Трудовые мигранты и просто гости рассказывают о том,
как им живется и работается в стране.

Впервые в Казахстан я попал в 2000 году благодаря конкурсу на разработку проекта генерального плана новой столицы, который выиграла компания моего шефа и учителя, знаменитого на весь мир японского архитектора Кисё Курокавы. Кроме этого, мы должны были проектировать международный аэропорт Астаны (если никто не против, я буду называть этот город как привык), именно за этот проект я главным образом и отвечал.

До этого момента я ничего не знал о вашей стране, кроме той информации, которую почерпнул из книги моего босса «Эра кочевников», изданной в 1989 году. Но наша команда была рада выпавшему шансу спланировать и построить город практически с нуля. Кисё Курокава как архитектор был просто счастлив. Он сделал план города и мечтал, что спустя сто лет это будет прекрасный мегаполис. Загрузив в самолет огромные макеты и потратив на дорогу более трех суток, в то время рейсы были только через Европу, мы прибыли в молодую столицу Казахстана. 

Первый культурный шок был получен сразу же — от отношения казахстанских чиновников к работе и людям. Как только я начал презентацию проекта, тогдашний министр произнес: «Мне не нравится эта идея», и огромный материал, с трудом перевезенный мной из далекой Японии, менее чем за минуту отправился в мусорную корзину. Поработав в семнадцати странах мира, я нигде и никогда не получал такой отвратительной реакции на свою работу. Я и сегодня вспоминаю тот день с ужасом, когда чуть было с порога не вернулся в Японию. Однако позже тот министр отправился в тюрьму, чему я нисколько не удивлен.

Так я вывел для себя первое и главное правило жизни в вашей стране: казахстанских чиновников не победишь, нужно просто принять их решения, даже самые нелогичные.

Сам город встретил нас впечатляющими просторами и… отсутствием ресторанов. Да-да, в 2000 году в Астане практически не было ресторанов. Однажды в поисках заведения я долго бродил по городу и не заметил, как дошел до старой железнодорожной станции где-то на окраине, хотя жил в центре. Но степь вокруг с обзором в 360 градусов и возможность каждый день наблюдать солнце на рассвете и закате как-то мирили с этими неудобствами. Есть выражение, что если наблюдать за утренним солнцем в течение ста дней, то станешь сверхчеловеком, поэтому я всегда с нетерпением ждал восход. Однако в течение моих ста дней в Астане были и дни, когда солнца не было видно в принципе, поэтому я до сих пор остаюсь обычным человеком. И, кстати, меня по сей день интересует вопрос, как люди живут в таком холодном месте. Я сам вырос в южной части Японии, поэтому пребывание в вашей столице мне давалось с трудом.

Но это не помешало нам успешно завершить строительство столичного аэропорта. Хотя, не скрою, это было непросто. В начале 2000-х выбор строительных материалов и строительных компаний в стране был весьма скудным. А точнее, выражение «без вариантов» идеально подходило в то время. Плюс по причине невозможности выполнения наружных работ в зимний период график строительства сдвигался. Добавьте сюда низкий квалификационный уровень рабочих, и вы поймете, почему для нас, японцев, для которых качество превыше всего, работать в стране, где в приоритете значится быстрое завершение работ, было кошмарным сном.

Я думал, что на этом попрощаюсь с вашей страной, но моя жизнь сделала неожиданно крутой поворот: в Казахстане я встретил свою судьбу — будущую супругу. Она музыкант, и я был очарован, когда увидел ее выступление в Астане, она играла на скрипке. Для меня было не важно, что она другой национальности. Но обе семьи, мягко говоря, были не в восторге от идеи нашего брака. Сложностью стала даже элементарная подача заявления: казахстанским государственным органам требовалась огромная куча самых разных моих документов.

Но постепенно мы все решили. Я встретился с казахской семьей, сделал все, чтобы меня поняли и приняли. А во время концертного тура моей будущей супруге удалось посетить Японию, где я смог познакомить ее со своими родителями, она им понравилась, и это позволило урегулировать вопрос с женитьбой. 

Одной из причин, по которой я решил жениться на казашке, стало то, что в вашей стране сохранились истинные семейные ценности, стремление создать большую семью, которое Япония утратила после войны. Основные жизненные принципы в моей стране, да и в мире в общем, это деньги прежде всего, мысли только о себе и образ жизни, когда внешняя оболочка важнее внутреннего мира. Ценности казахского народа на тот момент были полной противоположностью всему этому. Я увидел в этом возможность вернуться к истинному «я» и нормальной человеческой жизни в эмоциональном плане.

После свадьбы мы некоторое время жили в центре Токио, в районе Сибуя, но вскоре жена родила первенца и захотела воспитывать ребенка в Казахстане. Поэтому пришлось покинуть японскую компанию и неожиданно снова вернуться в Казахстан. Здесь мы и осели и детей воспитываем в традициях казахской культуры. В Японии есть поговорка: «Идя в город, следуй за городом». Это означает: если ты приехал в другую страну, то уважай и следуй обычаям этой страны. Однако я хочу, чтобы сыновья знали и японскую культуру, поэтому летом во время каникул каждый год в течение как минимум одного месяца они живут с моими родителями в Японии.

В профессиональном плане в Казахстане я обнаружил много конструктивистской архитектуры, в которой чувствуются пережитки советской эпохи. А здешний новострой, как правило, не умеет контролировать качество дизайна, в большинстве проектов не учитывается сочетание с соседними строениями и окружающей средой. Нынешний мир в принципе полон строений, скопированных из интернета, поэтому по всему миру сейчас можно найти много похожих архитектурных объектов. Не избежал этого и Казахстан. Но я надеюсь, что появится оригинальная казахстанская или евразийская архитектура.

