Почему?

Потому что это стрессовая работа. Некоторые мужья дома выплескивают негативные эмоции. Многие военные пьют. Так же как и у нас. Таким образом они снимают стресс. Из-за этого часто рушатся семейные пары. Кроме того, военных забирают в горячие точки. И едут туда они не на месяц или два, а как минимум на год. Это тоже влияет. Ты год не видишь мужа, не знаешь, что с ним происходит. Ну и возвращается он уже другим человеком. После того, что он видел, у него тоже психика меняется.

Как именно меняется психика?

У кого-то в хорошую сторону меняется, но у большинства в худшую. Когда ты находишься в горячей точке, то это постоянный стресс. Тебя бомбят, в тебя стреляют. Ты видишь кровь, трупы. В определенный момент психика просто не выдерживает.

То есть люди становятся более агрессивными?

Да. В основном так и происходит. Бывали и такие случаи, что вроде с человеком все нормально, он вернулся. Но его мучают кошмары, бывали случаи суицида. Хотя и психологи работают, дают препараты. Бывает, наркотические, бывает, обычные. Но они не всегда точно могут знать, как именно лечить человека. Но суициды могли быть не только от воспоминаний, но и от того, что по приезде узнавали, что жены им изменяли. Однажды был случай, когда человек пришел и застрелил жену, любовника и сам повесился.

Когда ты сам впервые отправился в горячую точку? Как тебе об этом сообщили?

Как только я закончил свое обучение, я получил приказ о назначении в десятую горную дивизию. Когда я узнал, что еду в эту дивизию, я уже понял, что меня отправят в горячую точку.

Во-первых, потому что это одна из самых больших дивизий. Во-вторых, это легкая пехота. Именно эта дивизия каждый год ежедневно находится в горячих точках. Это единственная дивизия США, которая находится в Афганистане каждый божий день. Дивизия делится на 4-5 бригад. В первый год она отправляет 1-2 бригады, через год они возвращаются и отправляются еще две бригады.

Когда тебя отправили?

Мне пришел приказ, что я иду в третью бригаду. Как только я приехал туда и поступил в эту бригаду, мне сказали: «Приветствуем тебя, рады, что ты попал к нам. Готовься, в течение полугода мы уезжаем в Афганистан, в Кандагар. Если у тебя есть какие-то хвосты или что-то еще, старайся быстрее все закрыть». Чтобы ты мог уехать с нормальной, трезвой головой». Как только я услышал, что еду в Кандагар, я понял, что еду в самую опасную точку мира. Начал себя морально и физически готовить.

Переживал?

Конечно. Просто еще и не знаешь, чего ожидать. В чужой стране, где люди привыкли воевать, у которых боевой опыт не хуже, чем у нас. Потому что в свое время их воевать против СССР обучали американцы.

Страх был?

Конечно, был. Про Афганистан читаешь, слышишь новости, смотришь фильмы. Все эти ситуации приходят в голову. Про себя думаешь: «Не дай бог, это тоже произойдет со мной». Думал, как сам это переживу, как мама это переживет. Больше всего я переживал за нее. Потому что я единственный сын. Думал, ладно если останусь живым, я с этим справлюсь. Поэтому больше беспокоился за маму. До того, как улететь в Афганистан, я с мамой встретился и предупредил ее. Купил ей билет, она прилетела ко мне, показал ей базу, друзей. Сказал: «Не волнуйся, если что, они меня будут прикрывать». Пообещал, что буду держать связь.

И вот вас отправили в Афганистан.

Сначала мы прилетели в Бишкек, на авиабазу Манас. Интересно было. Находишься в трех часах езды от Алматы, а с базы выйти не можешь. Там мы провели две недели, проходила акклиматизация, чтобы привыкнуть к местному времени. Затем нас перебросили в Кандагар, на армейскую базу. Там очень красивые пейзажи. Скалистые горы, пустыня.

Как вас встретили, что рассказывали?

Сразу по прилете начинают обучать. Как, например, находить мины на дороге. Учат обращать внимание на каждую деталь. То есть еще две недели проходит обучение. Мы прибыли на основную базу в Кандагаре, а нас должны были отправить на более маленькую базу. На основной базе происходит как бы освежение ваших знаний и навыков. Затем на вертолетах нас отправили на место нашей основной службы.

Как проходила служба?

Я также занимался логистикой, поддерживал пехоту. Заданием пехоты было продвигаться каждый день дальше. Отвоевывать Кандагар. Они выезжали в поселки, иногда возвращались, иногда оставались там. Мы их поддерживали или с базы, или выезжали с ними. Разные были задания. К примеру, нам требовалось построить мост, залатать дорогу, поэтому мы всегда оставались рядом с пехотой. Поначалу было страшно.

Что именно? Ты же не участвовал в самих боевых действиях?

Почему? Каждый раз, когда едешь в конвое, вас обстреливают снайперы. Постоянно взрываются мины. Даже если ты находишься на базе, в целости и сохранности, а база находится в котловане, вокруг горы, и с них вас постоянно обстреливают артиллерийскими снарядами.

Спать спокойно получалось?

Ты вроде только засыпаешь, как слышишь звук сигнализации. То есть началась атака. Перемещаешься в бункер, слышишь, как в 20-30 метрах от тебя что-то взрывается. В первый месяц было страшно. Со временем к этому привыкаешь и уже не бежишь в бункер.

