Нелепая «домашняя травма» одного замакима напомнила Гульнаре Бажкеновой о предыдущих любопытных объяснениях, которые казахстанцы не раз слышали от госорганов.

торт Казахстан политики чиновники госорганы преступления наказания справедливость страна

Заместитель акима Карагандинской области Алмас Айдаров получил ножевое ранение в грудь, разрезая торт в половине пятого утра. Претензий ни к кому не имеет, писать заявление отказался, а после того как происшествие с подачи популярного Telegram-канала Ербола Едилова получило огласку, даже поблагодарил за беспокойство о своем здоровье в Facebook. Хотя в общественной реакции было больше сарказма, нежели сочувствия. Курьезная новость, похожая на анекдот из серии «упал на нож и так десять раз» не могла не разлететься мемом по интернету. И все же, это не так уж смешно.

Кроме шуток, аким с ножом и тортом в очередной раз демонстрирует как замысловато, и в то же время просто, у нас все устроено. По понятиям.

В тот день, после рокового утра, 26 мая, пресс-служба акимата активно размещала в «фейсбуке» фотографии чиновника, живого и невредимого. Никаких официальных заявлений по поводу ножевого ранения второго лица в области не последовало, как и следственных мероприятий полиции. Все молчали как ни в чем не бывало. То есть, с точки зрения закона и этики госслужбы, получается, что если гражданин с ножевым ранением утверждает, что сам упал на нож, то его показаний достаточно, ему верят на слово не только сотрудники собственной пресс-службы, но также правоохранительные органы.

Я специально выяснила: никаких допросов и следственных мероприятий полиция не производила.

Можно ли, разрезая торт, поранить левую часть груди? Ответ на этот вопрос может дать только следственный эксперимент, пошаговая реконструкция событий: как именно стоял или сидел Алмас Айдаров, в какой руке держал нож, под каким углом резал торт, кто находился рядом. Только после этого можно понять, соответствуют ли слова потерпевшего действительности, даже если потерпевший – замакима области. У меня вот есть сомнения, а у полиции нет. Сказал, что сам порезался, значит сам, зачем усложнять…

Поводом не разбираться в обстоятельствах ножевого ранения высокопоставленного представителя власти является всего лишь тот факт, что у него самого нет претензий. Значит ли это, помимо прочего, что казахстанским бандитам после поножовщины или перестрелки не нужно искать подпольных хирургов (зачем заморачиваться), а можно открыто идти в любую больницу и говорить что вздумается? Сгодится любая, самая смешная и неправдоподобная версия, ведь если у потерпевшего нет претензий к финке в своей печени, значит, и уголовного дела нет.

Между тем чрезвычайное происшествие с человеком в ранге заместителя акима должно иметь значение государственной безопасности.

Его могли запугать, шантажировать, мало ли, нож в половине пятого утра в груди замакима – это повод задавать вопросы как следствию, так и агентству по госслужбе. Но вопросов как обычно нет.

Казахстанские чиновники периодически попадают в ситуации, которые можно распределить по шкале от «некрасивые и сомнительные» до «отвратительные и криминальные». Реакция всегда ситуативная, исход зависит от стечения обстоятельств – выборы, источник информации, вес и влияние фигуранта очередного дела.

Нет ни правовых, ни этических, ни политических норм, проще говоря, нет закона для сильных мира сего, а есть только понятия в каждом отдельном случае.

Недавно президент уволил начальника полиции Атырауской области генерала Дуйсембаева, гордо позировавшего на камеру верхом на белом коне, предположительно подаренном местным бизнесменом. Касым-Жомарт Токаев в своем Twitter назвал такое поведение «нескромным» и поручил министру внутренних дел разобраться. Потому что очевидно – выборы.


Ведь генерал уже попадал в объектив видеокамеры, причем в гораздо более отягчающих обстоятельствах – за игральным столом в казино. На до сих пор очень популярной видеозаписи идет игра, покадровая расшифровка которой ясно показывает, как человек, похожий на Дуйсембаева, делает ставку. Игра явно не ладится, в тетрадке, которую держит дилер, мы видим огромную сумму проигрыша – 1,2 миллиона долларов. Видеозапись распространил оппозиционный (читай, враждебный) YouTube-канал «Басе», что, видимо, повлияло на реакцию. После того как видео разлетелось по казнету, МВД сделало заявление следующего содержания: «Во время отпуска Дуйсембаев, занимавший на тот период должность первого заместителя начальника этого же ДВД, вместе со своим другом и семьями находились в Минске. Его друг по приглашению прибыл в игорное заведение своего знакомого. Однако супруга была против и с целью отговорить его от игры попросила приехать в казино Дуйсембаева, что и стало причиной посещения последним указанного игорного заведения»…

Мы своих не сдаем, вот как это называется. А прокуратура? А служба внутренней безопасности?

В восточно-казахстанском Риддере заместитель акима города, будучи нетрезвым, сбил 19-летнего парня. Рядом с ним в это время находился коллега – аким Усть-Каменогорска, который уехал с места происшествия на этой самой машине, как только выяснилось, что парень погиб. Можно предполагать, что аким пытался избежать огласки, по крайней мере, именно так поступил бы человек, который хотел бы скрыть тот факт, что он ездил вместе с пьяным коллегой по городу, и поездка в конце концов закончилась смертью человека. Однако именно полиция своими заявлениями скорее оправдывала акима, который на машине, оказывается, помчался догонять проезжавшую мимо скорую, а «этика» в лице акима Восточно-Казахстанской области Ахметова молчала долгих пять месяцев, до тех пор, пока поднятый отцом погибшего общественный резонанс не стал звучать уже слишком настойчиво, и аким Туманбаев вынужден был подать в отставку.

Другой громкий случай произошел в 2015 году в Павлодаре, когда сын акима области Каната Бозумбаева в ходе расследования дела об изнасиловании из подозреваемого стал свидетелем изнасилования в собственном доме-резиденции акима, при том что не вызывал на помощь полицию, не кричал «караул». И прокуратура тогда выступала в качестве адвокатуры, делая одно заявление за другим в защиту отпрыска главы региона.

Разве все это не один и тот же торт?

Который легко лепится в условиях отсутствия конкуренции и независимости друг от друга органов власти. Его опять вешают на уши. Ничего не меняется, в данном случае именно это главное. Можно споткнуться на ровном месте и упасть прямо на нож, можно поперхнуться или объесться тортом на смерть, в жизни всякое бывает. Проблема не в том, насколько правдоподобны или правдивы истории наших акимов, а в том, что некому их проверить и дать нагоняй, кроме президента в Twitter.

Значит, все остается по-старому, все начальники заодно, никаких «сдержек и противовесов», и одна на всех главная партия.

Сами себя проверяем, сами себя судим, сами рассуживаем. И если завтра очередной сын акима скажет, что он только смотрел на изнасилование, полицейский спасал друга от игромании, а замакима упал на торт с ножом, значит, так оно и будет.