Предпосылки есть. Я, например, считаю юрту лучшим архитектурным решением для жилья. И в этом направлении стоит работать. Это сооружение, сделанное из экологических материалов, оно может быть легко перемещено и увеличено по мере необходимости.

Плюс юрта очень устойчива и удобна в случае стихийных бедствий в сравнении с теми безликими высотными бетонными коробками, которые сейчас стремятся поставить по всей стране. В Японии неэффективность последних тоже осознали, но у нас нет ваших площадей.

Кстати, вблизи Алматы есть место отдыха Aul Resort, где воспроизведен казахский аул, мне довелось там проектировать сооружения в виде юрт: свадебный зал и гостиницу. И я благодарен хозяину объекта за привлечение меня к созданию такого уникального объекта, несмотря на то, что я японец.

Мне в принципе очень симпатичен Алматы. Это идеальный и красивый мегаполис с большим количеством зелени и изумительными горными пейзажами. Здесь город и природа живут в гармонии. Впервые увидев Алматы, я сразу решил, что хочу здесь пожить, что и осуществил в 2007 году. И если бы не было многоэтажек, построенных после 2000 года, я думаю, южная столица Казахстана стала бы более глобальным городом в мировом масштабе. К сожалению, небоскребы создали неутешительный пейзаж и усугубили проблему загрязнения воздуха, снизив продуваемость городских улиц. Оттуда появились такие проблемы, как, например, астма, разного рода аллергии. Государство должно серьезно и срочно заняться этим. 

Кроме того, в стране однозначно назрело время для изменений курсов государственной политики и в других областях, например для фундаментального изменения системы образования, решения проблем с нехваткой надлежащих преподавательских кадров и сокрытием исторической правды. Я бы задумался и о временных рамках процессов обучения. Например, летние каникулы у вас длятся три месяца, в Японии они вдвое короче. Конечно, это счастливая пора для детей, но родители и педагоги должны задуматься над тем, как дети проводят это время. В Казахстане этот период часто проводится нерационально. И японцу тяжело это принять.

Если говорить о медицине, то ее развитие в вашей стране сильно запаздывает. Однажды моя правая нога распухла из-за вируса, и когда я попал в местную больницу, врачи сказали, что ногу нужно ампутировать. В ту же ночь я вылетел в Японию, где полностью вылечился, сохранив ногу. Изначально человеческий организм не должен подвергаться болезням. Я думаю, что более важно создать мир, где каждый человек будет иметь такие знания.

Итак, переехав в мой любимый и богатый природой Алматы, я учредил архитектурно-проектную компанию Imayo Creation с филиалом в Павлодаре. Здесь я снова работал с местными специалистами с разными характерами, мы многому учились друг у друга, а когда наступало время, они покидали мою компанию. Какую разницу я обнаружил между японцами и казахстанцами? Прежде всего, что делают те и другие, если допустили ошибку? Казахстанцы не извиняется первыми, даже если ясно осознают, что не правы. Начинают с отговорок. И весьма искусных. Это та черта, которая больше всего отличает вас от японцев. Казахстанцы не соблюдают время, часто опаздывают. Не сдерживают своих обещаний. Не возвращают долги. А еще склонны отрицать что-то, о чем не имеют достоверного представления, при этом даже не пытаясь качественно изучить вопрос. Конечно, не все люди в вашей стране такие, но с перечисленным я сталкивался частенько. И это помогло осознать две вещи.

Первое: нужно признать, что, как говорил один известный японский критик, дом которого я проектировал: «Японский здравый смысл безумен в этом мире», а казахстанцы во многом живут эмоциями, и здесь часто лучше от всего сердца сказать: «Это Казахстан!» — и просто сделать глубокий выдох. И второе: когда я замечал отрицательную сторону сотрудников, для меня это означало, что я и сам несовершенен, что и у меня есть отрицательные моменты, ведь персонал компании — это зеркальное отражение твоей души, и, наверное, до той поры, пока не исчезнет в тебе плохое, тебе будут давать одни и те же уроки.

При всем этом казахстанцы умеют дружить, полны доверия и оптимизма и сильны духом к жизненным вызовам. Если ваш человек поверил во что-то, он идет прямо. Если на пути встает преграда, то он не унывает, а меняет траекторию движения. Если на пути вновь появляется препятствие, он снова с легкостью меняет направление. В итоге оказывается, что он ушел далеко в сторону от изначально намеченной цели, но это его не смущает. Поэтому, возможно, ваша главная отрицательная черта также оптимизм.

Я давно в Казахстане, видел и девальвацию, и перевод казахского на латиницу, и смену власти, оценить эти процессы однозначно сложно. Могу только сказать, что Казахстан — молодое государство и в сравнении со зрелыми странами все еще переживает период проб и ошибок. При этом число умных молодых казахстанцев растет, и я думаю, что ваша страна имеет все шансы создать что-то такое, чего нет в других странах. Главное — чувствовать, что в мире многое меняется гораздо быстрее, чем это происходит в Казахстане. 

Я люблю эту огромную страну с богатой природой и ее жителей, и мне хотелось бы продолжить жить здесь. Мне здесь комфортно. Уверен, Казахстан — это место, где можно глубже познать свой внутренний мир, а следующая эра Кочевников — это эра развития души.


Записала Ирина Утешева

Фотографии: Kisho Kurokawa Аrchitect & Аssociates; NJS Consultants Co., Ltd; Руслан Карабаев, APS Investment LLP