Были особенно горячие ситуации?

Бывало. Например, если тебя отправляют дежурить на ворота. А их обстреливают каждый вечер. Или едет человек на мотоцикле в нашу сторону на большой скорости и не реагирует на предупреждения. Все, значит, суицидник. Его мотоцикл – это его бомба. Был, например, у меня такой случай, когда машина так летела на нас, пришлось обстреливать. До нас он не доехал. Постоянно обстреливали. Страшно, когда ты слышишь, как рядом с тобой пролетает пуля. Думаешь про себя: «Пронесло».

После возвращения некоторые упрекали меня: «Да вот, ты в своих братьев стрелял! Они же мусульмане». Отвечал: «Поверьте мне, они уже не мусульмане». Понятия у них другие, это экстремизм. Во-первых, мусульмане вонять не будут так, как они. Мусульманство учит быть чистым и телом, и душой. Во-вторых, видели бы они их намерения. Это типичные бедуины, грязные, вонючие и курящие анашу. Каждый день. С Калашниковым за спиной. Такие люди в Кандагаре.

Кто обвинял?

На Facebook пишут разные люди. Видят мои фотографии в форме и начинают писать что попало. Стараюсь это игнорировать.

А как ты справлялся со  стрессом?

Спортзал, пиво. В основном спортзал. Бег хорошо помогает.

По-другому никак не снимешь: либо спорт, либо алкоголь?

Ну, девушки еще.

Когда вернулся, из-за чего?

Мы в Афганистане были год. По окончании нашего срока службы приехала другая бригада и заменила нас. В апреле-мае 2011 года мы уже были здесь.

У тебя было какое-то ранение?

Я ушел в отставку по медицинским показаниям. У меня была проблема с плечом и спиной. Со спиной уже все в порядке. А вот плечо и ключица беспокоят.

Государство оплачивает ваше лечение?

Да, полностью.

На гражданку тяжело было возвращаться?

На гражданку возвращаться было непросто. Привыкаешь к армейскому образу жизни. Когда ты находишься в армии, привыкаешь к тому порядку, что там есть, к ранговой системе, иерархии. А в гражданской жизни люди разные, особенно здесь, в Нью-Йорке. Все куда-то спешат. Не хватает того порядка, иерархии, уважения, что есть в армии. Но со временем привык.

Как ты нашел себя на гражданке?

Привыкал. Первое время было сложно. В армии ты постоянно чем-то занят, есть физподготовка, режим. А на гражданке режима нет. В первое время отдохнул, пока нашел новую работу, решил готовиться к поступлению в магистратуру. В какой-то момент понял, что стал каким-то ленивым. Мне это не понравилось. Я снова начал заниматься собой. Бегать, ходить в спортзал, поступил в магистратуру, нашел работу. Параллельно работаю и учусь.

Работаю по своей профессии, в логистике. В Нью-Джерси, в 20 минутах езды от дома.

Уважение к военным в обществе есть?

Конечно, есть. Что мне нравится в Америке, так это их отношение к ветеранам войны. Допустим, я выезжал со своей армейской базы к друзьям в Бруклин сразу после работы, в форме, чтобы не тратить время. Бывает, по дороге остановишься на заправке – залить бензин, взять кофе. Люди видят тебя в форме, подходят, говорят: «Что хочешь? Кофе? Все за мой счет. Я хочу тебя отблагодарить за твою службу!» Я старался отказываться, но было очень приятно отношение людей.

Был случай, когда меня отправили в командировку в Луизианну на неделю. Я был в командировке и поэтому летел в форме. И уже в самолете меня пересадили в бизнес-класс. В американских авиакомпаниях есть такая практика. Если в салоне бизнес-класса есть пустые места, стюардессы ходят по салону и, если видят в эконом-классе военных, то предлагают им апгрейд. Как благодарность за службу.

Ты летал в Казахстан, расскажи об этом?

Какое-то время я не был в Казахстане 5 лет. Затем полетел увидеться с родными, с семьей. Соскучился. Было интересно посмотреть. Если честно, никаких изменений в Казахстане не увидел. Страна богатая, столько возможностей. У меня был культурный шок. Когда привыкаешь к порядку, а приезжаешь – на тебя орут, на тебя матерятся. Просто, когда элементарно стоишь в очереди на самолет, все куда-то ломятся, как стадо. Про себя думаешь: «У тебя билет на руках, место есть, куда торопиться? Самолет без тебя не улетит». Этот менталитет меня бесит. Такое поведение не у всех и не везде, но в основном так. От этого надо избавляться, если хотим дальше двигаться.

Сейчас ты уже больше чувствуешь себя американцем или казахстанцем?

Сейчас американцем. Я здесь уже 8 лет, привык к местной жизни. У меня все здесь: работа, дом. Я здесь все знаю. Меня очень привлекает доступность в США. Все есть, все под рукой, главное – зарабатывать деньги. Если еду в Казахстан, нахожусь месяц или полтора, мне становится скучно. У меня все мысли здесь. Большой плюс в Казахстане в том, что у меня много друзей и родственников. По ним я скучаю.


Режиссер: Канат Бейсекеев M.A.D.

Интервью: Саян Байгалиев