В лучах солнца

Выбором Esquire Kazakhstan  в 2016 году в категории документальных фильмов EURASIA DOCS кинофестиваля «Евразия» стала картина российского режиссера Виталия Манского «В лучах солнца».

«Евразия» – крупнейший международный кинофестиваль Казахстана и Центральной Азии, аккредитованный FIAPF, который ежегодно расширяет свою программу, становясь активной деловой и дискуссионной площадкой с участием профессионалов киноиндустрии со всего мира. Цель фестиваля – развитие казахстанского кино как искусства и индустрии, повышение интереса общественности к кинематографическому искусству и укрепление международного сотрудничества.

В 2016 году программа EURASIA DOCS представляла собой буквально «кинококтейль Молотова», послевкусие от которого сродни эффекту, произведшему фантастической картиной «Дитя человеческое» Куарона в 2006 году:  зрители были в шоке от того факта, что новостные кадры в этом фильме-катастрофе о будущем взяты из сегодняшнего ТВ.

Из «сегодняшнего» на тот момент. Документальные фильмы 2016 года способны шокировать еще больше. Ночные сторожевые корабли  у берегов острова Лампедуза, тревожно переговаривающиеся с «землей». Судьба военного фотографа, прошедшего четыре военные кампании, ужасы нелегальной охоты за слоновой костью, продолжающейся и в XX веке – новый фильм «Куда бы еще вторгнуться» Майкла Мура, как предупреждение. Какую-то надежду на будущее оставляет фильм о маленьком канатоходце из Киргизии. Фильм Виталия Манского «В лучах солнца», совместного производства России, Латвии, Германии, Чехии и Северной Кореи на этом фоне выглядит достаточно спокойным. Но это только на первый взгляд.

Документальная картина Виталия Манского «В лучах солнца» наделала немало шума еще до своего первого показа. Северокорейская сторона (бывшая заказчиком картины) не дала режиссеру закончить фильм (режиссер тайком снимал собственную версию) и всеми силами пыталась предотвратить ее появление на экранах. К ней также присоединились моралисты, обвинившие Манского в том, что, создавая собственное кино, режиссер подверг смертельной опасности ее героиню – восьмилетнюю Джин-Ми и ее родителей (или тех людей, которые изображали на экране ее родителей). Тем не менее фильм состоялся, вышел в прокат и принял участие в нескольких фестивалях.

В своей работе Манский попытался максимально доступно раскрыть зрителям, что Северная Корея – это не анекдотичная страна, управляемая комичными диктаторами, а один из самых жестоких экспериментов над человечеством, который длится более 70 лет. Структура документальной картины отталкивается от двух противоположных по своему вектору сценариев – изначально утвержденному министерством культуры Северной Кореи и собственному видению происходящего. Условный сюжет вращается вокруг Джин-Ми, которая достигла того возраста, когда ее принимают в пионеры, чем, по замыслу сценаристов, гордятся не только ее родители, но и вся страна.

Однако Манский видит в героине картины не столько персонаж, сколько болванку гражданина, которой в самое ближайшее время предстоит идеологический brainwashing. Но до тех пор Джин-Ми все еще ребенок с незамутненным сознанием, пусть и выросший в довольно диких (по меркам современного цивилизованного общества) условиях. Камера фиксируется на девочке в тот момент, когда она к этому не готова и запечатлевает озябшие руки во время урока, где восторженная учительница рассказывает замерзающим детям о Великом наследии вождя Ким Ир Сена, затем Манский увлеченно наблюдает за своей героиней, когда она буквально засыпает на встрече с ветераном, рассказывающем о своих подвигах во время войны с проклятыми империалистами. Фоном реальной жизни Джин-Ми выступают те самые заготовки из оригинального сценария с искусственными аплодисментами, с речами, где каждый второстепенный персонаж, так или иначе восхваляет власть, величественными портретами Ким Ир Сена и Ким Чен Ира. И за всем этим Манский будто бы намеренно теряет из фокуса свою героиню. Антураж поглощает персонаж, как социалистическая идеология поглощает человеческую личность в угоду режиму.

Работа с двумя источниками делает из фильма «В лучах солнца» любопытное соединение утопии и антиутопии. В утопической части бодрые и радостные школьники маршируют, восхваляя маршала Кима, ветераны войны бряцают пиджаками, усеянными медалями под самую завязку, а стол обычной корейской семьи ломится от яств. В антиутопической – дети замерзают в школах, толпы людей стоят в очереди перед пустыми прилавками магазинов и толкают заглохший автобус. В этом симбиозе Манский исследует природу уже не столько диктатуры и деспотии, сколько врожденного стокгольмского синдрома. Меж тем массовая версия эксперимента «Повиновение» продолжается.


Записал Карим Кадырбаев